Вход

Копылов А.Н.: В.С. Соловьёв и его философия всеединства

Курсовая работа по философии
Дата добавления: 02 июня 2013
Язык курсовой: Русский
Word, rtf, 306 кб
Курсовую можно скачать бесплатно
Скачать
Не подходит данная работа?
Вы можете заказать написание любой учебной работы на любую тему.
Заказать новую работу





















Курсовая



Тема: «В.С. Соловьёв и его философия всеединства»

Выполнил: студент группы БС-В-12/13-09

Копылов А.Н.









М. 2013

Введение



Философ, поэт, публицист и литературный критик Владимир Сергеевич Соловьев в полной мере стал знаковой фигурой религиозно-философской мысли России в начале XX века только уже после своей смерти в 1900-м году, когда у него начали появляться активные последователи в среде русской интеллигенции. Впрочем, слава к нему начала приходить ещё при жизни, так один из его современников, славянофил Н. Н. Страхов, ставил его в один ряд с Достоевским и Тургеневым1. Несомненно, фигура Соловьёва привлекала к себе богословов, философов и церковных деятелей оригинальностью своей мысли. Ещё бы не привлекал: в России, чьей государственной идеологией уже давно к тому времени являлась уваровская триада «православие, самодержавие, народность», он начинает ратовать за воссоединение православной и католической церквей под началом духовного авторитета Римского папы. Идеи В.С. Соловьёва были подхвачены представителями так называемого «русского религиозно-философского ренессанса» начала ХХ в., причём каждый из мыслителей взял на вооружения разные, конкретно ему близкие аспекты творчества философа: богословский аспект разрабатывали С. Булгаков и П. Флоренский, гносеологическим аспектом занимался С. Франк, а социально-политический аспект рассматривали В. Эрн и В. Свенцицкий. В первые два десятилетия XX века выходят сразу два собрания сочинений философа, а так же публикуются несколько научных трудов, посвящённых изучению его творчества. В Москве появляется Религиозно-философское общество им. Вл. Соловьева.

Становление философа



Владимир Соловьев появился на свет 16 января 1853 г. в семье крупного отечественного историка С.М. Соловьева, автора монументальной Истории России с древнейших времен. По материнской линии являлся отдаленным родственником известного украинского философа Г.С. Сковороды. Соловьёв рос чутким, восприимчивым ребёнком с богатой фантазией, так, начитавшись в детстве «Житий святых», он, находясь под их впечатлением, «стал испытывать и закалять свою волю во славу Божию. Зимой нарочно снимал с себя одеяло и мерз, а когда мать приходила накрывать его, думая, что одеяло сползло во время сна, - ребенок просил не мешать ему поступать так, как он считал нужным»2.

Вл. Соловьёв полностью и без остатка отдавался захватившим его идеям. В дальнейшем он сам расскажет о себе следующее: «Самостоятельное умственное развитие началось у меня с появления религиозного скептицизма на 13 году жизни. Ход моих мыслей в этом направлении был совершенно последователен, и в четыре года я пережил один за другим все фазисы отрицательного движения европейской мысли за последние четыре века. От сомнения в необходимости религиозности внешней, от иконоборства, я перешел к рационализму, к неверию в чудо и божественность Христа, стал деистом, потом пантеистом, потом атеистом и материалистом. На каждой из этих ступеней я останавливался с увлечением и фанатизмом. Так, в эпоху своего протестантизма я не ограничивался охлаждением к церковному богослужению, к которому прежде имел страсть, но предался практическому иконоборству и выбросил за окно и в помойную яму некоторые иконы, бывшие в моей комнате. Когда я додумался до того, что Бога вовсе нет, а есть только материя, я с таким жаром проповедовал эту новую веру одному своему приятелю, что он, вместо всяких возражений, заметил: "Я удивляюсь только одному: почему ты не молишься этой своей материи?"»3. Л. Лопатин, друг детства Вл. Соловьева, вполне может быть, тот самый «приятеля» из приведённого только что отрывка, утверждал, что «его атеизм временами принимал нелепо-агрессивные формы, вроде выворачивания крестов из могил на кладбище»4.

Период безверия и богоборчества завершается в начале 1870-х глубоким духовным кризисом, пережив который Соловьёв снова становится религиозным человеком.

В письме от 1 января 1873 г. он описывает свои переживания того периода: «...приходит страшное, отчаянное состояние - мне и теперь вспомнить тяжело - совершенная пустота внутри, тьма, смерть при жизни. Все, что может дать отвлеченный разум, изведано и оказалось негодным, и сам разум разумно доказал свою несостоятельность. Но этот мрак есть начало света; потому что когда человек принужден сказать: я ничто - он этим самым говорит: Бог есть все. И тут он познает Бога - не детское представление прежнего времени и не отвлеченное понятие рассудка, а Бога действительного и живого, который "недалеко от каждого из нас, ибо мы им живем и движемся и существуем"»5. Как предполагает С.П. Заикин, в этом духовном обновлении (между кризисом 1872 г. и летом 1873 г.), черпает свои истоки соловьевская софиология6.

Между тем жизнь продолжает идти своим чередом: в 1874 году Соловьёв защищает диссертацию, а уже в следующем году отправляется в Англию. Официальной целью поездки является изучение памятников индийской, гностической и средневековой философии, между тем, по свидетельству соотечественников — очевидцев, на деле он там штудировал литературу о Кабале. Позже свою командировку он назовёт «мистическим вихрем».

Вернувшись в Россию, Соловьёв занят изложением своих идей языком академической философии. Он углубляет разработанные им положения. В 1878 году он выступает с циклом публичных лекций «Чтения о Богочеловечестве». В одной из своих последующих работ - «Жизненного смысла христианства» (1882), где Соловьёв использует фрагменты 11 и 12 чтений, он «разводит человека и Бога», Христос у него не «"перерожденный" человек, не сокрытое в падшей материи сакральное существо, обнажившееся своей всемогущей волей вполне в одном человеке - Христе, а "богочеловеческая личность, совмещающая в себе два естества и обладающая двумя волями"»7. Философ разрабатывает новый системообразующий принцип, новую философию. Как справедливо отмечает С.П. Заикин, «если прежде мысль Вл. Соловьева вращалась вокруг идеи "просветляющейся плоти", Софии, восходящей к богу, и процесс этот был делом свободной воли самой Софии, то теперь она отходят на периферию, а основой философствования становится христианский догмат неслиянно-нераздельной природы Христа. Идеи Софии превращается у Вл. Соловьева из обосновываемой в обосновывающую»8.

