Вход

Храмы Санкт-Петербурга

Реферат по истории
Дата добавления: 26 октября 2002
Язык реферата: Русский
Word, rtf, 265 кб
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать



С самого начала Благовещенская церковь служила усыпальницей членов царской семьи и государственных деятелей России. В ней погребены А. В. Суворов, Н. И. Панин, А. М. Голицын, А. А. Безбородко, А. Г. Разумов­ский, И. И. Бецкий, И. И. Шувалов и другие.

Среди первых сооружений монастырского ансамбля была церковь во имя Святого Феодора (брата Александра Невского), построенная по проекту П. Трезини в 1745— 1750 годах. Композиция и формы здания, где она находи­лась, в основном повторяли архитектуру здания Благове­щенской церкви, отличаясь лишь некоторыми деталями. В 1840 году в верхней церкви был устроен новый иконостас ^ ее престол освящен во имя Святителя Николая Чудо-^зорца. Отремонтированную нижнюю церковь в 1842 году хзятили во имя Святого Феодора. Декоративное оформ-.-ние интерьеров храма частично сохранилось до наших

К Благовещенской и Феодоровской церквам примкнули •—: 'тупенчатых корпуса — Духовской и Феодоровский, ---ом из которых архитектором В. П. Петровым в

1820—1822 годах была устроена церковь во имя Сошествия Святого Духа. Она представляла собой двусветный зал, декорированный коринфскими колоннами. Церковь стала местом погребения многих петербургских митрополитов— Михаила, Серафима, Антония, Никанора, Григория и дру­гих. В Духовской церкви 1 февраля 1881 года состоялось отпевание тела писателя Ф. М. Достоевского.

В 1755—1771 годах архитектор М. Д. Расторгуев осу­ществил строительство Митрополичьего дома, Семинар­ского и Просфорного корпусов, замкнувших монастырский двор. Юго-западная и северо-западная угловые башни, возведенные в 1772—1774 годах, повторили формы Бла­говещенской и Феодоровской церквей.

Самым величественным храмом ансамбля стал Свя­то-Троицкий собор — одно из немногих культовых соору­жений раннего классицизма. Его строительство началось в 1776 году по проекту и под наблюдением архитектора И. Е. Старова. 30 августа 1790 года состоялось освящение

храма. В этот же день мощи Александра Невского были торжественно перенесены в собор из Александровской цер­кви.

Благородные архитектурные формы собора нисколько не нарушили барочного стиля фасадов монастырских кор­пусов. Мощный купол .храма, поднявшийся вместе с двумя колокольнями над монументальным шестиколонным пор­тиком, удачно завершил формирование всего ансамбля. С Духовским и Феодоровским корпусами собор связали две дугообразные галереи, прорезанные широкими арками проходов.

Выразительные барельефные панно, изображающие события из Ветхого и Нового заветов, исполнил над за­падным и северным входами скульптор Ф. И. Шубин. Над главным входом в центре — “Жертвоприношение царя Соломона в день освящения Иерусалимского храма”. Ни­же, над самыми дверями, находится скульптурная группа, изображающая ангелов с орденским знаком Святого Алек­сандра Невского.

Внутри здание очень просторно и совершенно по про­порциям. Сочетая базиликальную форму с центрально-ку­польной, собор представляет собой в плане латинский крест. Главный неф искусно декорирован приставными коринфскими колоннами с золочеными капителями. Через шестнадцать окон высокого барабана, поддерживающего купол, внутрь здания льются потоки света.

Интересна композиция иконостаса, исполненного из белого итальянского мрамора и задуманного И. Е. Ста-ровым в виде полукруглой ниши с царскими вратами в глубине. Их венчает символическое облако в сиянии лу­чей. При раскрытых вратах оно словно легко плывет в воздухе.

Святыня собора — мощи Святого князя Александра Невского, покоившиеся в великолепной серебряной раке. Ее изготовили в 1747—1752 годах на Петербургском Мо­нетном дворе из первого серебра, добытого на Колыван-ских рудниках (его понадобилось около 90 пудов). На боковых стенках раки в барельефах запечатлены победы Александра Невского в сражении на Неве (1240), при освобождении Пскова и во время Ледового побоища (1242).

