Вход

советская повседневность и массовоее сознание в 1930-е годы

Рекомендуемая категория для самостоятельной подготовки:
Курсовая работа*
Код 232771
Дата создания 16 июня 2016
Страниц 27
Мы сможем обработать ваш заказ 5 декабря в 12:00 [мск]
Файлы будут доступны для скачивания только после обработки заказа.
990руб.
КУПИТЬ

Описание

В данной работе мы рассматриваем особенности повседневности советских граждан в предвоенные 1930-е годы, поэтому необходимо обратить внимание на складываниен нового советского уклада жизни и изменения массового сознания в более ранний период. ...

Содержание

Введение…………………………………………………………………...………3
1. Жизненный уровень городского и сельского населения в 1939 г……….…5
2. Условия жизни и быт советского народа в предвоенные годы……….....12
3. Регулирование семейно-брачных отношений………………………….…22
Заключение………………………………………………………………….……26
Список использованной литературы……………………………....................27

Введение

Цель работы состоит в анализе советской повседневности и массового сознания в 1930-е годы. Для раскрытия этой цели были поставлены следущие задачи:
1.Охарактеризовать жизненный уровень городского и сельского населения в 1930-е годы;
2. рассмотреть условия жизни и быт советского народа в предвоенные годы;
3. описать особенности регулирование семейно-брачных отношений в изучаемый период.
В написании работы были использованы труды исследователей советской повседневности: Е.А. Осокиной , И.Б. Орлова , Е.Ю. Зубковой , Н.Б. Лебиной , Ш. Фрицпатрика и других.



