Вход

Сравнение образов Пугачева в исторической повести и в историческом труде

Реферат по литературе
Дата создания: 2008 год
Автор: Кобелева Анастасия
Язык реферата: Русский
Word, doc, 76 кб
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать
Данная работа не подходит - план Б:
Создаете заказ
Выбираете исполнителя
Готовый результат
Исполнители предлагают свои условия
Автор работает
Заказать
Не подходит данная работа?
Вы можете заказать написание любой учебной работы на любую тему.
Заказать новую работу
Содержание:
 

І. Вступительная часть

ІІ. Основная часть

    1.Историческое чувство Пушкина

    2.Интерес Пушкина к событиям Пугачевского бунта

    3.Задачи, стоявшие перед автором

    4.Сравнение исторической повести и исторического труда

    5.Образ Пугачева в повести «Капитанская дочка» и его отличия

      от образа в «Истории Пугачевского бунта»
    6.Пугачев в реальности

ІІІ. Заключительная часть


 
Вступительная часть
 

   Целью своей работы мы считаем сравнение образов Пугачева в исторической повести и в историческом труде между собой и с материалами Военной коллегии, а также изучение задач, которые стояли перед автором.

    Для нашего исследования мы изучаем ход работы автора при создании «Истории Пугачевского бунта» и «Капитанской дочки», источники информации, которыми он пользовался и комментарии других писателей.

 

 
Основная часть
 

   Давно известно, что Пушкину в высшей степени присуще историческое чувство и историческое мышление. Историзм – одно из тех свойств художественного гения поэта, которое легло краеугольным камнем в основание его реализма.

   Можно сказать историю, особенно русскую, Пушкин воспринимал исключительно лично, интимно, и это нисколько не мешало, наоборот, помогало ему видеть истинный, хотя подчас затаенный, отнюдь не лежащий на поверхности ее смысл. Свою жизнь Пушкин вписывал в историю России, которую, в свою очередь, просматривал через призму своей судьбы человека и поэта. Это органическое слияние личного удела и исторического движения покоилось на убеждении Пушкина в неостановимости исторического процесса, который определяет вполне постигаемые чувством и разумом законы, побуждающие людей, участников исторического действа, выбирать ту или иную позицию, не оставаться пассивными и равнодушными зрителями.

   А. С. Пушкин заинтересовался событиями Пугачевского бунта (судя по его письму к брату) в 1824 году, во время Михайловской ссылки; просил прислать известный, даже модный (хотя, как оказалось, полный нелепостей и вздора) роман «Ложный Петр ІІІ, или Жизнь и похождения бунтовщика Емельяна Пугачева».

Летом 1832 года (или, как полагают пушкинисты, несколько раньше) Пушкин набросал первый известный нам план повести или романа, в котором угадываются черты будущей «Капитанской дочки». Через некоторое время появился второй, а потом и третий; под ним – дата: «31 янв. 1833», но роман «не шел»… Почему? – Одну из хороших причин видим в том, что Пушкин, скорее всего, не столь хорошо знал эпоху Пугачевского бунта, чтобы писать исторический роман. Пушкин возбуждает ходатайство о допущении его к архивным материалам, связанным с восстанием Пугачева. Он начинает собирать материалы по истории пугачевского движения. В июле 1833 года Пушкин собирался выехать в места событий и мотивировал просьбу об отпуске тем, что хочет написать «роман, коего большая часть действия проходит в Оренбурге и Казани».

 В «Истории Пугачевского бунта» Пушкина интересовала прежде всего «пугачевщина», то есть само восстание, а не его инициаторы, вожди и вдохновители. Они обрисованы Пушкиным скупо, в отличие, например, от «Капитанской дочки», где столь выразительны портреты Пугачева, Хлопуши, Белобородова и даже рядовых участников крестьянской войны. В «Истории Пугачевского бунта» все повествование занял размах восстания и как бы «образ» восстания в народном сердце и в народной памяти.

   Повесть Пушкина вобрала в себя богатый материал, освоенный и обобщенный в «Истории Пугачевского бунта». И это касается самых разнообразных деталей: золоченого «дворца» Пугачева, портретов мятежников, их реплик, характеристик персонажей, описаний Оренбурга и Казани, предметов быта и обихода, разговоров и поведения. За каждой строкой чувствуется полное погружение в эпоху, в психологию исторических лиц.