В соборе было много икон и полотен, исполненных известными художниками. Так, в алтаре, за престолом,

находился образ Благовещения Пресвятой Богородицы ки­сти Рафаэля Менгса. Над южными вратами — картина “Спаситель Благословляющий” Антониса ван Дейка, на восточной стене — “Воскресение Христово” Питера Пауля Рубенса. Образа для иконостаса и царских врат написали живописцы И. А. Акимов, Г. И. Угрюмов, Я. Меттенлейтер и другие.

Первоначальную роспись сводов и купола исполнил живописец Ф. Д. Данилов. Но она не сохранилась из-за того, что здание собора долгое время не отапливалось. В 1806 году роспись была заменена новой, исполненной по рисункам Дж. Кваренги. Несмотря на позднейшую не слишком удачную реставрацию, она в основном сохрани­лась до нашего времени.

Свято-Троицкий собор — вершина творчества И. Е. Старова в создании церковных сооружений.

Почти одновременно получил оформление парадный въезд в монастырь со стороны города. В 1783—1785 годах по проекту И. Е. Старова на круглой площади в конце Невского проспекта были построены ворота с цер­ковью над ними (во имя Божьей Матери “Всех Скорбя­щих Радости”). Главный фасад здания зодчий украсил пилястрами дорического ордера. Алтарный выступ вос­точного фасада он уравновесил таким же выступом за­падного.

Значительные перестройки в ансамбле лавры осуще­ствил архитектор А. М. Горностаев, по проекту которого в начале 1860-х годов возвели второй этаж обоих крыльев Митрополичьего дома. Тогда же была устроена Крестовая церковь во имя Успения Пресвятой Богородицы с правым приделом Святого Тихона Задонского.

В 1890-х годах архитектор Г. И. Карпов построил восточные ворота с внешней стороны монастырского каре и пристроил к Феодоровской церкви церковь Святого Иси-дора Пелусиотского. Освященная в 1891 году, она стала усыпальницей митрополитов Исидора и Палладия.

К началу XIX века монастырь превратился в один из ведущих центров просвещения и культуры России. В его историческом архиве и библиотеке хранилось множество старинных рукописей и редких .книг. Здесь размещалась Духовная академия, высшее заведение Московской пат­риархии. В 1797 году Александро-Невекий монастырь по­лучил звание лавры, которого удостаивались лишь самые важные по своему положению мужские монастыри (до революции в России было четыре лавры),

При лавре образовалось несколько кладбищ, находя­щихся за пределами монастырского каре. С левой стороны расположено старейшее Лазаревское кладбище, возникшее еще в петровское время при церкви в честь воскрешения Праведного Лазаря. Оно сделалось местом погребения вид­ных государственных деятелей, ученых и литераторов. Здесь находятся могилы М. В. Ломоносова и Д. И. Фонвизина. С правой стороны расположено Тихвинское кладбище с цер­ковью в честь Тихвинской Божьей Матери (1873). На нем похоронены знаменитые русские писатели и поэты Н. М. Ка­рамзин, В. А. Жуковский, Н. И. Гнедич, И. А. Крылов, Ф. М. Достоевский, композиторы М. И. Глинка, А. С. Даргомыж­ский, М. П. Мусоргский, Н. А. Римский-Корсаков, А. П. Бо­родин, П. И. Чайковский, многие видные художники, архи­текторы, скульпторы, артисты. Восточнее собора располо­жено третье кладбище — Никольское с церковью во имя Святителя Николая (1871). На нем находится крест-кенотаф расстрелянного в 1922 году митрополита Петроградского и Гдовского Вениамина (В. П. Казанского), новомученика Рос­сийского. •

После „Октябрьской революции лавру закрыли, мощи Святого Александра Невского осквернили. Серебряная ра­ка и малахитовая сень, находившиеся в Троицком соборе, архив лавры были переданы в Государственный Эрмитаж, Русский музей и другие хранилища и музеи. Верхом ко­щунства над лаврой стало устройство в ее внутреннем дворе “коммунистической площадки” — кладбища революцион­ных, партийных и военных деятелей. Во многих зданиях монастырского комплекса обосновались различные мастер­ские. Разгрому подверглась Духовская церковь.