Фрагмент работы для ознакомления

Организация закрытых распределителей не сопровождалась выделением дополнительных фондов. Товары поступали из общих фондов снабжения района, причем закрытая торговля поглощала большую долю поступавших туда товаров. Людям было не до работы, их основной заботой вновь стал поиск хлеба. Экономическое бессилие власти перед кризисом породило насилие, цель которого была вернуть людей из очередей на производство, заставить их работать и подавить недовольство. В течение 1940-го и в начале 1941 года была принята серия постановлений и указов для решения данной проблемы. Главным стал указ от 26 июня 1940 года, который установил уголовную ответственность за опоздания и прогулы, а также запретил не санкционированный администрацией переход рабочих и служащих с одного предприятия на другое. В условиях острого недостатка продуктов закрытая торговля, которая была создана по решению Политбюро для обеспечения стратегических производств, транспорта и военных, так же стихийно перерождалась в карточное нормированное распределение. В трудовых отношениях накануне Великой Отечественной войны наметился поворот к принуждению. В течение 1940-го и в начале 1941 г. была принята серия жестких постановлений и указов. Центральным из них был Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 г. «О переходе на 8-часовой рабочий день, семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений». В июле была введена уголовная ответственность за выпуск недоброкачественной продукции. В августе 1940 г. эти меры были дополнены указом об усилении уголовной ответственности за мелкие преступления (пьянство, хулиганство, воровство). А это непосредственно касалось отношений на производстве и в бытовой сфере.2. Условия жизни и быт советского народа в предвоенные годыВ 1930-е гг. серьезные изменения происходят в социальной сфере. Перемены в социальной структуре, уровне и образе жизни народа определялись взаимодействием двух противоположных тенденций. С одной стороны, в результате ускоренной индустриализации и "сплошной коллективизации" утверждался остаточный принцип финансирования социальных нужд. С другой стороны, модернизация экономики требовала повышения благосостояния народа, подъема его культурного уровня. Советская урбанизация, как и индустриализация, во многом носила искусственный, форсированный характер. Являясь побочным продуктом индустриализации, она не сопровождалась формированием полноценной городской среды, ростом средних социальных слоев, что вело к утрате советским городом ряда традиционных «городских» черт. Крестьяне, бежавшие в массовом количестве в города, заселялись в подвалы, чердаки, бараки (большинство реквизированных у имущих слоев квартир досталась пришедшим к власти новым управленцам).В официальном издании «Труд в СССР» отмечалось, что значительная часть притока размещается по углам. За годы первой пятилетки возросла доля рабочих, проживающих в общежитиях. Скученность в них была невероятная. Отмечались случаи, когда рабочие разных смен спали по очереди на одних и тех же постелях. Особенно тяжелыми жилищные условия были на новостройках. Например, в Новокузнецке на одного человека приходилось менее 1,3 кв. м., а если исключить землянки и времянки, то вообще – 0,44 кв. м.. В Кемерово в 1936 г. 76 % всего жилого фонда составляли бараки, избы и землянки.Серьезно обостряет жилищную проблему в городах замедление темпов строительства жилья в годы первой и второй пятилеток. Общая площадь жилых домов, построенных с 1927 г. по 1937 г., составила лишь 61 % от того, что было построено за десятилетие с 1918 по 1928 г. Остроту квартирного вопроса в социалистическом государстве замечали все. Немецкий писатель Л. Фейхтвангер, посетивший СССР в 1937 г., писал: «Однако тяжелее всего ощущается жилищная нужда. Значительная часть населения живет скученно, в крохотных убогих комнатушках, трудно проветриваемых зимой. Приходится становиться в очередь в уборную и к водопроводу. Видные политические деятели, ученые с высокими окладами живут примитивнее, чем некоторые мелкие буржуа на Западе».Повседневность коммуналок лишала живущих в ней людей даже маленького кусочка скрытой личной жизни, к которой так тянется человек. Самые потаенные стороны быта становились достоянием всей квартиры. И это не могло не устраивать государство, строившее свою политику на принципах тотального контроля за личностью. Жилище в советском обществе перестало быть просто местом отдыха, потребления, довольно закрытой сферой частной жизни. Оно превратилось в социальный институт, в котором нормы поведения во многом определялись санитарными и жилищными нормами, а также структурой жилища.Форсированный темп урбанизации способствует маргинализации большинства городского населения. Недавние сельские жители, оторвавшись от земли, от социального контроля сельского типа, в большинстве своем не приобретают ценностей городского общества. Естественным следствием такого положения становится криминализация городского общества 30-х гг., ослабление семейных связей. В результате массового перетока сельских жителей в города они на какое-то время оказываются в численном превосходстве над коренными горожанами, что отрицательно сказывается как на общем уровне культуры, так и на всем процессе социального наследования. Реальное материальное положение большинства горожан в годы довоенных пятилеток очень отличалось от картины, рисуемой официальной статистикой и пропагандой тех лет. Вопреки оптимистическим заявлениям И.