   Ясно, что в «Капитанской дочке» исторические события призваны оттенить человеческие качества героев. Это равно относится и к Гриневу, и к Пугачеву, и к второстепенным персонажам. Например, генерал Рейнсдорп в «Истории Пугачевского бунта» - нерешительный, глуповатый, лишенный военного таланта незадачливый полководец. В «Капитанской дочке» у Андрея Карловича Р. Эти качества сохранены, но, кроме них, он еще и верен старой дружбе, и добр, и способен на сожаление.

   Задачи, стоявшие перед Пушкиным в «Истории Пугачевского бунта» и в «Капитанской дочке», обусловили отличающийся подход к изображению исторических фигур. Прежде всего это относится к Пугачеву.

   Первый план исторического труда заняло крестьянское движение, а в «Капитанской дочке» - Пугачев. В «Истории Пугачевского бунта» последовательно описан ход восстания; противостояние лагерей, расслоение внутри каждого из них, действия бунтовщиков и правительственных начальников. Тут – сама история, как она реально совершалась.

   Пугачев нарисован в «Капитанской дочке» куда более живо, чем в «Истории Пугачевского бунта». «Его видишь, его слышишь», - писал Вяземский. И надо сказать, что это имеет первостепенное значение для художественной мысли Пушкина. Если «Историей Пугачевского бунта» поэт преследовал практическую цель – указать на необходимость преобразований, то «Капитанской дочкой» он художественно решал более отдаленную, но не менее глубокую гуманистическую проблему: как достичь единства нации, как примирить противоречия и на какой основе это возможно. Оказалось, что почва для сближения «мужицкого царя», повстанца Пугачева и дворянина Гринева есть, она еще не в настоящем, а в будущем. Пугачев и Гринев – в разных лагерях, но человечность, уважение к личности других людей, к их простым чувствам объединяют пушкинских героев. Пугачев, следуя народной нравственности, заступается за сироту, он как-то по-отечески сочувствует Гриневу и предлагает даже сыграть свадьбу и попировать. А Гринев, проявляя жалость к замерзающему мужику, предостерегая его от предвидимого печального конца, искренне желает Пугачеву добра, и тот это чувствует и ценит. Так дворянин и враг дворян находят общий язык, между ними на короткий срок устанавливается взаимопонимание, и Пушкину оно особенно дорого.

      Историческая повесть – жанр художественной литературы. На ее страницах ушедший мир предстает в живых и увлекательных художественных образах. Исторический труд – научное исследование. Его главное достоинство – документальная точность, логическая четкость и доказательность. На примере творчества Александра Сергеевича Пушкина мы попытаемся сравнить образы одного и того же героя в художественном произведении на историческую тему и в научном труде. Работая над созданием исторической повести «Капитанская дочка», Пушкин пишет «Историю Пугачева». В «Архивных тетрадях» писателя есть специальные таблицы, которые показывают, насколько активно и щедро накапливал автор исторический материал, как экономно он его включал в свой исторический труд, как вдохновенно и психологически точно использовал то одну, то другую деталь в самых различных сценах повести. Во время своего путешествия Пушкин собирал даже маловажную, казалось бы, информацию о восстании Пугачева. Много общался со свидетелями восстания. Вот что о Пушкине вспоминает В. И. Даль: «Пушкин прибыл нежданный и нечаянный и остановился в загородном доме у военного губернатора Василия Алексеевича Перовского, на другой день перевез я его оттуда, ездил с ним в историческую Бердинскую станицу, толковал, сколько слышал и знал местность, обстоятельства осады Оренбурга Пугачевым. Пушкин слушал все это с большим жаром и хохотал от души следующему анекдоту: Пугач, ворвавшись в Берды, где испуганный народ собрался в церкви и на паперти, вошел также в церковь. Народ расступался в страхе, кланялся, падал ниц. Приняв важный вид, Пугач прошел прямо в алтарь, сел на церковный престол и сказал вслух: «Как я давно не сидел на престоле!» В мужицком невежестве своем он воображал, что престол церковный есть царское седалище. Пушкин назвал его за это свиньей и много хохотал.»

   Материалы, которыми пользовался писатель, очень обширны. Даже те извлечения, которые сделаны из них, заняли в полном издании «Истории Пугачева» целый том. В исторических трудах Пугачев, как правило, изображался злодеем. Пушкин, как он сам говорил, стремился к объективности. По словам Пушкина, его задача – изобразить Пугачева в соответствии с «истиной исторической», для чего писатель долго работал над документальными источниками.