Дальнейшие годы своей богатой творчеством жизни Соловьёв занят церковной публицистикой, ратует за воссоединение православной и католической Церквей (так, в 1889 году им написана большая работа «Россия и Вселенская Церковь»), призывает русских отказаться от национального эгоизма.

Кроме многочисленных философских трудов, стихотворных произведений, Соловьёв так же написал ряд критических статей о творчестве Достоевского, А. Пушкина, М. Лермонтова, А. Фета, А.К. Толстого, так же он занимался переводами (переводил Платона, Вергилия, Петрарки, Гофмана).

Скончался В.С. Соловьев в с. Узкое под Москвой 31 июля (13 августа) 1900 г.

Прежде чем перейти непосредственно к изложению взглядов философа Соловьёва на Вселенскую (Католическую) церковь, считаю своим долгом предложить вашему вниманию небольшой экскурс в историю Католической Церкви на территории России.











Краткая история Католической церкви в России

История Католической Церкви на территории нашей страны насчитывает без малого десять веков. Существуют исторические свидетельства, что латинские проповедники приходили на Русскую землю ещё во времена княгини Ольги и князя Владимира, то есть, ещё в ту эпоху, когда христианская Церковь была не разделена Расколом 1054 года. Первые столетия после отпадения Византийского востока от Католического запада, данная схизма (т.е. раскол) воспринималась людьми, как временное явление, которое со временем неизбежно должно быть преодолено. Исторически доказано, что до эпохи татаро-монгольского нашествия католическое духовенство могло свободно перемещаться по русским землям, вести проповеди, строить свои храмы. Как писал Карамзин в своей «Истории государства Российского», русским князьям не раз случалось заключать брачные союзы с католическими династиями. Только после татаро-монгольского нашествия, после возникновения концепции иеромонаха Филофея «Москва – третий Рим», на Руси началось посте-пенное охлаждение к Католичеству. Подобные идеи, основанные на концепции «переноса империи» (translatio imperii), использовались различными государствами для легитимации притязаний тех или иных монархий на преемственность по отношению к Византии. Так, например, в Болгарии со времён падения Константинополя, встречается идея, что Третьим Римом является город Тырново, который в XV веке являлся столицей Болгарского государства. Рядовым жителям нашей страны постоянно навязывалось «сверху» отношение к католикам, как еретикам. Впрочем, даже тогда Россию посещали представители латинского духовенства, так второй половине XVI века в Россию пребывает иезуит Антонио Поссевино. Католическая Церковь же никогда не теряла надежды на воссоединение с отпавшими от неё православными братьями. Между Католической и Православной Церквами заключались различные унии, которые, правда, с неизменным постоянством отвергались официальной Москвой. Не добавило популярности католикам так называемое «Смутное время», после которого негативное отношение к католикам в России достигло своего пика, католики тогда стали ассоциироваться у простого народа с захватчиками-поляками. Католическую веру в России теперь могли исповедовать только иностранцы, и только с обязательным условием: «не совращать в католичество», т.е. не проповедовать своё учение рядовым русским людям. Однако количество католиков в нашей стране всё равно про-должало расти. Главным образом, правда, прирост католиков был следствием присоединения к России католических территорий – Украины, части Литвы, Польши. Впрочем, католиками в России становились в то или иное время так же носители различных знатных русских фамилий: католичество принял князь И.С. Гагарин, католиком был декабрист Михаил Лунин, многие представители рода Волконских исповедовали Католическую веру и т.д. В Российской Империи действовали учебные заведения под патронажем католиков (главным образом – ордена Иезуитов), где могли обучаться дети русских дворян. Некоторые из них, после окончания учёбы, становились католиками. Правда, таким диссидентам обычно приходилось эмигрировать из страны – в России их бы лишили состояния и дворянства, сослали бы на каторгу. Возможно, их ждала бы судьба князя Михаила Алексеевича Голицына, насильственно сделанного шутом при дворе императрицы Анны Иоанновны за то, что он «изменил православию» и принял Католическую веру. Переход из Православия в Католичество был официально разрешён лишь в 1905 году – когда Николаем II был подписан царский указ «Об укреплении начал веротерпимости». Тогда католичество в России приняло в одночасье огромное число этнически русских людей. Но уже спустя три десятилетия, в конце 30-х годов XX века, Католичество в нашей стране было полностью уничтожено Советской властью. До начала 1990-х годов, когда Римско-католическая Церковь восстановила свои официальные структуры в Российской Федерации, в СССР действовало на всю страну только два католических храма – в Москве и Ленинграде. Сейчас же, спустя 20 с лишним лет после падения СССР, Католическая Церковь имеет в России четыре своих епархии, каждая из которых включает в себя множество католических приходов. Многие католические храмы возвращены верующим, некоторые ещё только предстоит вернуть, либо отстроить заново… Одним словом, с Божьей помощью, католичество в нашей стране в настоящее время переживает эпоху своего Ренессанса. Учитывая, что согласно Конституции РФ (14 статья) – Россия – светское государство, то католиком у нас может стать любой гражданин РФ. Как показывает статистика, большинство прихожан католических приходов составляют именно русские люди (либо этнически, либо «по духу», то есть, думающие по-русски, считающие Россию своей Родиной).

Однако, к моему величайшему сожалению, если до 1917 года католичество в среде обывателей нашей страны ошибочно ассоциировалось с поляками, то в сегодняшнее время… о католиках среднестатистическому обывателю вообще ничего не известно. Между тем, как Католическая Церковь является крупнейшей на планете Земля религиозной структурой (см. Приложение II).

Распространению католичества в России мешает так же, на мой взгляд, сохранившееся в наших согражданах ещё со времён царизма представление о тесной взаимосвязи религии и национальной принадлежности. Согласно этому взгляду, русский обязательно должен быть православным, итальянец – католиком, швед – протестантом, араб – мусульманином, а еврей – иудеем. Люди же, совершившие переход из одной религии в другую мыслятся чуть ли не предателями национальных интересов страны.

