Вход

Система права: понятие и структура.

Рекомендуемая категория для самостоятельной подготовки:
Курсовая работа*
Код 288202
Дата создания 03 октября 2014
Страниц 27
Мы сможем обработать ваш заказ 5 октября в 12:00 [мск]
Файлы будут доступны для скачивания только после обработки заказа.
1 250руб.
КУПИТЬ

Описание

Таким образом, под системой права понимается определенная внутренняя его структура (строение, организация), которая складывается объективно как отражение реально существующих и развивающихся общественных отношений. Она не результат произвольного усмотрения законодателя, а своего рода слепок с действительности. Фактический социальный строй общества, государства определяет в конечном счете ту или иную систему права, его отрасли, институты, другие подразделения. Система права показывает, из каких частей, элементов состоит право и как они соотносятся между собой.
Система права характеризуется такими чертами, как единство, различие, взаимодействие, способность к делению, объектив­ность, согласованность, материальная обусловленность. Единство юридических норм, образующих право, определяется:
 ...

Содержание

Введение 2
1 Понятие системы права и её структура 3
1.1 Трансформация понятия системы права 3
1.2 Структура системы права 9
2 Соотношение понятий «система права» и «система законодательства» 18
Заключение 25
Список использованных источников и литературы 26

Введение

Система права - это внутренняя структура права, которая выражается в единстве и согласованности всех действующих норм права данного государства, а также в их распределении по отраслям и институтам права.
Иными словами, система права - это упорядоченное множество всех действующих юридических норм данного государства. Системность массива всех действующих норм права проявляется в их единстве, взаимосогласованности, непротиворечивости. Упорядоченность множества всех действующих норм права проявляется и в их распределении по отраслям и институтам
Структура системы права - это объективно существующее внутреннее строение права данного государства.
К конкретным методам правового регулирования, т. е. применяемым в тех или иных отраслях права обычно относят методы: императивный (метод властного прик аза, как правило выраженного в виде нормы-запрета), диспозитивный (представляет возможность выбора в рамках закона того или иного варианта поведения), поощрительный (направлен на стимулирование определённых форм правомерного поведения), рекомендательный (субъектам права рекомендуются определённые формы поведения).
Целью настоящей работы является изучение структуры и классификации системы права.
Задачами настоящей работы является:
– изучить понятие системы права и её структура;
– рассмотреть трансформацию понятия системы права;
– проанализировать структуру системы права;
– соотнести понятия «система права» и «система законодательства».
Структура работы обусловлена её целью. Курсовая работа состоит из двух глав, двух разделов, заключения и списка использованной литературы.

Фрагмент работы для ознакомления

В противном случае публично-властное юридическое нормирование не будет обла­дать должным уровнем социальной адекват­ности, а значит, в конечном итоге и надле­жащим качественным воздействием.
Существующее в правоведении многооб­разие правовых позиций в области структур­ного строения системы права, их противоре­чивость, сложность определения и разграни­чения областных направлений права свиде­тельствуют и о необходимости переосмысле­ния доминирующего сегодня рассмотрения структуры системы права «сквозь» отрасле­вую конструкцию, и о потребности в выра­ботке новых методологических подходов.
Прежде всего, необходимо отметить, что каждая система состоит из определенных структурных компонентов, представляющих собой закономерные взаимосвязи таковых и обладающих (в сравнении с другими частя­ми) стабильными статичными свойствами.
Независимо от того, насколько крупно (ли­бо мелко) мы будем подразделять в системе элементы неструктурного типа, сама она (как целостный феномен) все равно будет характеризоваться качеством логической по­следовательности (в том числе и завершен­ности). Сами же структурные компоненты в системе существуют всегда, ибо при их от­сутствии нельзя обоснованно говорить о на­личии системы.