Чтобы получить представление о характере работы писателя с документами, мы приводим описание внешности Пугачева в материалах Военной коллегии, «Истории

Пугачева» и «Капитанской дочке».

    Материалы

Военной коллегии

     «История

     Пугачева»

 «Капитанская

       Дочка»

По объявлению его жены Софьи Дмитриевой:

«…от роду будет лет сорок, лицом сухощав, во рту верхнего спереди зуба нет, который он выбил саласками еще в малолетстве в игре, а от того времени и доныне не вырастает. На левом виску от болезни круглый белый признак… величиною с двухкопеечник. На лице имеет желтые конопатины; сам собою смугловат, волосы на голове темно-русые по-казацки постригал, росту среднего, борода была клином черная, небольшая».

Глава ІІ

«Незнакомец был росту среднего, широкоплеч и худощав. Черная борода его начинала седеть».

 
Глава ІV

«Он был сорока лет от роду, росту среднего, смугл и худощав; волосы имел темно-русые, бороду черную, небольшую и клином. Верхний зуб был вышиблен еще в ребячестве, в кулачном бою. На левом виску имел он белое пятно, а на обеих грудях знаки, оставшиеся после болезни, называемой черной немочью».

Глава ІІ

«Я взглянул на полати и увидел черную бороду и два сверкающие глаза… мужик слез с полатей. Наружность его показалась мне замечательна: он был лет сорока, росту среднего, худощав и широкоплеч. В черной бороде его показывалась проседь; живые большие глаза так и бегали. Лицо его имело выражение довольно приятное, но плутовское. Волоса были обстрижены в кружок…»

 
Глава VІІ

«…На белом коне ехал человек в красном кафтане с обнаженной саблею в руке: это был сам Пугачев.

…Пугачев сидел в креслах на крыльце комендантского дома. На нем был красный казацкий кафтан, обшитый галунами. Высокая соболья шапка с золотыми кистями была надвинута на его сверкающие глаза».

 
Глава VІІІ

«Пугачев на первом месте сидел, облокотясь на стол и подпирая черную бороду своим широким кулаком. Черты лица его, правильные и довольно приятные, не изъявляли ничего свирепого».

 
Глава XІ

«Пугачев сидел под образами, в красном кафтане, в высокой шапке и важно подбочась…

Глаза у Пугачева засверкали…

Лицо самозванца изобразило довольное самолюбие».

 

   Сравнение портретов в архивных документах, историческом труде и «Капитанской дочке» дает возможность увидеть разницу между научным и художественным произведениями. Она проявляется в характере использования подлинных свидетельств, в особенности оформления материала, в стилистической манере подаче текста. Историк стремился преподнести факты так, как они зафиксированы в документах: по возможности строго и беспристрастно. Писатель в исторической повести рисует яркую картину прошлого. Автор создает сюжет художественного произведения, который вводит читателя в гущу событий, знакомит его с героями, обстановкой, природой тех лет. Перед читателем предстают события живой жизни, образы яркие и достоверные – история оживает благодаря мастеру художественного слова. Мир логики и мир эмоций не отделены друг от друга непроницаемой стеной, но отличие исторического труда «История Пугачева» от исторической повести «Капитанская дочка» очевидно.

   Человечность Вожатого в «Капитанской дочке» высвечена ярче, чем в «Истории Пугачевского бунта». Но не забудем, сколь многим в «Капитанской дочке» поэт обязан добросовестному и проницательному историку, автору «Истории Пугачевского бунта»

   В повести «Капитанская дочка» образ Пугачева очень ярко представлен. Мы как будто видим Пугачева не с одной, а с нескольких сторон.

   Самый первый раз мы встречаем Пугачева не в образе «государя», а в образе простого бедного мужика, плохо одетого. Но эта встреча сыграла большую роль в дальнейшем развитии действий. А всё дело в том, что Петруша пожалел бедного мужика и подарил ему заячий тулуп, хотя Савельич был против. Эта доброта Петруши потом ему очень помогла. По тому как Пугачев разговаривал с Петрушей, он был очень ему благодарен за подарок, скорее всего это обстоятельство служило началом симпатии Пугачева к Петруше.