С 1930,-х годов развернулась так называемая музее-фикация лавры, сопровождавшаяся бесконтрольной пере­стройкой интерьеров, уничтожением многих исторических памятников и надгробий, переносом части захоронений в другие некрополи. В последние годы началось постепенное возвращение православной церкви отобранных ранее зданий и помещений. Вернулись в Троицкий собор и его главные святыни.

Комплекс сооружений Александро-Невской лавры — замечательный архитектурный ансамбль Петербурга XVIII века. Несмотря на последующую разностильную и случайную застройку прилегающей территории, его гра-дообразующая роль по-прежнему остается огромной.

в ходе реставрации церковный флигель из пятиглавого превратился в одноглавый, что нарушило замысел Рас­трелли.

К выдающимся произведениям Б.-Ф. Растрелли при­надлежит ансамбль Воскресенского Новодевичьего мона­стыря. Его строительство продолжалось с 1748 по 1769 год. Располагавшийся вблизи Смоляного двора, монастырь вскоре стал называться Смольным. В соответствии с за­мыслом зодчего, монастырские корпуса образуют кресто­образный многоугольник, на внутренних углах которого поставлены четыре церковки с изящными главками. В центре двора, распахнутого с западной стороны, высится 92-метровая бело-голубая ступенчатая громада Воскре­сенского собора с колоннами по углам. Его боковые баш­ни — колокольни, диагонально развернутые, словно под­держивают среднюю, сливаясь в общую архитектурную группу и легко возносясь над городом. Тем самым бле­стяще решается задача воплощения в одном здании двух идей — столпообразного храма и традиционного пятигла-вия. Богатство отделки фасадов собора не уступает пыш­ности отделки фасадов Зимнего дворца.

После смерти Растрелли строительство монастырского ансамбля приостановилось на долгие десятилетия. Остал­ся неосуществленным и проект сооружения величественной 140-метровой колокольни. Монастырь, открывшийся в 1764 году и занимавший небольшую часть помещений, в 1797 году был упразднен. Освободившиеся корпуса занял Вдо­вий дом, а построенное рядом архитектором Дж. Кваренги новое здание — Смольный институт. В связи с этим в 1832—1835 годах архитектор В. П. Стасов осуществил достройку Воскресенского собора. По его проекту был тщательно отделан под мрамор огромный церковный зал, сооружены три великолепных иконостаса, установлена пе­ред алтарями балюстрада из граненого хрусталя, изго­товлены из уральского мрамора солея и ступени к ней, воздвигнута проповедническая кафедра, изукрашенная тончайшей резьбой. Храм, освященный после его достройки 20 июля 1835 года, получил наименование “Собора всех учебных заведений”. К его достопримечательностям при­надлежали иконы работы А. Г. Венецианова “Воскресение Христово” и “Введение во храм Пресвятой Богородицы”, а также дарохранительница, сделанная из пяти пудов серебра по рисунку архитектора К. А. Тона.

Одновременно по проекту В. П. Стасова был выполнен еще целый ряд работ. Между папертью собора и запад­ными корпусами келий протянулась чугунная решетка строгого классицистического рисунка. По сторонам про­езда, устроенного к храму со стороны площади, возвели два флигеля, фасады которых позднее были отделаны в стиле барокко. Кроме того, собор и здания келий охватили невысокой каменной оградой со стройными башенками по углам (частично она была возведена в 1750—1760-х годах). Въезды отметили портиками из тосканских колонн, пере­крытыми лучковыми фронтонами.