Впрочем, ряду конфессий, безусловно, присущи национальные черты. Например, если итальянец или немец захочет стать адептом Русской Православной Церкви (например, женится на русском, проникнется российской культурой), то такому человеку неизбежно придётся учить русский и церковнославянский язык. Первый – чтобы понимать весь тот массив православной литературы, который напечатан к настоящему времени, а второй – чтобы понимать православной богослужение Русской Православной Церкви. Католиков же, последние полторы тысячи лет, скреплял общий язык богослужения (латинский). Впрочем, в последние десятилетия, после II Ватиканского Собора, было принято историческое решение перейти в богослужебной практике Католической Церкви на родные языки прихожан. В этом шаге нет ничего принципиально нового для Церкви, ведь раньше, например, - я говорю про первые века христианства, - богослужения велись, например, на греческом языке. Латынь была избрана богослужебным языком, так как была разговорным языком Западной Церкви того времени. Восток продолжал молиться по-гречески, однако, приняв христианство, славяне, например, быстро перешли к служению на старославянском языке. То есть, завершая свою мысль, хочу сказать, что для того, чтобы человеку стать католиком, ему вовсе не обязательно проникаться другой, чуждой для себя культурой. Более того, если католиком возжелает стать глубоковерующий практикующий православный христианин, то ему даже не придётся менять свой обряд – он может стать католиком Византийского обряда – будет продолжать молиться на церковнославянском языке, креститься тремя перстами, читать Символ веры без «филиокве» и проч.







Владимир Соловьёв и Вселенская церковь



В начале 1880-х годов Соловьёв знакомится с П.О. Пирлингом9, который содействует выходу на французском языке книги Соловьёва «Россия и Вселенская Церковь»10. Благодаря иезуиту - Пирлингу, он становится посетителем салона пожилой княгини Зайн-Витгенштейн: там он, попав в орбиту католического влияния, знакомится с идеями И.С. Гагарина об объединении церквей.

Владимир Соловьёв скрупулёзно изучает «Философические письма» Чаадаева, однако весь корпус этих писем тогда ещё не был опубликован, а ряд произведений этого мыслителя считался утраченным. Ему много помогли для знакомства с темой сближения церквей произведения И.С. Гагарина и письма П.О. Пирлинга.

Большое влияние на Соловьёва в 1885-1897 гг. оказала принявшая католичество русская княгиня Елизавета Григорьевна Волконская. Несмотря на 14-ти летнюю разницу в возрасте, они вместе работали над двумя её книгами – «О церкви» и «Церковное предание и русская богословская литература» - которые были посвящены теме русского католичества. Совместная работа была прервана смертью княгини в 1897 году. Кстати, вторая книга княгини - «Церковное предание и русская богословская литература» - представляла собой настоящий научный труд из 600 страниц текста, где на многочисленных примерах были обоснованы основные тезисы чаадаевско-гагаринского учения: объединение католичества и православия, свобода совести в Российской империи и др. Её сын, Сергей Михайлович Волконский, утверждал, что его мать во многом содействовала принятию Николаем II знаменитого манифеста от 17 октября 1905 года, который гарантировал жителям России свободу вероисповедания и разрешал переходить из одной конфессии в другую.

К сожалению, творческое наследие Е.Г. Волконской было незаслуженно забыто на её родине. Однако её мысли получили развитие, пройдя сквозь призму творчества Соловьёва.

Идее Вселенской Церкви Соловьёв посвятил целый корпус своих работ, состоящий из многих произведений, поэтому считаю нужным остановиться на квинтэссенции его взглядов – статье «Русская идея» в основу которой был положен доклад, прочитанный философом в салоне Зайн_Витгенштейн в мае 1888 года. Статья была опубликована в том же году в Париже на французском языке. В России такое было преждевременно публиковать, философ отлично понимал это: «Всякое положительное развитие моих мыслей сводится на проповедь Вселенской Церкви и примирение с папством, чего ни один светский журнал… допустить не может, не говоря уже о цензуре»11.

В рассматриваемой нами статье, вопреки её названию – «Русская идея» - Соловьёв выступает категорически против идеи русского национализма, т.к. считает, что данная идеология противоречит самому духу христианства. «…В Новом Завете уже нет речи о какой-либо отдельной национальности и даже определенно указывается, что никакой национальный антагонизм не должен более иметь места, то не следует ли вывести из всего этого, что в первоначальной мысли Бога нации не существуют вне их органического и живого единства, - вне человечества? И если это так для Бога, то это должно быть так и для самих наций, поскольку они желают осуществить свою истинную идею, которая есть не что иное, как образ их бытия в вечной мысли Бога».

Соловьёв здесь оказывается полностью солидарен со своими предшественниками – Чаадаевым и Гагариным – отстаивая мысль, что превыше общенациональных интересов стоят интересы общечеловеческие.

Что понимает Соловьёв под «человеческим единством»? «Великое человеческое единство, вселенское тело Богочеловека,- пишет Соловьёв, - реально существует на земле. Оно несовершенно, но оно существует; оно несовершенно, но оно движется к совершенству, оно растет и расширяется вовне и развивается внутренне. Человечество уже не абстрактное существо, его субстанциальная форма реализуется в христианском мире, в Вселенской Церкви».

Соловьёв развивает идею Вселенской Церкви, подводя под неё в качестве основы мысль о единстве наций: «Участвовать в жизни вселенской Церкви, в развитии великой христианской цивилизации, участвовать в этом по мере сил и особых дарований своих, вот в чем, следовательно, единственная истинная цель, единственная истинная миссия всякого народа. Это - очевидная и элементарная истина, что идея отдельного органа не может обособлять его и ставить в положение противоборства к остальным органам, но что она есть основание его единства и солидарности со всеми частями живого тела. И с христианской точки зрения нельзя оспаривать приложимости этой совершенно элементарной истины ко всему человечеству, которое есть живое тело Христа. Вот почему сам Христос, признав в последнем слове своем к апостолам, существование и призвание всех наций (Матф. XXVIII, 19), не обратился сам и не послал учеников своих ни к какой нации в частности: ведь для Него они существовали лишь в своем моральном и органическом союзе, как живые члены одного духовного и реального тела. Таким образом, христианская истина утверждает неизменное существование наций и прав национальности, осуждая в то же время национализм, представляющий для народа то же, что эгоизм для индивида: дурной принцип, стремящийся изолировать отдельное существо превращением различия в разделение, а разделения в антагонизм».