   Второй раз мы встречаем Пугачева в главе «Приступ». Сначала мы видим его издалека. Он едет верхом на лошади и руководит войском. Выглядит здесь очень смелым, настоящим полководцем, который только один может «вдохновить» свою армию. И вот Пугачев въезжает в крепость. В крепости он предстает перед нами в образе «государя» одет, по мнению народа, как подобает государю: красный казацкий кафтан, обшитый галунами, на голове высокая соболья шапка с золотыми кистями. В этой главе Пугачев, как суровый и жестокий «государь», был просто обязан казнить Петрушу, но симпатия к нему, появившаяся после первой встречи, превысила необходимость выглядеть таким «государем». Но после такой «слабости» (отказ казнить офицера, отказавшегося принимать присягу) Пугачев не мог помиловать еще одного провинившегося. Так в повести «Капитанская дочка» погибает Василиса Егоровна.

   В следующий раз мы встречаем Пугачева за столом. От образа жестокого «государя» и следа не осталось. В чертах его лица больше не было ничего свирепого. Все обходились между собой как товарищи и не оказывали особого предпочтения своему предводителю. Когда Емельян разговаривал с Петром Андреичем, то смотрел на него пристально, прищуривая левый глаз. Словно пытался понять и разглядеть собеседника или еще раз убедиться в том, что насчет Гринева не ошибся. Говорил с ним откровенно. Да и Петра ценил, в первую очередь, за откровенность. Наверное, считал откровенность самым главным качеством человека. В этой беседе Петр прямо сказал Пугачеву, что если ему прикажут, он будет служить против него. И это Пугачев ему простил.

   В следующей встрече Гринева и Пугачева еще ярче выражена симпатия Емельяна к Петру. Перед появлением Петра Андреича, Пугачев старался быть важным, а как вошел Гринев, вся поддельная важность вдруг исчезла. Два самых верных товарища Пугачева, которым он доверял почти как себе, присутствовали при разговоре Емельяна и Петра. И опять же помиловал Пугачев Гринева, не смотря на то, что советчики его это не одобряли. И здесь сказалась обстоятельства той первой встречи с Пугачевым. Кроме того он пообещал Петру разобраться со Швабриным и поженить Гринева с Машей.

   На следующий день, когда Пугачев и Гринев поехали к комендантскому дому, лжегосударь рассказал Петру Андреичу сказку про орла и ворона. И Гринев и Пугачев считают себя орлами в этой сказке. Для Пугачева лучше «раз напиться живой кровью», пусть путем обмана и разбоя пожить хорошо, пусть недолго. Но для Петра Андреича жить разбоем – значит «клевать мертветину». Вот такие разные мнения по поводу одной короткой, казалось бы простой, сказки. Хотя у каждого свое мнение, друг друга они понимают, понимают почему собеседник понимает так, а не иначе. Но все же каждый остается каждый остается при своем мнении. 

И вот они уже у крыльца комендантского дома. Их встречает Швабрин.

   По дальнейшему ходу событий Пугачев проявляет много человеческих качеств, таких как жалость к сироте, проявление чувств. Он очень зол на Швабрина, хотел сначала казнить, но потом решил помиловать. В этом же эпизоде он снова милует Петра Гринева, который в этот раз действительно провинился перед Пугачевым. И прощает потому, что Гринев честно и откровенно объяснил, поче6му он ему соврал. И здесь опять сыграл роль, пусть уже небольшую, заячий тулупчик. Это была предпоследняя встреча Емельяна Пугачева и Петра Гринева.

   Последний раз Петр Андреич видел Пугачева на его казни. Вождь восставших узнал его в толпе и кивнул ему головою. Через минуту мертвая окровавленная голова Пугачева была показана народу.

   Пушкин описывает нам Пугачева не таким, каким мы его знаем по учебнику истории. Автор показывает нам, что и хорошие, человеческие качества были в личности Емельяна. Может быть этих качеств было больше, чем плохих, но желание «поцарствовать» и хорошо пожить превысило все другие качества. Он знал, что его казнят, знал, что его же люди, в основном разбойники, все равно его выдадут. Он все это знал, но все равно не остановился.

   Много раз прощал Пугачев Гринева, сколько раз он его миловал. Очень уж он ценил в Петруше его искренность, откровенность, конечно же жалость к простому бедному мужику, которого Савельич даже считал пьяницей.