Например, не имеет смысла рассуждать о строевом ряде правовых норм в случае фактического и потенциального отсутствия таковых. Число же ассоциаций правил юри­дического поведения, в свою очередь, может быть различным, ибо оно определяется со­вокупностью причин не только объективно­го (или объективированного), но и субъек­тивного свойства.
Таким образом, структурное строение «рукотворного», или, следуя терминологии Ф. Аквинского, «человеческого»20 права (которое ныне принято именовать объектив­ным, позитивным или положительным), должно корреспондировать самой сути инте­ресующего нас явления.
Это значит, что ис­ходящим от уполномоченных лиц общеобя­зательным формально-определенным с юри­дических позиций правилам поведения над­лежит проецировать внутренние связи пра­ва, сущность такового.
Компоненты необходимых, существен­ных, постоянно повторяющихся взаимосвя­зей системы права, предопределяющие этапы и формы процесса ее становления и разви­тия, представлены в указанном контексте в тех показателях, которые существуют в юри­дической среде постоянно, а также содержат и (или) отображают принципы права. Тако­вые можно образно охарактеризовать в каче­стве стержневых основ права, так как они лишь относительно зависят от конкретно-ис­торического позитивного правового бытия.
Кроме того, в наиболее общих тенден­циях развития самого права отображаются закономерности формирования и его систе­мы (в том числе в части компонентов струк­турного порядка). Например, существующая в настоящее время тенденция усиления ча­стноправового начала нормативной юриди­ческой регламентации («подтвержденная» даже на легальном уровне21) проявляется в закономерном наличии в положительном праве одноименной семьи отраслей как са­мостоятельного структурного компонента. На саму же исследуемую нами систему на­званная тенденция проецируется посредст­вом «усиления» юридического действия ча­стноправового толка.
Взаимосвязаны системы «объективного» права и социальных отношений, одновре­менно отличаясь друг от друга своим видом и наполнением. Разница обусловлена тем, что содержание правового воздействия вы­ступает лишь «базовой моделью», «проект­ным наброском» для юридических конструк­ций: конкретное заполнение здесь будет за­висеть и от особенностей направления, и от ряда профильных (в том числе юридико-тех­нических) факторов.
Представляется, что сущностными свой­ствами системы права выступают: содержа­тельное единство; внутреннее упорядочен­ное дробление; логичность; стабильность структурных элементов (в сопоставлении с динамизмом прочих системных частей).
При этом надо акцентировать внимание на том, что выделение в явлении составных частей не означает отсутствия у него единых основополагающих черт, свидетельствующих о совокупной целостности соответствующе­го феномена.
Указанное демонстрируется хотя бы посредством обращения к конструк­ции структурного строения правовых норм, включающих, как минимум, по своей логи­ческой формуле (а нам представляется, что и не только по ней) гипотезу, диспозицию и санкцию.
Если поведенческие правила дан­ного вида не будут обладать свойствами вза­имосвязанности и согласованности, то в со­ответствующей социальной среде положи­тельное право не будет достигать своего назначения (причем не только в абсолютном смысле) и окажется неспособным (или, по меньшей мере, «ограниченно способным») упорядочивающим образом воздействовать на общественные отношения.
В свою оче­редь, присущая нормам права структура ха­рактеризуется тем, что каждый из соответст­вующих компонентов, но не в отдельности, а в неразрывной и необходимой содержа­тельной взаимосвязи, направлен на дости­жение цели правового воздействия.
При этом при рассмотрении системы права с позиций исчерпывающего комплек­са отраслей и (или) в качестве систематиза­ции юридических правил поведения (гос­подствовавших в первой половине прошлого века22 и не утративших своей актуальности до настоящего времени) ее изменение следу­ет признать возможным. Объясняется это тем, что разными социумами может быть востребован неодинаковый «дробный набор» секторных правовых образований, в то вре­мя как сама систематика (и (или) классифи­кация) способна производиться на базе раз­личных критериев. Но и при таком юридико­мировоззренческом подходе в отношении структурных компонентов права все равно следует констатировать большую стабиль­ность.