Значение Вселенской Церкви для России, по-Соловьёву, совпадает с тем же, в чём оно заключалось и для его предшественников. Так, И.С. Гагарин, накануне реформ Александра II, провозглашал: «Религиозное и умственное освобождение России есть в настоящую минуту для нашего правительства дело такой же настоятельной необходимости, каким тридцать лет тому назад являлось освобождение крепостных для правительства Александра II»12.

Пафос Соловьёва и его предшественников направлен на освобождение русской церкви и русского народа от идеологического рабства, установление мира в Европе, избавление от ненужных жертв в войнах…. Все это возможно, согласно Соловьёву, с принятием Россией символа веры с «Филиокве», который читается Римской Церковью: «В божественной Троице третье лицо предполагает два первых в их единстве. Так оно должно быть и в социальной троице человечества. Свободная и совершенная организация общества, представляющая призвание истинных пророков, предполагает союз и солидарность между властью духовной и властью светской. Церковью и государством, христианством и национальностью. Между тем этого союза и этой солидарности нет больше. Они разрушены восстанием Сына против Отца, ложным абсолютизмом национального государства, пожелавшего стать всем, оставаясь одним, и поглотившего авторитет церкви, удушившего социальную свободу. Ложная царская власть породила ложных пророков, и антисоциальный абсолютизм государства естественно вызвал антисоциальный индивидуализм прогрессивной цивилизации. Великое социальное единство, нарушенное нациями и государствами, не может сохраниться надолго для индивидов. Раз человеческое общество не существует более для каждого человека как некоторое органическое целое, солидарной частью которого он себя чувствует, общественные связи становятся для индивида внешними и произвольными границами, против которых он возмущается и которые он в конце концов отбрасывает. И вот он достиг свободы, но той свободы, которую смерть дает органическим элементам разлагающегося тела. Этот мрачный образ, которым славянофилы так злоупотребляли в своей борьбе с Западом и которому радовалась их национальная гордость, должен был бы внушать нам совершенно обратные чувства. Не на Западе, а в Византии первородный грех националистического партикуляризма и абсолютического цезарепапизма впервые внес смерть в социальное тело Христа. А ответственная преемница Византии есть русская империя. И теперь Россия есть единственная христианская страна, где национальное государство без оговорок утверждает свой исключительный абсолютизм, делая из церкви атрибут национальности и послушное орудие мирской власти, где это устранение божественного авторитета не уравновешивается даже (насколько это возможно) свободою человеческого духа».

Теологическая лексика Соловьёва не всегда понятна его читателям, хотя он часто сам пытается расшифровать «птичий язык» науки и изложить свою мысль понятно и доходчиво неподготовленному в теологии читателю. ««Вселенская церковь» как торжество общечеловеческого над националистическим. Таким образом, его Троица расшифровывается как идеологическое подчинение правительственной власти (власть государства = власти Сына) интересам общей Европы (Вселенская церковь = священству Отца) путем введении свободы мысли и слова (общественная свобода = действию Духа) в России. Европейское же единство необходимо во имя решения международных и социальных конфликтов ненасильственным путем — идея, к которой только сейчас, спустя целое столетие, начинают приближаться некоторые, наиболее развитые в политическом плане, мировые державы»13.

Выкладки Соловьёва – не абстрактные теологические рассуждения. Философ предлагал осуществить общественно значимый проект реформ в стране. В период контрреформации, царивший в то время в Российской империи, подобные концепции не имели шанса быть опубликованными в нашей стране.

Настаивая на объединении с католичеством, Соловьёв не призывал отрекаться от своей старой веры: «Русская идея не может заключаться в отречении от нашего крещения. Русская идея, исторический долг России требует от нас признания нашей неразрывной связи с вселенским семейством Христа и обращения всех наших национальных дарований, всей мощи нашей империи на окончательное осуществление социальной троицы, где каждое из трех главных органических единств, церковь, государство и общество, безусловно свободно и державно, не в отъединении от двух других, поглощая или истребляя их, но в утверждении безусловной внутренней связи с ними. Восстановить на земле этот верный образ божественной Троицы - вот в чем русская идея. И в том, что эта идея не имеет в себе ничего исключительного и партикуляристи-ческого, что она представляет лишь новый аспект самой христианской идеи, что для осуществления этого национального призвания нам не нужно действовать против других наций, но с ними и для них, - в этом лежит великое доказательство, что эта идея есть идея истинная. Ибо истина есть лишь форма Добра, а Добру неведома зависть».

Новаторство Соловьёва заключается здесь в том, что он настойчиво призывает установить контроль общества над государством не только в нашей стране, но и во всём мире, причём за Россией он оставляет право нести эту свободу в мир. «Такая точка зрения была бы немыслима в середине века, когда степень свободы в европейских странах казалась русским либералам недосягаемой вершиной. К концу века иллюзии несколько развеялись, перед вдеалом полной духовной независимости меркли парламентские и республиканские традиции передовых европейских держав. Россия оказалась не в худшем положении — легче сломать старое общество и построить новое, нежели ввести новые элементы в старые структуры. В сущности, это и произошло впоследствии, хотя общественной свободы Россия так и не достигла»14.

Революционная ломка прошлого не входила в планы Соловьёва, его плане включения России в лоно Вселенской Церкви менее конкретны, чем, скажем, планы Гагарина. До нас дошла его переписка с епископом Боснии и Сербии Штроссмайером, где Соловьев неопределенно высказывается о плане воссоединения церквей, от которого «зависят судьбы России, славянства и всего мира. Мы, русские, православные, и весь восток ничего не можем сделать, пока не загладим грех церковного разделения, пока не воздадим должное власти первосвященнической»15.

В этой же переписке Соловьёв озвучивает следующие два условия объединения церквей:

«1. Различение между частными суждениями наших богословов, которые могут быть ошибочными, антикатолическими и еретическими, и верой православной церкви в целом, которая остается ортодоксальной и католической.