Среди угловых церквей монастырских корпусов осо­бенно интересной была церковь Святых Захария и Ели­заветы при Вдовьем доме. Освященная в 1765 году, она располагалась в третьем этаже северо-западной башни (над церковью Александровского Смольного института). Ее достопримечательностью был старинный иконостас на­чала XVIII века. Сохранившийся лепной декор стен и сводов угловых церквей-башен представляет огромную ху­дожественную ценность. В частности, уцелели фрагменты интерьера церкви Великомученицы Екатерины, находив­шейся в среднем этаже северо-восточной башни и освя­щенной в августе 1764 года.

Смольный Воскресенский монастырь сразу занял до­стойное место в ряду творений выдающихся европейских зодчих XVIII века. Как выразился в начале века известный знаток архитектуры Петербурга В. Я. Курбатов, “его следует признать одним из наиболее совершенных сооружений поз­днего барокко и поставить рядом с дрезденским Цвингером”.

Судьба Смольного Воскресенского собора — детища Б.-Ф. Растрелли и В. П. Стасова — во многом оказалась печальной. Вскоре после Октябрьской революции его великолепное внутреннее убранство, прекрасные резные ико­ностасы, хрустальная балюстрада перед алтарями, доро­гая проповедническая кафедра — все было сломано, рас­хищено, уничтожено. На долгие годы разоренный храм превратили в склад. В 1990 году в здании открылся Кон-цертно-выставочный комплекс.

Другим замечательным храмовым сооружением Пе­тербурга является Богоявленский Никольский собор, по­строенный по проекту архитектора С. И. Чевакинского в 1753—1762 годах. По преданию, собор был возведен по образцу Астраханского собора, понравившегося некогда Петру I, который пожелал соорудить такой же храм в столице. Смерть императора помешала исполнению этого намерения. Строительство начали спустя четверть века-

Собор, стоящий посреди широкой площади, выглядит как-то особенно нарядно и празднично. Построенный в форме равноконечного креста, он декорирован 68-ю колон­нами коринфского ордера, сгруппированными, как прави­ло. но три и установленными на высоких постаментах. Пояс колонн дополняется широким ожерельем антабле­мента над ним. Храм венчают пять свободно расставлен­ных башен с куполами, из которых центральная, тради­ционно восьмигранная, лишь немного возвышается над боковыми, четырехгранными.

Собор делится на две церкви — нижнюю и верхнюю. Величественно смотрится верхняя церковь Богоявления Господня, освященная 20 июля 1762 года. Просторная и светлая, она разделяется пилонами на семь нефов. Ее иконостас, словно подпирающий свод своей великолепной колоннадой, поражает искусством резьбы, пышностью ор­намента, богатством растительного узора (резчик И. Ф. Канаев). Особенно ценными в иконостасе являются образа, написанные живописцами середины XVIII века М. Л. и Ф. Л. Колокольниковыми и выполненные в византийской традиции. Не менее интересны десять образов, подаренных собору Екатериной II в память побед, которые были одер­жаны русскими моряками над турецким и шведским фло­тами в 1770, 1789 и 1790 годах. Главной святыней нижней церкви собора является икона Святителя Николая Чудо­творца греческого письма XVII века, перенесенная в новый храм из старой деревянной церкви.


золотой век храмостроения

Начало XIX века ознаменовалось сооружением в Пе­тербурге ряда зданий в формах строгого и высокого клас­сицизма. Это были прежде всего здания Смольного и Екатерининского институтов Дж. Кваренги, ансамбль Ад­миралтейства А. Д. Захарова, Биржа Ж. Тома де Томона, здание Горного института А. Н. Воронихина.

С именем Воронихина связано возведение Казанского собора — одного из самых величественных храмов Петер­бурга. В 1800 году был утвержден проект зодчего, пред­ставленный на конкурс. Прежде на углу Невского про­спекта и Екатерининского канала, где предполагалось возведение здания, стояла каменная церковь Рождества Пресвятой Богородицы, построенная архитектором М. Г. Земцовым в 1733—1737 годах. В конце века она была сломана вместе с соседними домами, в результате чего образовалась обширная площадь. В центре ее 27 августа 1801 года состоялась торжественная закладка нового со­бора. Постройка его длилась целое десятилетие. 15 сен­тября 1811 года храм был освящен.