Необходимо отметить и то, что наличие отрасли в праве некорректно мотивировать, как это иногда встречается23, существова­нием систематизированного нормативного правового акта, ибо по своему назначению система права носит в сравнении с законо­дательным (нормативным правовым) груп­пированием определяющий первичный ха­рактер.
Указанное не означает, что внутреннее подразделение позитивного права должно быть отчуждено от массива нормативных юридических предписаний, имеющих более подвижный характер. Просто система, в си­лу своей теоретизированности, абстрактнос­ти, обобщенности, наделена более стабиль­ными свойствами, чем отдельные нормы права и (или) отображающие их формы (к примеру, статьи легальных актов). Так, из­менения в одном поведенческом правиле (и (или) в одной статье нормативного юриди­ческого документа) не трансформируют (по меньшей мере, в собственном значении, в «чистом» виде) системы права как целого. В свою очередь, изъятие или прибавка уровне­вого компонента внутренне упорядоченного строевого ряда права (допустим, отрасли) на систематике юридического материала непре­менно сказывается.
В данном контексте отметим, что право­вая норма (в качестве уровневой части) бы­тует в системе права всегда, ибо без отдель­ных поведенческих правил не может существовать и их внутренней упорядоченной или какой-либо иной совокупности.
Верно и то, что гуманитарная сфера не характеризуется достоверностью «жестких» классификаций, категорических разделений. Впрочем, во всех познавательны областях принято отмечать условный характер любой градации, равно как и обобщения. По сло­вам В.Д. Ермака, «классификация... заклю­чается в делении родового... на виды, клас­сы или типы... на основе их общих призна­ков с образованием определенной системы классов данной совокупности предметов, фиксирующей закономерные связи между ними и определяющей постоянное местопо­ложение классов (видов, типов) в системе (классификация как система). Общие при­знаки, в соответствии с которыми произво­дится деление, называются основанием де­ления... Если смысл признака определен от­четливо и однозначно, признак называют содержательно ясным или просто ясным; ес­ли обозначаемое признаком четко очерчено, говорят, что признак точен»24.
Отсюда следует, что выявление «слож­ных», многогранны феноменов не может быть надлежащим образом осуществлено на базе односторонних подходов.
Так, обоснование наличия отрасли норм права должно «производиться» исходя из со­вокупности таких факторов, как: содержа­ние действия права; превалирующие основ­ные начала права и (или) законодательства; преобладающие интересы лиц правового об­щения и принципы их поведения; цель пра­вового воздействия; метод правовой регла­ментации; видовой «набор» юридических источников права; состав участников секто­ра правового общения; конвенционность восприятия; функции правового регулирова­ния; социальная значимость общественных отношений и «представляющих» их право­вых норм; наличествующие в конкретно-ис­торическом правовом бытие традиции; необ­ходимость в самостоятельном изучении и исследовании юридических предписаний о социальном взаимодействии той или иной направленности.
Другой неотъемлемой составляющей те­матики структуры системы права является вопрос о дуалистической концепции. Част­ное и публичное право представляют собой содержательные правосистемные элементы, отражающие: сущностное, принципиальное наполнение интересующего нас явления; интересы субъектов правового общения; те­леологию и методологию оказания на тако­вых юридического воздействия. Надо учиты­вать и то, что действие частного и публичного права осуществляется не только (и не столько) через обособление, но и посредст­вом «переплетения». Более того, в зависимо­сти от ситуационного контекста многие по­веденческие правила могут принять «огран­ку» как частно-, так и публично-правовой нормы. Таким образом, определение эле­ментов двойственного правового ряда (так же, как и отрасли юридических норм) следует производить именно исходя из совокупных данных.