2. Различение между авторитетом папы как наследника святого Петра, pastor et magister inlallibiles Ecclesiae universalis, и его административной властью как патриарха Запада, различение, обеспечивающее самостоятельность восточной церкви, без которой соединение, по-человечески, невозможно». Что касается епископа Штроссмайера, то его мыли на этот счёт были следующие16: «Вот мое мнение по поводу обращения русских и воссоединения двух церквей, западной и восточной... Русский народ желает освободиться от абсолютизма, он движется к разумной свободе, ограниченной мудрыми законами, основанной на реальных нуждах страны. В то же время русский народ приходит к убеждению, что не может быть свободы без самостоятельной, независимой и свободной церкви. К тому же правящая династия и господствующие классы России подталкиваются происходящими событиями к мысли, что подавленная церковь... совершенно неспособна эффективно поддерживать власть... Эти два убеждения, соединившись, ведут к признанию необходимости воссоединения с западной церковью, с тем, чтобы найти в этом святом и свободном объединении источник новой жизни и развития, которых очевидно недостает сейчас русской церкви. Все, что мы делаем сейчас, — Вы, мой дорогой брат во Христе... я сам по мере сил и наш вьщающийся соратник Владимир Соловьев... — все ведет к высшей цели Спасителя — к святому единству...»17.



Роль папства в победе над ересями в ранней Церкви





В своей книге «Воззрения В.С. Соловьёва на католичество», историк Н.И. Никольский приводит нам размышления Соловьёва о роли папства в победе над ересями в ранней Церкви: …Анализируя историю ересей в Церкви, - пишет Никольский, - Соловьёв находит, что только благодаря папству еретическое движение было побеждено окончательно. С Востока всегда шёл мрак заблуждения и ереси, и только свет истины, исходивший от апостольского трона в Риме, рассеивал и разгонял этот мрак. «История показывает нам, что все ереси, которые деятельно поддерживало или пассивно принимало большинство греческого духовенства, встречали непреодолимое препятствие в Римской Церкви и разбивались об эту евангельскую скалу»18.

В эпоху арианских споров и гонений, Афанасий Александрийский, защитник истины, нашёл убежище у римского первосвященника и, когда на Константинопольском соборе был составлен символ веры с дополнительным членом о Святом Духе, то Папа Дамас одобрил этот символ и тем предал ему значение вселенского определения истины. Но ещё большей, чем в арианских спорах IV века, была роль папства в истории разоблачения главнейших христианских ересей. Достаточно вспомнить историю «разбойничьего собора». Когда восточные епископы или сознательно приняли ересь, или же позорно молчали. Только представитель Римской Церкви дьякон Иларий не подчинился нечестивому Диосиору и воскликнул своё знаменитое «contradictur», непогрешимый голос истины принадлежал, очевидно, не собору, а Римской Церкви в лице Папы св. Льва Великого. Грамота этого Папы, отправленная патриарху Константинопольскому Флавиану, была выражением чистой истины и послужила потом основою для деятельности очередного Вселенского собора, который остался в истории, как «блистательное торжество папства». В Халкидоне многочисленные греческие епископы, принимавшие участие в разбойничестве Диосиора, должны были смиренно просить прощения у легатов Папы Льва, который был провозглашён, как вдохновлённый Богом глава Церкви.

Новое обнаружение папского могущества произошло при Папе Агапите, когда тот прибыл в Константинополь по соображениям политическим, низложил собственным авторитетом патриарха, подозреваемого в ереси, возвёл на его место заслуживающего доверия человека и заставил греческих епископов подписаться под формулой Папы Гормузды. «Во время монофелитских волнений Рим опять свято сохранил истину, и Максим Исповедник, как некогда Афанасий Великий, нашёл защиту у Папы. «Ещё раз ап. Пётр утвердил братию свою». То же самое нужно сказать и об эпохе иконоборческого движения. Седьмой Вселенский собор Соловьёв прямо назвал «торжеством папства, а не торжеством православия»19







Философия “всеединства” B.C. Соловьева

Идея всеединства — одна из главнейших идей философии Вл. Соловьёва, которая сопровождала мыслителя на протяжении практически всего его творческого пути. Уже в одной из своих ранних работ он провозгласил «новое, неслыханное слова: все есть одно»20. Для философа концепция всеединства соединяла в себе цель и начало мирового процесса. Проблему всеединства он рассматривает в своей докторской диссертации “Критика отвлеченных начал” (1880), исследует в трудах: “Духовные основы жизни” (1884); “История и будущность теократии” (1886); “Россия и вселенская церковь” (1889); “Красота в природе” (1889); “Смысл любви” (1892—1894); “Теоретическая философия” (1897—1899); “Определение добра” (1897—1899) и “Три разговора” (1900).

До Соловьёва метафизику всеединства разрабатывали уже буддисты, платоники и неоплатоники, но он по-новому переосмыслил данную проблему. Всеединство у Соловьёва представляет собой некий идеальный строй мира, в котором наличиствует «принципиальная воссоединенность и гармонизировать в Боге всех эмпирически согласованных элементов и стихий бытия». Таким образом, всеединство - это «Мир, вбирающий в себя всю множественность его проявлений, исключительную полноту божественности, это, мир, в котором соперничество разрозненных областей человеческой реальности преображается в органическое единство». Как отметил А.Ф. Лосев: «Только положительное... всеединство может быть подлинной и полной истиной. Поэтому истина есть, истина есть все и истина есть единое»21.

Под «всеединством» В.С. Соловьёв понимал некий идеальный строй мира, где присутствует «воссоединенность, примиренность и гармонизированность всех эмпирических несогласованных, конфликтных элементов и стихий бытия». Сам философ говорил: «Я называю истинным или положительным всеединство такое, в каком единое существует не за счет всех или в ущерб им, а в пользу всех. Ложное, отрицательное единство подавляет или поглощает входящие в него элементы, само оказывается таким образом пустотою; истинное единство сохраняет и усиливает эти элементы, осуществляясь в них как полнота бытия”. Если “положительное всеединство” потенциально объемлет собой и человека, указывая ему цель и смысл жизни, следовательно, сущность человека не может быть редуцирована, сведена к каким-либо частным его определениям и т.п. Отсюда истинная суть человека есть живое осуществление такого всеединства, которое не только созерцает умом, но само действует в мире как вполне конкретный, но “новый духовный человек”»22. Всеединство, согласно Соловьёву, осуществилось в лице Христа - «как высшая сила, которая овладела ими, но которою они не овладели». Если христианство станет «всечеловеческим миром», то, согласно Соловьёву, из человеческого общества должны навсегда исчезнуть национальный эгоизм, вражда между народами и в окружающем мире должно воцариться всеобщее согласие. Об этом он говорит в своей речи памяти Достоевского. Гарантом такого всеединства является сам Бог. Соловьёв в этой связи приводит знаменитый стих из послания ап. Павла: «да будет Бог во всем» (1 Кор. 15, 28). Так им образом философия всеединства становится частью религиозной философии.