В. Сталина и других советских вождей, форсированная индустриализация приводит в 30-е гг. к падению жизненного уровня большинства населения. Заработная плата рабочих и служащих практически не покрывала рост цен. В предвоенные годы в общественно-политической и духовной жизни утвердилось полное господство идеологической и политико-воспитательной деятельности партии, установился идеологический диктат, основывавшийся все более и более на личных взглядах Сталина. Показателем условий жизни и повседневности советских граждан в конце 30-х г. является обеспечение промышленными товарами и одеждой. К примеру, в конце 1935 г. в гардеробе среднего молодого ленинградца имелись пальто, костюм, две пары брюк, 3–4 рубашки, две пары обуви; у девушки - два пальто (зимнее и демисезонное), 4 платья, 4 смены белья, две юбки, две блузки, две пары обуви. Эти количественные характеристики на первый взгляд свидетельствуют об относительно высоком уровне благосостояния населения в конце 30-х гг. Однако, если сопоставить материальные возможности основной массы горожан и цены на престижные предметы одежды - бостоновые костюмы, шерстяные пальто, крепдешиновые платья и кожаную обувь, то становится ясным, что иметь эти вещи могли очень немногие. Недоступны они были даже элитным слоям рабочих. В том же 1935 г. средняя зарплата молодых рабочих ленинградской промышленности составляла 275 руб., а стахановцев - 325 руб. Кроме того, в Ленинграде жили учителя, медики, бухгалтеры, люди, работающие в сфере обслуживания, культуры - те, кто по традиции советской социально-обезличивающей стратификации носили весьма расплывчатое имя «служащие», а также студенты, пенсионеры, иждивенцы. Их доходы были намного меньше, чем у представителей рабочего класса. И, конечно, стиль одежды, рекламируемый на съездах стахановцев, отнюдь не был распространен среди основной массы населения.Разумеется, в условиях постоянного товародефицита и ограниченной распределительной системы деформировались жизнь и быт людей. Много времени тратилось на поиски необходимых вещей, стояние в очередях. Вот письмо матери-одиночки П.Жуковой, направленное председателю Совнаркома СССР В.М. Молотову 27 августа 1940 г. «Простите меня, что я обращаюсь к Вам с таким пустяковым вопросом, но я не знаю, что дальше делать. Дело в том, что я в течение нескольких воскресных дней хожу по Москве за поиском ботинок для мальчика на 9 лет № 32 и не в состоянии достать, так как их нет даже в магазинах «Люкс». В будни я работаю и не могу попасть в магазин… Я мать-одиночка, мне вообще очень трудно одной воспитывать ребенка, а здесь еще я за свои деньги не в состоянии обуть ребенка». Сошлемся еще на один документ-дневник 25-летнего студента истфака ЛГУ Манькова за 1939 г. «Перевалило уже на второй месяц, как через день я гонюсь по магазинам в поисках мануфактуры, либо просто приличных брюк! Полное безтоварье! "Выбросят” 20-30 костюмов, а очередь выстроиться человек в 300.. У нас лучшая в мире конституция, но нет ботинок и сапог…», – зафиксировано в источнике.Развернулась борьба с очередями в городах. Первые постановления «об упорядочении торговли и ликвидации очередей» (весна 1939 г.) касались столицы и только торговли промышленными изделиями. По мере ухудшения положения они были распространены и на торговлю продовольствием (январь 1940 г.) во многих городах РСФСР. Принятые постановления требовали выселять из городов «наехавших из разных областей спекулянтов и закупщиков на основе строгого соблюдения паспортного режима». Те же постановления запрещали создавать очереди у магазинов. За неподчинение – штраф в размере 100 руб. или привлечение к уголовной ответственности. Очереди разгоняли милицией. Но они не исчезли, а переместились во дворы после новых санкций люди перестали строиться в очереди, а просто «прогуливались» перед магазином.Если в отношении питания и еще более в отношении промтоваров понижение материального уровня жизни в СССР больше ощущалось деревней, то ухудшение жилищных условий коснулось в первую очередь города.Жилищное строительство при абсолютном увеличении не успевало за темпами роста городского населения. В 1940 г. в городах проживало свыше 63 млн чел. против 26 млн чел. в 1926 г. И несмотря на то, что за три года предвоенной пятилетки в городах и поселках городского типа было введено в эксплуатацию 42 млн кв. м жилой площади, нарастал острый жилищный кризис. В среднем на одного горожанина в 1940 г. приходилось 6,3 кв. м полезной площади жилищ, то есть примерно столько, сколько до 1917 г., и почти в 1,5 раза меньше, чем в середине 20?хгг., а в ряде городов и поселков и того меньше. Так, в домах Горьковского и Московского автозаводов на одного человека приходилось по 4 кв.м. Массовое распространение в предвоенные годы получило расселение в коммунальные квартиры. Новые пополнения рабочих, прибывающих из деревень, проживали преимущественно в бараках, полуподвальных помещениях и даже в землянках. Жизнь в уплотненных коммуналках, постоянно на глазах у соседей крайне изматывала большинство жильцов морально. Квартирный вопрос портил людей.Реально отдельную квартиру могли получить только представители партийно-государственной номенклатуры, высококвалифицированные специалисты, деятели науки и культуры и отдельные стахановцы.