В качестве обоснованных факторов раз­граничения ветвей частного и публичного права усматриваются: превалирующий субъ­ективный интерес; телеология правового воздействия; группа преобладающих прин­ципов права и поведения его участников; способы и приемы правовой регламентации; видовое сочетание формально-юридических источников права; однородность содержа­тельного наполнения.
Очевидно, что предложенные критерии разграничения частного и публичного права хоть и схожи с признаками разделения от­раслей права, однако не идентичны им. Это предопределено меньшей действенной объединенностью отраслевых элементов системы права (предопределяющей потребность в большем числе размежевывающих факторов) и интегрирующим характером частного и публичного права (обособление которых производится по более «значимым», «укруп­ненным» основаниям).
Рассматривая проблему с общетеоретиче­ских позиций, можно выдвинуть и гипотезу о том, что в отношении структуры системы права нельзя ограничиваться исключительно отраслевой конструкцией. Наличествуют и иные ее срезы. По сути, структурное строение объективного права может быть представле­но конструкцией «интерес - воля - цель»: на этих «трех китах» базируется все юридичес­кое нормирование. Об их структурообразую­щем характере свидетельствует в том числе и то, что совокупное действие права в ряде случаев проявляется в большей мере в пра­вовых «связках», нежели в юридических нормах самих по себе.
Кроме того, вся система позитивного права может быть представлена пятью струк­турными пластами: статутным правом, нор­мативным договорным правом, обычным правом, прецедентным, а также тем правом, которое отображено посредством религиоз­ных норм.
Данная конструкция ориентиро­вана на отражение системы права посредст­вом выявления внутренних закономерных проявлений, выраженньх в видовых объеди­нениях формально—юридических источни­ков. Последние формализуют правовые нор­мы, типичные для правовой среды, законо­мерно присутствуют в ней, связаны с пуб­лично-властным опосредованием. Это дает основание воспринимать их в качестве структурных компонентов права.
Примечательно, что общую формовыра­жающую структурную конструкцию системы права можно трактовать как имеющую «го­ризонтальный» характер. Это обусловлено неодинаковым иерархическим сочетанием видов форм внешнего отражения, оформле­ния, «закрепления» и существования право­вых норм в правовых системах мира, кото­рые характеризуются разным набором юри­дических источников. Можно выявить и иной, «принципный», срез структуры системы права. Его выделе­ние мотивировано тем, что в разных право­вых обществах системно наблюдается бытие поведенческих правил, которые или воспри­нимаются в качестве основополагающих, или бланкетно (рамочно, ограниченно, диспози­тивно) регулируют некую часть социального взаимодействия, наделяя еще ряд поведенче­ских актов «статусом» общественно опасных (вредных). Другими словами, в праве сущест­вуют образования, которые даже при переме­не своего конкретного наполнения постоян­но присутствуют в правовой среде и, имея структурный характер, «собирают вокруг се­бя» прочие элементы юридической ткани. Из этого следует, что вся сфера правового дей­ствия может быть представлена моделью: «основное право (право принципов права) — частное право-публичное право».
Основное (базовое) право аккумулирует именно принципы, т. е. фундаментальные, значимые для всей корреспондирующей об­ласти идейно—начальные правила. В частно­сти, оно объединяет в себе основоположе­ния справедливости, правозаконности, гума­низма, формально—юридического равенства субъектов правового общения.
К этому же блоку относятся общеправовые идеи аксио­матического характера, а также основные правоначальные положения, имеющие фун­даментальное значение лишь для какой—ли­бо определенной правовой системы.
Неоднородность социального взаимо­действия предопределяет и наличие в строе­нии права еще двух компонентов — частно­го и публичного права, функционирование которых реализуется посредством «переплетения» и «взаимоперехода».Отметим, что «принципный» срез носит основополагающий, структурный характер. В рамках него возможно (и даже целесооб­разно) проведение дальнейших градаций. Следует учесть и то, что вычленение трех на­званных компонентов не свидетельствует об отсутствии в системе права структурных ча­стей иных пластов. Например, материаль­ность и (или) процессуальность правовых норм не препятствует их одновременной принадлежности к какому-нибудь из назван­ных компонентов «принципной» структур­но-системной вариации.