(Собор был построен в честь чудотворной иконы Ка­занской Божьей Матери, явившейся в Казани в конце XVI века. В 1612—1613 годах, в период борьбы с поль­скими и шведскими интервентами, икона сопровождала народное ополчение князя Д. Пожарского. Затем она находилась в Москве, в Теремном Казанском соборе. В 1710 году, по повелению Петра I, в Петербург было доставлено старинное повторение явленного в Казани чу­дотворного образа.)

Согласно воле императора Павла I архитектор придал собору внешнее сходство со знаменитым собором Святого Петра в Риме. Это выразилось в том, что от северного фасада здания, обращенного к Невскому проспекту, протянулась в обе стороны величественная колоннада. Обра­зованная 96-ю коринфскими колоннами, она завершается справа и слева монументальными порталами. Однако в отличие от колоннады римского прототипа, представляю­щей почти замкнутый полукруг, воронихинская колоннада имеет вид широкой, сильно развернутой дуги.

Благодаря колоннаде храм воспринимается со стороны Невского проспекта как законченный ансамбль. Зодчий предполагал завершить постройку здания сооружением второй колоннады с южной его стороны. К сожалению, из-за финансовых затруднений этот замысел так и не был осуществлен.

Собор, стоящий на высоком гранитном цоколе, имеет в плане форму латинского креста. Центр его северного фасада отмечен многоколонным портиком, перекрытым фронтоном. Величественно выглядит и противоположный, южный, портик, кажущийся еще более внушительным из-за отсутствия здесь колоннады. Над всем этим сложным многофигурным сооружением легко возносится купол на высоком барабане, прорезанном окнами и декорированном пилястрами. Изяществом своего силуэта он заметно пре­восходит купола других зодчих*.

Возводя собор, А. Н. Воронихин решился и еще на одно новшество. Наружные колонны, капители, антабле­мент, барельефы и облицовка исполнены из пудостского камня — желтоватого известняка, добываемого вблизи Петербурга.

Во внешнем оформлении собора особую роль играет скульптура. На аттиках проездов, завершающих колоннаду храма, помещены барельефы: с восточной стороны — И. П. Мартоса “Истечение воды Моисеем в пустыне”, а с западной — И. П. Прокофьева “Воздвижение медного змия”. Над алтарной апсидой находится барельеф Ж.-Д. Рашетта “Вход Господень в Иерусалим”.

Огромные двери северного входа в собор (со стороны Невского проспекта) являются бронзовой копией “Врат рая” флорентийского Баптистерия, исполненных знамени­тым итальянским скульптором XV века Лоренцо Гиберти. В нишах по сторонам дверей стоят бронзовые скульптуры “Святой Иоанн Креститель” И П. Мартоса, “Святой Андрей Первозванный” И. П. Прокофьева (законченный В. И. Демут-Малиновским), “Святой Владимир Равноапо­стольный” и “Святой Александр Невский” С. С. Пименова. Суровые изваяния, отлитые мастером В. П. Екимовым, гармонично сочетаются с монументальной колоннадой. Столь же внушительны барельефы “Благовещение”, “По­клонение пастырей”, “Поклонение волхвов”, “Бегство в Египет” Ф. Г. Гордеева, помещенные в северном портике.

Торжественность внешнего облика собора усиливалась молитвенным настроем его интерьера. Зодчему удалось добиться эффекта поразительного единства всех помеще­ний здания. Двойные ряды 56 коринфских гранитных ко­лонн оказались настолько прозрачными, что почти из каж­дой точки собора молящийся мог видеть алтарь.

Центральный неф занимала грандиозная композиция “Тайная Вечеря”. Написанная художником С. А. Бессо­новым, она помещалась на своде алтарной апсиды. Пре­стол собора покрывала тонкая среброкованая одежда, ук­рашали колонны из лазурита и сибирской яшмы. Напротив главного придела, с юго-западной стороны, находилось монументальное царское место, сделанное из олонецкого мрамора.