Обострение жилищного кризиса в предвоенное время было прямым следствием распределения материальных и финансовых ресурсов в интересах технической модернизации: плановые задания в жилищно-коммунальном строительстве имели второстепенное значение. Поэтому нередко финансовые средства, материалы и рабочие снимались с объектов жилищного строительства и направлялись на возведение заводов, транспортных магистралей и т.п. Вот одно из характерных распоряжений СНК СССР того времени: «Совнарком СССР разрешает Главлесоспирту при СНК СССР уменьшить объем капвложений на жилищное строительство с 9,3 млн руб. до 5,5 млн руб. с соответствующим увеличением капвложений на промышленное строительство».Одновременно замедлялось и развитие жилищно-коммунального хозяйства. Во многих городах России, Украины и Белоруссии замораживалось строительство водопроводов, бань, прачечных и других коммунальных объектов. По данным Госплана СССР, в 1940 г. план жилищного строительства в системе Наркомхоза РСФСР в целом был выполнен лишь на 54%, строительства водопровода – на 95%, канализации – на 50%.За 1938–1940 гг. были построены водопроводы в 28 городах Союза, канализация – в 12 городах. Водопроводами в стране было обеспечено 512 городов, канализацией – 193. Началась теплофикация и газификация городов. 81 город имел трамвайное сообщение.Изменения в облике городов, рабочих поселков отразились и в изменении интерьера рабочего жилища. Постепенно в интерьере, характерном для начала 30-х годов, появляются новые черты. Из комнат и общежитий рабочих, недавно пришедших из деревни, удаляется мебель кустарной работы, в частности сундуки, баулы, табуреты и топчаны, и появляются стулья и кровати. В семьях потомственных рабочих деревянные кровати заменялись металлическими, появились клеенчатые диваны, шифоньеры с зеркалами. Из убранства исчезли домокатные шерстяные одеяла и полосатые половики, особенно распространенные в начале 30-х годов. Кровати застилали пикейными, байковыми и реже шерстяными одеялами фабричного производства. Женщины украшали жилище диванными подушками, вышитыми салфетками, дорожками. Появились и безделушки. Нередко рабочие, их семьи, отдыхая в Крыму, на Кавказе и в других местах, привозили оттуда сувениры. Жилища рабочих Предуралья, Урала и Зауралья нередко украшали изделия художественного чугунного литья каслинских мастеров и умельцев-каменотесов.В эти годы больше стало домашних библиотек художественной, общественно-политической и технической литературы. Репродуктор, патефоны, милые рабочему человеку балалайка, гитара и гармонь прочно вошли в быт городов и рабочих поселков. Комнатные цветы оживляли интерьер рабочей квартиры. В какой бы тесноте не жили семьи, они выделяли уголок для детей младшего возраста, уголок для школьника.В сельской местности преобладающим типом жилища был отдельный деревянный дом для каждой семьи. Однако эти дома были лишены простейших коммунальных удобств, а большинство из них – электричества. Благоустройство сел и деревень накануне войны только начиналось.В решении проблем каждодневной жизни все большее значение стал иметь блат, который простые люди считали скрытой формой мошенничества. Это явление нашло отражение в обращениях граждан, направленных в высшие государственные инстанции. Приведем отрывок из письма рабочего П.Г.Гайтцука из г. Новгорода от 2 июля 1940 г. адресованное в СНК СССР А.Ф. Вышинскому. «В лексиконе русского языка появилось слово «блат». Я не могу Вам буквально перевести это слово, так как оно, может быть, происходит от какого-либо иностранного слова. Но зато на русском языке я его хорошо понимаю и могу перевести буквально точно… Слово «блат» означает – жульничество, мошенничество, воровство, спекуляция, разгильдяйство и т.д. … Не иметь блата это равносильно тому, что вы везде всего лишены. В магазине вы ничего не достанете. На ваши законные требования вам дадут ясный ответ. Обратитесь с просьбой – к вам будут слепы, глухи и немы. Если вам нужно достать, т.е. купить в магазине товар–нужен блат. Если пассажиру трудно или нельзя достать железнодорожного билета, то легко и просто достать по блату. Если вы живете без квартиры, то никогда не обращайтесь в жилуправление, в прокуратуру, а лучше заведите хотя бы маленький блат и сразу найдется квартира.Если хотите отлично устроить свои личные дела по службе, за счет кого-либо другого, нарушая при этом всякую справедливость и законность, опять же обратитесь к блату. И, наконец, обратитесь вы к представителю или работнику государственной, общественной или кооперативной организации за разъяснением какого-либо личного вопроса. Попробуйте без блата чего-либо добиться. Вы разобьетесь но ничего не добьетесь». Привилегии имели работники центрального аппарата, местные партийные и советские руководители, номенклатурные кадры. Самоснабжение местных руководителей достигалось ценой ухудшения положения народных масс. Но советская элита по уровню жизни уступала богатым людям западного общества.Привилегированное положение ответственных партийных и советских работников в закрытой системе снабжения отмечалось в архивных документах, в том числе докладных записках наркома торговли СССР А.В. Любимова в СНК СССР.В прямой зависимости от развития одной из важнейших социальных областей – здравоохранения – находилось медицинское обеспечение населения. Общая больничная сеть в СССР к 1941 г. достигала 500 тыс. коек, из них около 170 тыс. находилось в сельской местности. В стране насчитывалось более 141 тыс. врачей (не считая зубных врачей) и 460 тыс.