Необходимо сказать и о строении право­вой системы международного уровня, ком­понентный состав которой также весьма многогранен. Данные правовой доктрины свидетельствуют о том, что в отношении не­го «действительны» и дуалистическое строе­ние, и отраслевое деление. Предложенные юридико-источниковый и «принципный» срезы структурного правового ряда «пригод­ны» не только для национальных систем, но и для международной правовой системы. Более того, представляется, что основное право в целом может быть подразделено на три разноуровневые части. Таковое градиру­ется в отношении международного порядка и одноименных общностей внутригосударст­венного «ранга», в то время как часть его «представляет» общее, основное право. Последнее распространяется на международные и национальные правовые ассоциации. Естественно, интерес, воля и цель «задают характер» не только национального либо международного, но и всего правового воз­действия в целом25.
2 Соотношение понятий «система права» и «система законодательства»
В теории права под системой права понимается структурированная совокупность элементов, нахо­дящихся в отношениях и связях между собой и об­разующих определенную функциональную целост­ность, единство26. Каждая система права является единичным, неповторяющимся историческим фак­том. Задача юриспруденции сводится к конструк­ции элементов системы права, к сведению отдель­ных правовых положений к общим понятиям. В результате логической обработки позитивного права эмпирический материал становится системным, «в котором связи установлены, противоречия вскры­ты, общие принципы найдены и из них извлечены частные их применения»27. Таким образом, систему права можно представить в качестве доктринальной научной категории, которая «принадлежит к числу классификационных структур, систематизирующих явления природы или общества, отражающих связь и соотношение этих явлений, их виды и разновидности»28.
Как известно, основанием построения системы права служат предмет и метод правового регулиро­вания. В связи с этим можно провести дифферен­циацию позитивного права на отдельные отрасли, каждая из которых объединяет внутренне связан­ные между собой нормы29. Вместе с тем, будучи вну­тренне единым и крупным правовым образованием любая отрасль права подразделяется на отдельные элементы, которые имеют свои определенные зада­чи и выполняют самостоятельную роль по отноше­нию к регулируемому кругу отношений. Традици­онно в отрасли права выделяют следующие струк­турные подразделения: подотрасль права, институт права, субинститут права, норму права.
Нормы права — «кирпичики, исходные элементы всего здания права данной страны, складывающиеся на основе типизированных решений жизненных ситуаций»30. Объединения норм права по своему предметному назначению составляют институты права. Правовой институт «позволяет объединить вокруг одного общего интереса и одной духовной основы правила, рассеянные по различны разделам законов и кодексов, но дополняющие друг друга в части конечной цели и питающей их идеи»31.
В некоторых случаях правовой институт может иметь неоднородную сложную структуру, что позволяет внутри института выделить самостоятель­ные образования нормативных предписаний, ре­гулирующих относительно обособленные группы общественных отношений в пределах предмета ин­ститута права. Такие правовые образования получи­ли наименование субинститутов32. Следует отметить, что по мнению отдельных ученых субинститут мо­жет также состоять из относительно обособленных правовых образований. В частности, К. К. Лебедев предложил их именовать «первичными блоками правовых норм»33, с чем вряд ли можно согласиться.