   Пугачев в Пушкинском романе не тождествен своему историческому прототипу. Образ Пугачева – сложный сплав исторических, реально-бытовых, символических и фольклорных элементов, это образ-символ, развертывающийся, как и любой символический образ, в нескольких, порой взаимоисключающих, смысловых плоскостях. Пугачев – персонаж романа, участник сюжетного действия. Он увиден глазами Гринева. Как персонаж он появляется только тогда, когда его жизнь пересекается с жизнью мемуариста. Облик Пугачева физически конкретен, рассказчику вполне ясен и его социальный статус: он казак, «бродяга», главарь «шайки разбойников».

   Несмотря на свою «реалистичность», Пугачев резко отличается от других героев. С его появлением в романе возникает тревожная, загадочная атмосфера. И в главе «Вожатый», и во время бунта перед нами человек, внешность которого выразительна, но обманчива. Внутреннее, скрытое кажется в нем значительнее и таинственнее того, что доступно взгляду Гринева. Человеческий облик Пугачева сложен и противоречив. В нем уживаются жестокость и великодушие, лукавство и прямота, желание подчинить человека и готовность ему помочь. Пугачев может грозно хмуриться, напускать на себя «важный вид» и улыбаться, добродушно подмигивать.

   В романе постоянно говорится о глазах Пугачева. Эта деталь необходима для создания его динамического портрета. Пугачев непредсказуем – это человек-стихия. Важнейший принцип создания образа Пугачева – превращение, метаморфоза. Он постоянно перевоплощается, как бы ускользая от однозначных определений. Двойственно уже само его положение как человека –«оборотня»: он казак – человек, имеющий подлинное имя, и самозванец, присвоивший чужое имя покойного Петра ІІІ (имя для Пугачева – главный атрибут власти). В сюжете романа из «бродяги» он превращается в «великого государя». В нем проступают то черты плутоватого казака, то мудрость народного вождя и полководца. В некоторых эпизодах метаморфозы следуют одна за другой: властный и грозный «государь» оборачивается искренним и милосердным спасителем «его благородия» и «красной девицы»; нетерпеливый и скорый на расправу человек – рассудительным и примиряющим. Мотив превращения пришел в роман из фольклора (мифа и волшебной сказки.)

   История вывела Пугачева из-под своих таинственных покровов, сделав символической фигурой, жуткой в своей реальности и одновременно волшебной, почти сказочной. Прототип пушкинского Пугачева – реальное историческое лицо, самозванец, глава восставших. Историчность Пугачева закреплена в романе казенным приказом о его поимке, подлинными историческими фактами, которые упомянуты Гриневым.

 

 
Заключительная часть
 

   Проделав нашу работу, мы пришли к выводу, что образы Пугачева в обоих источниках значительно отличаются друг от друга. Автор пользовался разными приемами для создания образов Пугачева и выполнения задач, стоявших перед ним, но источники информации, которыми он пользовался были одни и те же.


Библиография.
 

І. Источник.

1) Пушкин А. С. «Капитанская дочка» // Литература, В.Я. Коровина, В. П. Журавлев, В. И. Коровин. Москва «Просвещение», 2006

2) Пушкин А. С. «История Пугачевского бунта» (в сокращении) // Литература, В.Я. Коровина, В. П. Журавлев, В. И. Коровин. Москва «Просвещение», 2006

 

ІІ. Литература.

1) В. Вересаев «Пушкин в жизни» // Москва «Правда», 1990

2) В. А. Кожевников «Историческая эпоха, развитая в вымышленном повествовании» // Литература, В.Я. Коровина, В. П. Журавлев, В. И. Коровин. Москва «Просвещение», 2006

3) В. Коровин «Исторический труд А. С. Пушкина»

// Литература, В.Я. Коровина, В. П. Журавлев, В. И. Коровин. Москва «Просвещение», 2006

4) «Историческая повесть и исторический труд» // «Русская литература XІX века» Т. Ф. Курдюмова

5) «А. С. Пушкин «Капитанская дочка». Краткое содержание раздела (конспект)» // Универсальный справочник школьника, ИД «ВЕСЬ» Санкт-Петербург, 2004

6) «Пушкин Александр Сергеевич» // Универсальный справочник школьника, 5-11 класс. ОЛМА Москва, 2007

7) Н. М. Азарова «Образ Пугачева и средства его раскрытия» // Прометей, 2000

8) Русская литература 19-20 вв. В 2-х тт. Москва Ун-та, 2001

© Рефератбанк, 2002 - 2017