Соловьёв категорически не приемлет критицизм Канта, считая его слишком субъективным. Он определяет взаимозависимость познания как процесса от предпосылок бытийной структуры. Таким образом гносеология у него находится в прямой зависимости от онтологии (данная концепция получила в дальнейшем наименование «онтологической гносеологии»23).

Соловьёв выступает за примирение Востока и Запада под эгидой христианства. Он считает, что: «Россия достаточно показала... Западу свои силы в борьбе с ним, — теперь предстоит ей показать свою духовную силу в примирении». Философ говорит о том, что Восток и Запад «взаимно необходимы» друг другу. Соловьёв до конца своих дней выступал за «собирание» христианского общества в живое «всечеловеческое» единство, считал это «собирание «внутренней русской задачей». Как говорил сам мыслитель: «Сцена всеобщей истории страшно выросла за последнее время и теперь совпала с земным шаром».



















Заключение

Учение В.С. Соловьёва о всеединстве во многом черпает свои корни из воззрений предшественников философа: трудах П.Я. Чаадаева и И.С. Гагарина и является воспроизведением прежних концепций. Однако, учитывая, что наследие Чаадаева и Гагарина было тогда незаслуженно забыто и неизвестно широкой российской публике, работы Соловьёва стали откровением для его современников.

Под «всеединством» В.С. Соловьёв понимал некий идеальный строй мира, где присутствует «воссоединенность, примиренность и гармонизированность всех эмпирических несогласованных, конфликтных элементов и стихий бытия». Сам философ говорил: «Я называю истинным или положительным всеединство такое, в каком единое существует не за счет всех или в ущерб им, а в пользу всех. Ложное, отрицательное единство подавляет или поглощает входящие в него элементы, само оказывается таким образом пустотою; истинное единство сохраняет и усиливает эти элементы, осуществляясь в них как полнота бытия”. Если “положительное всеединство” потенциально объемлет собой и человека, указывая ему цель и смысл жизни, следовательно, сущность человека не может быть редуцирована, сведена к каким-либо частным его определениям и т.п. Отсюда истинная суть человека есть живое осуществление такого всеединства, которое не только созерцает умом, но само действует в мире как вполне конкретный, но “новый духовный человек”»24. Всеединство, согласно Соловьёву, осуществилось в лице Христа - «как высшая сила, которая овладела ими, но которою они не овладели». Если христианство станет «всечеловеческим миром», то, согласно Соловьёву, из человеческого общества должны навсегда исчезнуть национальный эгоизм, вражда между народами и в окружающем мире должно воцариться всеобщее согласие. Об этом он говорит в своей речи памяти Достоевского. Гарантом такого всеединства является сам Бог. Соловьёв в этой связи приводит знаменитый стих из послания ап. Павла: «да будет Бог во всем» (1 Кор. 15, 28). Так им образом философия всеединства становится частью религиозной философии.































Литература



1. Величко В.Л. Владимир Соловьев. Жизнь и творения. В кн.: Книга о Владимире Соловьеве / Сост. Аверин Б., Базанова Д. М., 1991.

2. Зайкин П. Становление идеи Софии в творчестве Владимира Соловьева // Соловьев B.C. Чтения о Богочеловечестве. - СПб., 2000.

3. Лосев А.Ф. Русская философия // Век XX и мир. 1988

4. Лукьянов С.М. О Владимире Соловьеве в его молодые годы: В 3 кн. М., 1990.

5. Соловьев B.C. Исторические дела философии. // Вопросы философии. 1988. №8.

6. Соловьёв В.С. Русская идея // Владимир Соловьев Спор о справедливости. Москва-Харьков, 1999.

7. Соловьев В.С. Собрание сочинений: В 12 т. Брюссель, 1969-70.

8. Соловьев С.М. Владимир Соловьев: Жизнь и творческая эволюция. М., 1997. С. 37.

9. Цимбаева Е.Н. Русский католицизм, М. 2008.











Приложения



Приложение I

Доказательства главенства ап. Петра по учению отцов восточной Церкви, признаваемых православной Церковью святыми.

(Из книги: свящ. В. Данилов «О безошибочности Церкви»)

Отцы православной Церкви: святые Исидор, Кирилл Иерусалимский, Епифаний Кипрский, Ефрем Сирин, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Иоанн Дамаскин, Макарий Великий, Нил Синайский, Кирилл Александрийский, Григорий Нисский, Ориген, Евсевий и другие — являются одновременно отцами католической Церкви, ибо они жили до церковного раскола в 1054 г. на пра-вославие и католичество, они относительно главенства ап. Петра исповеды-вали тоже учение, что и католическая Церковь.

— Исидор Пелусиот в письме схоластику Ирону пишет: Петр "первоверховный в сонме учеников".

— Кирилл Иерусалимский: называет Петра "верховным и первенствующим из апостолов".

— Епифаний Кипрский: "что Господь избрал Петра быть началовождем своих учеников".

— Ефрем Сирин: "что Он сделал его своим домоправителем, первым между соучениками".



— Василий Великий: "что перед своим славным вознесением Он передал Своих овец апостолу Петру". Что Петр "за превосходство веры" получил "обе-тование, что на нем созиждется Церковь". Что "Петр был предпочтен всем ученикам" и что ему "вверены ключи царства небесного"

— Григорий Богослов называет Петра несокрушимым камнем "которому по-веряются ключи". "Примечаешь ли, что из Христовых учеников, которые все были достойны избрания, один именуется камнем, и ему поверяются осно-вания Церкви".

