Вход

Уголовная революция

Реферат по истории
Дата добавления: 03 декабря 2002
Язык реферата: Русский
Word, rtf, 83 кб (архив zip, 15 кб)
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать
Данная работа не подходит - план Б:
Создаете заказ
Выбираете исполнителя
Готовый результат
Исполнители предлагают свои условия
Автор работает
Заказать
Не подходит данная работа?
Вы можете заказать написание любой учебной работы на любую тему.
Заказать новую работу



Мы переживаем эпоху, в которую политика все более смешивается с грязью. Это надо продумать и из этого надо сделать выводы.

Всякое революционное движение нуждается в денежных средствах. Чем настойчивее, чем нетерпеливее, и чем беднее революционер, тем острее становится для него вопрос о добывании денег любыми путями и средствами; чем решительнее он “отвергает капитализм” и чем больше он, в качестве социалиста или коммуниста, “презирает частную собственность”, тем ближе он подходит к уголовному правонарушению. Это предвидел Достоевский, у которого Петр Верховенский прямо говорит: “Я ведь мошенник, а не социалист”. Это предвидел Лесков (в “Соборянах”): “Мошенники ведь всегда заключают своею узурпацией все сумятицы, в которые им небезвыгодно вмешаться”. Это предвидел граф А.К. Толстой и другие. Но предотвратить этого развития в России не удалось.

Еще Бакунин, мечтая о русской революции, возлагал свои надежды на русский преступный мир.

Уже в первую русскую революцию (1905-1906) некоторые революционные партии перешли к "экспроприациям", т. е. к ограблениям с убийством и к прижизненным и посмертным вымогательствам (смерть Саввы Морозова).

В страшные годы 1917-1920 смешалось все. Люди грабили и уверяли, что они “грабят награбленное”. Интеллигентные революционеры присваивали себе чужие дома, чужие квартиры, чужую мебель, чужие библиотеки - и нисколько не стыдились этого. Крестьяне грабили помещичьи усадьбы; революционные матросы - офицеров и городских "буржуев"; чекисты - арестованных; безбожники - храмы; солдаты - военные склады. Революция стала грабежом, следуя прямому указанию Ленина. В марте 1917 года Временное правительство амнистировало уголовных, считая их, по-видимому, нелегальными борцами против имущественной несправедливости, которые совершали свои уголовные деяния якобы вследствие отсутствия в стране свободы и равенства и якобы жаждали морального возрождения (см. в воспоминаниях заведующего всем розыскным делом Империи А.Ф. Кошко “Очерки уголовного мира Царской России”, с. 214). В то время петербургская дактилоскопическая коллекция с фотографиями преступников и подозрительных лиц достигала двух миллионов снимков. И вот преступный мир покинул тюрьмы, освобождая их для "контрреволюционеров" - и привычные жители тюрем влились в революцию. Уголовные, принимавшие коммунистическую программу, быстро и легко врастали в партию и, особенно в Чеку; уголовные, желавшие грабить самовольно, вне революционной дисциплины, арестовывались и расстреливались. В 1920 году лицо, близкое к профессиональному уголовному розыску, отмечало: “Все нынешние преступники - новички, дилетанты; они грешат с голоду, ни скрыть, ни "завязаться", "смыть кровь" не умеют; а профессионалы-рецидивисты, тюремщики - или в партии, или перебиты ею за самовольство”.

Характерным является пример “героя - революционера” Григория Котовского. Если в воспоминаниях ветеранов Октября он предстает могучим титаном – “косая сажень в плечах”, то полицейская карточка рисует субтильного горбуна ниже среднего роста. В документах архивов истории партии враньё начинается сразу же после имени, отчества и фамилии. Дату рождения он указывал разную – это помогало уклоняться от армии. В конце – концов, ему удалось омолодить себя на семь лет. В анкетах герой пишет о беспросветной бедности детства, но это не соответствовало действительности: хороший заработок отца – квалифицированного рабочего, собственный каменный дом. И после смерти кормильца владелец завода Манук - Бей продолжал опекать семью. По его протекции мальчика зачислили в Кишиневское реальное училище. Проучился Григорий там два месяца и был выгнан за хулиганство. Покровитель тут же устроил юного дебошира в сельскохозяйственное училище. Тут уж Григорий проявил некоторое прилежание и в 1900 году закончил курс. Но в анкетах упомянул ещё и социал-демократический кружок, хотя ни о чем подобном в училище не слыхали. Однако за воровство был исключен. Кочуя в качестве помощника управляющего из имения в имение, Котовский манипулирует поддельными рекомендациями, продолжает понемногу воровать и всячески уклоняется от призыва. Свои первые 4 месяца отсидки схлопотал за подлог. Затем следует обвинение в растрате и камера в Кишиневской тюрьме. Там он ловко симулирует горячку и выбирается на свободу. Постепенно он приобретает репутацию рецидивиста, но понимает, что выгоднее предстать пред обществом преступником политическим, а не уголовным. После Октября – тем более. Первый грабеж он совершил в 1905 году. За налетами на квартиры и магазины последовали более крупные дела. За год его шайка превратилась в конную банду, которая только в октябре 1905 года совершила 12 вооруженных налетов. Правда, ни на одном из судов он не смог доказать, что экспроприированные им деньги раздавались бедным. Все просаживалось в карты, прокручивалось в ресторанах, растрачивалось на подарки любовницам. В 1916 году Котовский уже сидел пожизненное заключение. Грянула Февральская революция, и ворота тюрем распахнулись. Действительных и мнимых борцов приветствовали ликующие толпы. Но даже либеральное временное правительство поостереглось выпустить матерого бандита. Но Григорий Котовский не дремал и создал в тюрьме “комитет самоуправления” и установил “революционный порядок”. В Октябре Котовский вместе с анархистами и вооруженными уголовниками помогает красным в захвате города. Однако когда конную сотню Котовского включили в состав Красной армии, братва, не провоевав и недели, покинула позиции для занятий грабежом. За войну Григорий получал награды за работу в карательных отрядах, фальшивые рассказы о победах сыпались из него. Но справится с реальными врагами, ему было не по зубам. В 1925 году Котовский был убит по пьянке своим товарищем.

Главные правила революции гласят: “Добро есть то, что полезно революционному пролетариату; зло есть то, что ему вредно”, “революции позволено все”; “законы буржуазных стран не связывают революционера”. Все это внушено членам компартии и ее чиновникам. Так возник этот режим: разбойники стали чиновниками, а чиновники стали разбойниками. Уголовные и политики слились. Политическое и уголовное смешалось. В самую сущность новой "политики" были включены: ограбление, ложное доносительство, беззаконные аресты, произвольные мучительства и убийства, вечная ложь, вечное вымогательство и законченный административный произвол. Уголовное (преступное) обхождение человека с человеком стало самой сущностью политики. А политика, принципиально признавая преступление полезным для революции, зловеще засветилась всеми цветами уголовщины.

© Рефератбанк, 2002 - 2017