Иконостас вначале был сооружен по рисунку А. Н. Воронихина. В 1836 году его заменил новый, вычеканенный по проекту архитектора К. А. Тона из серебра, отбитого донскими казаками у французов в 1812 году. Изменилась лишь форма царских врат, к которым сверху был добавлен большой полукруг, закрывший полусвод апсиды с изобра­жением “Тайной Вечери”. Вся эта стена чеканного серебра и серой яшмы дивно гармонировала с гранитом колонн, позолотой капителей и мрамором пола.

Большая часть икон иконостаса была написана луч­шими живописцами первой, половины XIX века. “Благо­вещение” и Евангелистов на царских вратах исполнил В. Л. Боровиковский, “Богоматерь” — О. А. Кипренский, “Архангела Михаила” — Г. И. Угрюмое. Налево от цар­ских врат находился образ Казанской Божьей Матери — главной святыни собора. Пилоны собора украшали ком­позиции В. К, Шебуева — “Григорий Богослов”, “Святой Василий Великий” и “Святой Иоанн Златоуст”. Все три были вставлены в великолепные гранитные рамы.

Позднее собрание икон храма пополнили запрестоль­ные образа: “Взятие Богоматери на небо” работы К. П. Брюллова, “Введение во храм” П. В. Басина и “Покров Пресвятой Богородицы” Ф. А. Бруни- В украшении ин­терьера участвовали также лучшие скульпторы Петербур­га. Из барельефов, исполненных ими, сохранились только два. Над южными вратами находится барельеф “Несение Креста” работы Ф. Ф. Щедрина и над северными — барельеф “Взятие Иисуса Христа воинами в Гефсиман-ском саду” Ж.-Д. Рашетта.

Напротив западного, главного, портика собора распо­ложена небольшая полукруглая площадь, огражденная ажурной чугунной решеткой. Площадь была устроена Во-ронихиным в 1810—1812 годах в связи с предполагавшейся постройкой второй (южной) колоннады. На массивных гра­нитных пьедесталах, в которые упираются края решетки, собирались установить монолитные статуи Святых Апо­столов Петра и Павла. К сожалению, этот замысел не был осуществлен. Однако решетка с благородным орна­ментальным узором сохранилась. Все сооружение массив­ностью дорических колонн и пышностью чугунных звеньев как нельзя лучше соответствует стройной колоннаде со­бора.

С самого начала судьба Казанского собора оказалась тесно связанной с историческими событиями, всколыхнув­шими Россию в начале XIX века. Под его сводами в августе 1812 года состоялся торжественный молебен, после которого фельдмаршал М. И. Кутузов отправился в дей­ствующую армию во время Отечественной войны. Под его же сводами в июне 1813 года нашло вечный покой тело полководца, скончавшегося в немецком городке Бунцлау после изгнания неприятеля из пределов России. Оно было погребено в склепе, устроенном в северном приделе храма. Собор стал местом хранения многочисленных трофеев Оте­чественной войны — знамен и .штандартов, ключей от крепостей и городов, взятых русскими войсками. В ре­зультате он приобрел характер национального мемориаль­ного сооружения. Подобный характер храма был еще более усилен в 1837 году установкой перед боковыми порталами колоннады памятников М. И. Кутузову и М. Б. Барклаю де Толли, отлитых по моделям скульптора Б. И. Орлов­ского.

В 1929 году Казанский собор был закрыт. Спустя три года в здании разместился Музей истории религии и ате­изма. Находившиеся прежде в храме иконы были переданы Государственному Русскому музею. На месте остались лишь единицы.

В результате всевозможных переделок серьезно по­страдал интерьер. Исчезло большинство сокровищ бога­тейшей ризницы. Был варварски уничтожен иконостас. Кощунственного вскрытия не избежала даже могила М.И. Кутозова.