— Иоанн Златоуст. Он называет Петра "верховным из апостолов", "камнем несокрушимым", "неподвижной скалой", "непоколебимым основанием", "первым в Церкви", "первоверховным в лике апостолов", "устами учеников", "основанием веры", "предстоятелем всей вселенной", "основанием Церкви", "главой в лике апостольском", и т.д. Такие эпитеты рассеяны по всем произ-ведениям Иоанна Златоуста. В его трудах можно найти полное изложение учения о главенстве ап. Петра, какое мы находим в учении католической Церкви.

Некоторые возможно возразят, что главным апостолом вероятнее всего будет ап. Иаков — епископ Иерусалимской Церкви. Иоанн Златоуст считает иначе. "Почему же престол Иерусалимский получил Иаков?... отвечу, что Петра Христос поставил учителем не для этого престола, но для вселенной." Кто же больше? Тот, кому вверена одна кафедра, или тот, кому вверена вся вселенная?

— Иоанн Дамаскин в "Слове на Преображение Господне", объясняя слова Петра "сделаем здесь три кущи" — палатки (Мф.17,4), обращается к Петру: "Господь сделал тебя начальником и руководителем не палаток, но всей вселенской Церкви".

— Макарий Египетский говорит: "Петр стал преемником Моисеевым, когда вверены ему были новая Церковь Христова и истинное священство".

— Нил Синайский пишет, что Христос "поставил ап. Петра пастырем целой вселенной". В другом месте он показывает на примере Петра действенность покаяния: "И смотри, первый камень Церкви, Петр, первоверховный в лике апостолов, употреблен в дело после покаяния".

— Также понимали значение ап. Петра для Церкви и отцы Восточной Церкви: Кирилл Александрийский, Григорий Нисский, Ориген, Евсевий и другие. Все вышеприведенные цитаты взяты из книги И. А. Забужный, "Православие и католичество", Царьград, 1922 г. <…>

Главенство римских епископов как преемников ап. Петра признавали и отцы Восточной Церкви. Это проявилось в их обращении к римскому престолу для решения важнейших церковных вопросов.

— Так св. Поликарп ездил в Рим, чтобы посоветоваться с Папой Аникитой от-носительно времени празднования Пасхи.

— Дионисий Александрийский оправдывался перед Папой Дионисием в воз-водимых на него обвинениях в ереси.

— Еп. Анкирский Маркел делал то же самое перед папой Юлием.

— Все епископы Восточной Церкви, гонимые еретиками прибегали к помощи Римского престола как к самой надежной церковной власти.

— Св. И. Златоуст, обращаясь к Папе св. Иннокентию, восклицает: "Это (то есть римский престол) — наша стена, наша твердыня, не обуреваемая наша пристань, наша сокровищница неисчислимых благ, наша радость и основа нашего удовольствия" (Послание Иннокентию еп. римскому, т.3, стр.557). (1).

— Св. Афанасий Великий, свергнутый арианами с Александрийского епи-скопства, вместе с епископами Павлом, Асклепой, Маркелом и Лукием, ищет защиты у Папы Юлия, который своим решением возвращает им их должности. Вот как это описывает Сократ Схоластик, греческий историк 5 века: "Они (названные выше епископы) известили о своих делах римского еп. Юлия, и Юлий, пользуясь преимуществом римской Церкви, дал им уполномоченные грамоты, которыми возвращалось каждому его прежнее место, и письма, в которых выражалось негодование на опрометчивых изгнателей, и с этими грамотами и письмами отпустил их на Восток. Отправившись из Рима и ука-зывая на полномочия еп. Юлия, они снова взяли свои Церкви" (Церковная история Сократа Схоластика, СПБ, 1850 г., кн.2, §15, стр.144). Следовательно, Папа римский распоряжался в 4 веке на Востоке, как и теперь в католической Церкви, и ему повиновались!

— И. Златоуст, гонимый Александрийским патриархом Феофилом, просит защиты у римского епископа Иннокентия I : "Потрудитесь объявить посланием, что все так противозаконно сделанное в отсутствие наше... не имеет никакой силы... и обличенных в таковом преступлении предать наказанию по церковным законам"...(Письмо Иннокентию, еп. Римскому, т.3, стр.555). Та-ким образом, Златоуст уверен, что для уничтожения решения любого епи-скопского суда достаточно одного папского послания, и что римский епископ может наказать любого восточного епископа, хотя бы это был Александрий-ский патриарх! (1). Папа защитил И. Златоуста и хотя из-за интриг византий-ского двора не мог вернуть ему его престол, тем не менее отлучил от Церкви всех гонителей И. Златоуста до тех пор, пока они не внесли в свои помяники его имя. Сам Феофил был вызван на папский суд и только смерть св. Инно-кентия спасла его от наказания.

— Несколько лет спустя, св. Флавиан, константинопольский патриарх, не-справедливо осужденный на Ефеском "разбойничьем" соборе александрий-ским патриархом Диоскором, апеллирует к Папе Льву Великому на неправое решение этого собора. Но особенно часто отцы Восточной Церкви обращались к римскому епископу при угрозе христианской вере со стороны еретиков.

Из книги: свящ. В. Данилов «О безошибочности Церкви».

























Приложение II

Сколько в мире проживает католиков?

Статистику миссионерской деятельности Католической Церкви опубликовал портал Fides к Международному Дню миссий, который в этом году приходится на 21 октября.

Данные взяты из последнего выпуска «Статистического ежегодника Церкви» (по состоянию на 31 декабря 2010 г.). В скобках указаны изменения - увели-чение (+) или уменьшение (-), по сравнению с данными предыдущего года.

Общее количество католиков в мире составляет 1.195671 млрд., что на 15 млн. больше по сравнению с предыдущим годом. При этом количество като-ликов возросло на всех континентах: Африка + 6.140.000; Америка + 3.986.000, Азия +3.801.000, Европа + 894.000, Океания +185.000.

Доля католиков в мире увеличилось на 0.04% и составляет в целом 17.46%. По континентам: +0.21 в Африке, +0.07 в Америке, +0.06 в Азии, +0.03 в Океании, в то время, как в Европе количество католиков снизилась на 0.01%.