Список литературы

1. Бойм С. Общие места. Мифология повседневной жизни. - М.: Новое литературное обозрение, 2002. - 320 с.
2. Касавин И. Т. Анализ повседневности. - М.: Канон+, 2004. - 432 с.
3. Худенко А. В. Повседневность в лабиринте рациональности// Социологические исследования. - 1993. - № 4. - С. 67—74.
4. Фицпатрик Ш. Повседневный сталинизм. Социальная история Советской России в 30-е годы: город. - М.: РОССПЭН, 2001. - 336 с.
5. Вальденфельс Б. Повседневность как плавильный тигль рациональности.-
М.: Прогресс, 1991. - 178 с.
6. Пушкарев, Н. Л. «История повседневности» и «история частной жизни»: содержание и соотношение понятий.- М.: РОССПЭН, 2005. -189 с.
7. Журавлев С. В. Повседневная жизнь советских людей в 1920-е годы.- М.: РОССПЭН, 1998. - 350 с.
8. Осокина Е. А. За фасадом «сталинского изобилия». Распределение и рынок в снабжении населения в годы индустриализации, 1927—1941. - М.: РОССПЭН, 1997. - 271 с.
9. Зубкова Е. Ю. Послевоенное советское общество: политика и повседневность. 1945—1953. - М.: РОССПЭН, 1999. - 229 с.
10. Орлов И. Б. Советская повседневность: исторический и социологический аспекты становления. - М.: ГУ ВШЭ, 2009. - 317 с.
11. Сенявская Е. С. Психология войны в ХХ веке: Исторический опыт России. - М.: РОССПЭН, 1999. - 383 с.
12. Николаев В. Г. Очередь как социальное наследие и элемент образа жизни.- Вестник Московского университета. Сер. 18. Социология и политология. - 2005. - № 1. - С. 96—112.
13. Щербаков, В. П. Homo soveticus в сетях повседневности// Человек постсоветского пространства: сб. мат-лов конф. Вып. 3. СПб.: Санкт-Петербург, философ. Общ-во, 2005.- С. 471—476.
14. Герасимова Е. Ю. Советская коммунальная квартира: историко-социологический анализ (на материалах Петрограда - Ленинграда, 1917—1991). - СПб., 2000. - 223 с.
15. Лебина Н. Б. Энциклопедия банальностей. Советская повседневность: Контуры, символы, знаки. - СПб.: Дмитрий Буланин, 2006. - 442 с.
16. Козлова Н. Н. Социология повседневности: переоценка ценностей // Общественные науки и современность. - 1992. - № 3. - С. 47-56.
17. Зинич М.С. Повседневная жизнь населения СССР в предвоенные годы. 1938–1941 гг.// Мир и политика. - 2012. - №12. - С. 34-38.
Пожалуйста, внимательно изучайте содержание и фрагменты работы. Деньги за приобретённые готовые работы по причине несоответствия данной работы вашим требованиям или её уникальности не возвращаются.
* Категория работы носит оценочный характер в соответствии с качественными и количественными параметрами предоставляемого материала. Данный материал ни целиком, ни любая из его частей не является готовым научным трудом, выпускной квалификационной работой, научным докладом или иной работой, предусмотренной государственной системой научной аттестации или необходимой для прохождения промежуточной или итоговой аттестации. Данный материал представляет собой субъективный результат обработки, структурирования и форматирования собранной его автором информации и предназначен, прежде всего, для использования в качестве источника для самостоятельной подготовки работы указанной тематики.
© Рефератбанк, 2002 - 2022