Важнейшей стройкой Петербурга середины XIX века стало возведение нового огромного Исаакиевского собора. Его сооружение началось по проекту архитектора О. Мон-феррана в 1818 году и закончилось вчерне в 1842 году. Строительство здания первое время велось под наблюде­нием специального комитета, членами которого были ар­хитекторы В. П. Стасов, А. И. Мельников, А. А. Михайлов 2-й и другие. Торжественное открытие и освящение собора состоялось 30 мая 1858 года.

Гранитные колоннады мощных портиков и такого же барабана, увенчанного ребристым золоченым куполом, придают зданию особенную монументальность. Стоящие по его углам небольшие башни звонниц, завершенные ку­полами, создают традиционное для русской церковной ар­хитектуры нятиглавие. В плане собор представляет собой слегка вытянутый прямоугольник, но благодаря выступа­ющим на всех фасадах портикам, особенно на южном и северном, он в целом имеет крестообразное сечение.

Размеры здания поражают и сейчас. Его высота 101,5 метра, длина (с портиками) 111,3 метра, ширина 97,6 метра. Внутренний диаметр купола составляет 21,8 метра, наружный — 25,8 метра. Снаружи здание окружают 112 монолитных гранитных колонн, из них 48 — портиковые, каждая высотой 17 метров и весом 114 тонн. Собор может вместить около 12 тысяч человек. Для облицовки стен, достигающих местами пятиметровой толщины, применен светло-серый олонецкий мрамор, заменивший привычную для русской классики штукатурную отделку теплых тонов.

В архитектуре собора отразились новые веяния в рус­ском зодчестве середины XIX века, заключавшиеся в пыш­ности общей композиции и декоративных деталей. Оста­ваясь в целом памятником эпохи классицизма, он несет на себе отпечаток художественного наследия ренессанса и барокко. Это особенно проявляется в обилии наружного

скульптурного декора храма. Над главным (западным) входом в собор на фронтоне находится бронзовый горельеф работы скульптора И. П. Витали “Святой Исаакий Дал­матский благословляет императора Феодосия”. На фрон­тонах южного и северного портиков — горельефы “По­клонение волхвов” и “Воскресение Христово”. Фронтон восточного портика собора декорирован горельефом “Свя­той Исаакий Далматский останавливает императора Ва-лента”. Он выполнен по модели видного французского скульптора XIX века Ф. Лемера, известного скульптурным оформлением тимпана фронтона “Страшный суд” для зна­менитой парижской церкви Святой Магдалины.

На углах крыши здания установлены скульптуры ко­ленопреклоненных ангелов со светильниками. Фронтоны увенчаны фигурами сидящих Евангелистов; по углам фрон­тонов помещены статуи Апостолов. Все они исполнены скульптором И. П. Витали. Стоящие на верхнем карнизе фигуры двадцати четырех ангелов пластически продол­жают дальше колонны, окружающие барабан главного купола. Этот архитектурный прием сходен с тем, что был применен в оформлении башни Адмиралтейства. Над вход­ными дверями находятся барельефы работы И. П. Витали “Распятие” и “Поклонение пастырей” и работы А. В. Логановского “Избиение младенцев” и “Рождение Иисуса Христа”. Многие изображения выполнены по моделям скульпторов П. К. Клодта, Н. С. Пименова, И. Германа. Собор украшают 350 статуй и рельефов, отлитых из бронзы или выполненных из меди способом гальванопластики.

Подлинными шедеврами литейного искусства были многочисленные бронзовые колокола, находившиеся на его звонницах. Их отличало особенное, насыщенное звучание. Вес главного колокола, висевшего на северо-западной звоннице, превышал 29,8 тонны. В тихую погоду его мо­гучий голос достигал городских окраин, уходил в даль Финского залива. В 1930-е годы все колокола были сняты и переплавлены.

Поражает своим великолепием внутреннее убранство собора. На мраморный подиум опираются коринфские ко­лонны и пилястры с каннелюрами, с цоколями и рельеф­ными капителями из позолоченной бронзы. Над ними, по стенам и массивным столбам, поддерживающим своды, идет разделенный пилястрами аттик. Глубокие, украшен­ные росписями и мозаикой ниши удачно разнообразят

ровные поверхности. Между колоннами и пилястрами сте­ны облицованы белым итальянским мрамором, на котором выделяются панно и отсеки из зеленого генуэзского мра­мора, красного крапчатого мрамора, многоцветной яшмы, красного финского порфира.