Общее количество епархий возросло на 10 по сравнению с предыдущим годом - 2.966. Новые епархии открылись в Африке (+ 4), Америке (+ 3), Европе (+2), Азии.

Общее количество миссий, которыми занимается постоянный священник, составляет 2.057 (что на 207 больше, чем в прошлом году). По континентам это количество распределяется следующим образом: в Америке +26, в Азии +391 и в Европе +8. В то же время в Африке количество миссий снизилась на 204, в Океании - на 14. Количество миссий без постоянного священника уве-личилась на 2.734 и составляет 133.682. Увеличение наблюдается на всех континентах, кроме Азии (-2186) и Америки (- 4109): Африка (+ 695), Европа (+79) и Океания (+47).

Количество католических епископов в мире выросло на 39 и составляет 5104. Количество священников увеличилось на 1.643 и равна 412.236. В Европе наблюдается спад (- 905), в Африке (+761), Америке (+40), Азии (+1695) и Океании (+52) увеличение.

Общее количество постоянных диаконов увеличилось на 1.409 и составляет 37.564. Более всего дьяконских хиротоний создано в Америке (+ 859) и Европе (+ 496), за ними следуют Азия (+58), Африка (+ 9) и Океания (+ 1). Количество монахинь в целом в мире продолжает падать (- 7436) и насчитывает в целом 721.935.

Количество катехизаторов в мире увеличилось на 9.551 и составляет 3.160.682. По континентам: в Америке + 43 619, в Европе + 5077, в Океании +393. Снижение наблюдается в Африке (- 29.405) и Азии (- 10.133). Количество миссионеров-мирян выросло на 15.276 и составляет 335.502.

Количество католических детских садов - 70.544 (в них 6.478.910 детей), начальных школ - 92.847 (31.151.170 учащихся), средних школ - 443.591 (17.793.559 учащихся), в колледжах проходят обучение 2.304.171 студентов, в церковных вузах - 3.338.455.

Статистика взята с сайта http://katolik.ru







Приложение III

Католичество в Интернете



1. http://www.vatican.va – Официальный сайт Ватикана

2. http://katechein.ru – Центр катехизации

3. http://cathmos.ru - Официальный сайт Архиепархии Матери Божией с центром в Москве

4. http://sibcatholic.ru - Пресс-служба Преображенской епархии в Новосибирске

5. http://catholicmartyrs.org - Католические новомученики России

6. http://www.catholic.uz - Католическая информационная служба «Agnuz»

7. http://praedicatores.ru – Орден Проповедников в России (Доминиканцы)

8. http://www.francis.ru – Францисканский портал

9. http://credoindeum.ru – Неофициальный сайт католиков-мирян.













Содержание:

1. Введение…………………………………………………………………………………………………………….2

2. Становление философа……………………………………………………………………………..……….3

3. Краткая история Католической церкви в России……………………………………………...7

4. Владимир Соловьёв и Вселенская церковь…………………………………………….……..11

5. Роль папства в победе над ересями в ранней Церкви………………………………..…19

6. Философия “всеединства” B.C. Соловьева………………………………………………..…….21

7. Заключение…………………………………………………………………………………………………..….24

8. Литература…………………………………………………………………………………………………..……26

Приложения

9. Приложение I: О главенстве ап. Петра…………………………………………………….………27

10. Приложение II: Сколько в мире проживает католиков?................................32

11. Приложение III: Католичество в интернете……………………………………………..……34

12. Содержание……………………………………………………………………………………………….…..35

1 Лукьянов С.М. О Владимире Соловьеве в его молодые годы: В 3 кн. М., 1990. (Кн. 1 - 3 (Вып. I) - репринт издания 1916 - 1921 гг.). Кн. 3. Вып. II. С. 138 - 139.

2Величко В.Л. Владимир Соловьев. Жизнь и творения. В кн.: Книга о Владимире Соловьеве / Сост. Аверин Б., Базанова Д. М., 1991. С. 13.

3 Соловьев С.М. Владимир Соловьев: Жизнь и творческая эволюция. М., 1997. С. 37.

4 Лукьянов С. М. О Владимире Соловьеве в его молодые годы: В 3 кн. М., 1990. (Кн. 1 - 3 (Вып. I) - репринт издания 1916 - 1921 гг.). Кн. 3. Вып. I. С. 83.

5 Письма Владимира Сергеевича Соловьева: В 4 т. СПб., 1908 - 1923. Т. III. С. 75.

6Заикин С.П. Становление идеи Софии в творчестве Вл. Соловьева

7 Соловьев В.С. Собрание сочинений: В 12 т. Брюссель, 1969-70. Т. 3. С. 370.

8 Заикин С.П. Становление идеи Софии в творчестве Вл. Соловьева

9 Павел Осипович Пирлинг (1840, Санкт-Петербург — 25 февраля 1922, Брюссель) — русский историк, архивист, католический священник, иезуит.

10 Пирлинг становится редактором французского перевода труда Соловьёва.

11 Здесь и далее в этой главе цитаты В.С. Соловьёва приводятся по книге: Соловьёв В.С. Русская идея // Владимир Соловьев Спор о справедливости. Москва-Харьков, 1999.

12 Цимбаева Е.Н. Русский католицизм, М. 2008.

13 Цимбаева Е.Н. Русский католицизм, М. 2008. С. 156.

14 Цимбаева Е.Н. Русский католицизм, М. 2008. С. 157.

15 Там же.

16 Он их озвучил в письмах к Пирлингу в 1887-1894 гг.

17 Цимбаева Е.Н. Русский католицизм, М. 2008. С. 158.

18 Соловьёв В.С. Россия и Вселенская Церковь.

19 Размышления историка Никольского приведены по книге: Никольский Н.И. Воззрения В.С. Соловьёва на католичество. Харьков, 1914.

20 Соловьев B.C. Исторические дела философии. // Вопросы философии. 1988. №8. С. 119.

21 Лосев А.Ф. Русская философия // Век XX и мир. 1988, N 3. С.42.

22 Соловьёв В.С. «Оправдание Добра»

23 Познание здесь рассматривается в качестве воссоединяющей активности, работы воссоединения, в итоге которой устанавливается актуальное единство познающего и познаваемого.

24 Соловьёв В.С. «Оправдание Добра»

© Рефератбанк, 2002 - 2017