Если так называемые «первичные блоки право­вых норм» разделить на составляющие элементы, то возникает вопрос о том, как следует именовать эти структурные элементы системы права? Само назва­ние «первичный блок правовых норм» подразумева­ет самостоятельное, первоначальное объединение правовых норм. Но, по сути, указанное правовое образование является лишь частью более крупного правового образования - субинститута, которое, в свою очередь, является составляющим элементом правового института. Следовательно, «первичный блок правовых норм» всецело зависит от правово­го субинститута и института и не может претендо­вать на самостоятельность. В связи с этим, следу­ет согласиться с мнением В.С. Якушева, что имен­но «правовой институт - первичное самостоятель­ное структурное подразделение отрасли, первая и наиболее важная ступень в формировании отрасли, где правовые нормы формируются не случайно, а по их юридическому содержанию, обусловленному содержанием конкретных общественных отноше­ний»34. С учетом этого, представляется целесообраз­ным правовые образования, входящие в субинсти­тут именовать субсубинститутами. Тем самым будет показана зависимость данного правого образования от института.
В юридической литературе было высказано мнение, что в основу разделения внутриотраслевых правовых образований, не могут быть положены те же критерии, что и при отраслевой дифференциа­ции (предмет и метод). В связи с этим делались по­пытки найти иные основания деления. Ряд циви­листов в качестве такого критерия выделяет метод правового регулирования35. Однако, данные уче­ные не учитывают того обстоятельства, что способы правового регулирования общественных отноше­ний определяется характером регулируемых отно­шений. Следовательно, метод, взятый сам по себе, независимо от предмета, не может быть основанием внутриотраслевой дифференциации правовых объ­единений.

Список литературы

1. Синюков В.Н. Российская правовая система (вопросы теории): автореф. дис…докт. юрид. наук. Саратов, 1995. С.13-15.
2. Кененов А.А. К вопросу об элементах и структуре советского права // Вестник МГУ. Сер. Право. 1973. № 3. С.50.
3. Сырых В.М. Проблемы теории государства и права. М., РАП. 2008. С.273.
4. Алексеев С.С. Структура российского права. М. 1975. С.33.
5. Поленин С.В. Теория государства и права // под ред. В.И. Бабаева. М.,1999. С.389.
6. Радько Т.Н. Теория государства и права. М.: Проспект, 2010. С.405
7. Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права. М., 2001. С.319.
8. Толстой Ю.К. Теория права. М., 1998. С.136.
9. Соловьев С.Г. К вопросу о комплексности предмета и о методах муниципальной отрасли права //Современное право. 2010. № 10. С.24
10. РадькоТ.Н. Теория государства и права. М.: Проспект, 2010. С.386.
11. Лившиц Р.З. Система советского права и перспектива ее развития // Советское государство и право. 1982. № 6. С. 94-95. № 8. С.56-57
12. Дякина И.А. служебное право как комплексная отрасль права: дис…докт. юрид. наук. Ростов, 2007.
13. Костюков А.М. Муниципальное право как отрасль российского права: автореф. дис…докт. юрид. наук. Екатеринбург, 2003. С. 13-14.
14. Алексеев С.С. Проблемы теории права: курс лекций в 2-х т. Свердловск. 1972. Т.1. С.130.
15. Корнеев С.М. Вопросы построения системы советского права // Правоведение. 1963. № 1. С.17.
16. Шейндлин Б.В. Объективное и субъективное в праве // Правоведение. 1961. № 4. С. 125.
17. Райхер В.К. О системе права. // Правоведение. 1961. № 3. С.61-70
18. Мозолин В.П. Система российского права: тезисы доклада на Всероссийской конференции 14 ноября 2001 г. в МГЮА // Право и политика. 2002. № 2. С. 5.
19. Свирин Ю.А. Некоторые рассуждения о трансформации системы права // Ученые труды Российской Академии адвокатуры и нотариата №4 (23) 2011. С.42-45.
20. Аквинский Ф. Сумма теологий. — М., 2005. — Ч. 1. — С. 75-119.
21. О Программе «Становление и развитие частного права в России»: Указ Президента Российской Федерации от 7 июля 1994 г. N 1473 // Рос. газ. — 1994. — 12 июля.
22. Йеринг фон Р. Юридическая техника. — М.: Статут, 2008
23. Алексеев С. С. Структура системы советского права. — М., 1975
24. Ермак В.Д. Классификация?.. Типология... Идентификация!.. // Соционические чтения. — 1999. — N 10 (31).
25. Азми А.Н. Структура системы права: понимание, значение, срезы // Академический Юридический Журнал – 2010 г. - №39 – с.9-12.
26. Кашанина Т.В., КашанинаА.В. Основы российского права. Учебник для вузов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2003. С. 70.
27. Алексеев Н.Н. Основы философии права. СП6.: Издательство «Лань», 1999. С. 21.
28. Райхер В.К. О системе права // Правоведение. 1975. № 3. С. 68.
29. Брагинский М.И. О месте гражданского права в системе «право публичное - право частное» // Проблемы современного гражданского права: Сборник статей. М.: Городец, 2000. С. 46
30. Алексеев С. С. Право: азбука - теория - философия: Опыт комплексного исследования. М.: «Статут», 1999. С. 44.
31. Бержель Ж.Л. Общая теория права / Под общ. ред. В.И. Даниленко / Пер. с фр. М.: Издательский дом ОТАВЕЕ, 2000. С. 315.
32. Иоффе О. С. Структурные подразделения системы права // Ученые записка ВНИИСЗ. Вып. 14. М., 1968. С. 51
33. Лебедев КК Предпринимательское и коммерческое право: системные аспекты (предпринимательское и коммерческое право в системе права и законодательства, системе юридических наук и учебных дисциплин). СПб.: Изд. «Юридический центр Пресс», 2002. С. 22.
34. Якушев В. С. О понятии правового института // Правоведение. 1970. №6. С. 66
35. Попондопуло В. Ф. Система общественных отношений и их правовые формы (к вопросу о системе права) // Правоведение. 2002. №4. С. 88-89
36. Иоффе О. С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. Гос. изд. юридической литературы. М., 1961. С. 355.
37. Красавчиков О.А. Система права и система законодательства // Правоведение. 1975. №2. С. 69-71
38. Суханов Е.А. О проблемах становления и развития российского частного права // Цивилистические записки: Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 3. М.: «Статут». Екатеринбург: Институт частного права, 2004. С. 43.
39. Шебанов А. Ф. Система законодательства как научная основа кодификации // Советское государство и право. 1971. № 12. С. 31-32;
40. Яковлев В. Ф. Система советского права и перспективы ее развития. «Круглый стол» журнала «Советское государство и право»// Советское государство и право. 1982. С. 83-85
41. Братусь С.Н. Система советского права и перспективы ее развития. С. 92-94.
42. Ямпольская Ц.А. Система советского права и перспективы ее развития. «Круглый стол» журнала «Советское государство и право»// Советское государство и право. 1982. С. 94-95.
43. Красавчиков О.А. Система права и система законодательства. С. 68
44. Шебанов А. Ф. Теория права и государства. Учебник. С. 206.
45. Братусь С.Н. Отрасль советского права: понятие, предмет, метод // Советское государство и право. 1979. № 11. С. 29
46. Головизин А.В. К вопросу о соотношении понятий «система права» и «система законодательства» // Вестник Московского Университета МВД России – 2010 г. – №12 – с.81-84.
Пожалуйста, внимательно изучайте содержание и фрагменты работы. Деньги за приобретённые готовые работы по причине несоответствия данной работы вашим требованиям или её уникальности не возвращаются.
* Категория работы носит оценочный характер в соответствии с качественными и количественными параметрами предоставляемого материала. Данный материал ни целиком, ни любая из его частей не является готовым научным трудом, выпускной квалификационной работой, научным докладом или иной работой, предусмотренной государственной системой научной аттестации или необходимой для прохождения промежуточной или итоговой аттестации. Данный материал представляет собой субъективный результат обработки, структурирования и форматирования собранной его автором информации и предназначен, прежде всего, для использования в качестве источника для самостоятельной подготовки работы указанной тематики.
© Рефератбанк, 2002 - 2022