Интерьер заполняют десятки живописных и мозаичных картин, созданных К. П. Брюлловым, Ф. А. Бруни, П. В. Васиным, В. К. Шебуевым, Н. М. Алексеевым, К. А. Штейбеном, Т. А. Неффом, Е. А. Плюшаром и другими талантливыми русскими и иностранными художниками. Большой купол украшает роспись, начатая Брюлловым и оконченная Басиным, — “Богоматерь во Славе”. Ее пло­щадь более 800 квадратных метров. Аттик западной сто­роны центрального нефа занимает выразительная роспись “Всемирный потоп”, исполненная Бруни. Ему же принад­лежат росписи “Жертва Ноя”, “Видение Иезекииля”, “Страшный суд” и другие. Часть живописных произведе­ний была впоследствии переведена в мозаику мастерами мозаичного отделения Академии художеств. Особенно удачной является мозаичная икона “Тайная Вечеря” (по картине С. А. Живаго).

В соборе три алтаря. Главный — во имя Святого Исаакия Далматского; с правой стороны — Святой Ве­ликомученицы Екатерины; слева — Святого Благоверного Великого князя Александра Невского. Иконостас главного алтаря, насчитывающего 65 образов, отделан белым мра­мором, расчленен малахитовыми колоннами. Его украша­ют бронзовые позолоченные скульптуры, выполненные по моделям Н. С. Пименова, П. К. Клодта, И. П. Витали. Драгоценные колонны из бадахшанского лазурита постав­лены по сторонам царских врат. Над их аркой — скуль­птурная группа “Христос во Славе”. В окне за престолом главного алтаря открывается цветной витраж — образ, представляющий собой воскресшего Спасителя (по эскизу Г.-М. Гесса).

Среди святынь собора наиболее чтимой была икона Нерукотворного Образа Спасителя, написанная в 1693 году и принадлежавшая Петру 1. Ее украшала риза чер­вонного золота с крупными бриллиантами. В соборе хра­нились частица древа Креста Господня и часть мощей Апостола Андрея Первозванного, а также другие святыни. К реликвиям храма принадлежало знамя губернского ополчения Отечественной войны 1812 года.

Пожалуй, ни одно сооружение Петербурга не вызывало столько споров современников, сколько их породил собор. “Исаакиевский собор,— писал историк русского искусства А. И. Сомов,— при всей своей громадности, дорогой мра­морной облицовке, множестве своих гигантских монолит­ных колонн, роскоши внешнего скульптурного убранства и внутренней отделки, лишен оригинальности, представ­ляет повторение весьма ординарных форм стиля Возрож­дения и мало походит на православную церковь”. Оценка, вероятно, слишком строгая, чрезмерно суровая, но во мно­гом и справедливая. И все же, несмотря на то что храм мало сочетается с обликом чисто классической застройки Сенатской площади, его сложный силуэт является неотъ­емлемой частью панорамы невских берегов.

Исаакиевский собор стал главным кафедральным со­бором Санкт-Петербургской епархии и считался “первен-

12 Зак. №79

ствующим в империи”. Вскоре после революции для него, как и для большинства храмов страны, наступили черные времена. Только в мае 1922 года власти изъяли из собора 45 килограммов различных золотых изделий, 2230 кило­граммов серебряных украшений, около 800 драгоценных камней. Спустя шесть лет община верующих храма была ликвидирована, в здании открыт Антирелигиозный музей. Значительная часть внутреннего убранства подверглась расхищению и уничтожению, пострадали многие живопис­ные полотна и мозаичные панно. Бедственное состояние собора, превращенного в 1937 году в “музей-памятник”, усугубила начавшаяся война. В результате бомбежек и артиллерийских обстрелов храм получил серьезные по­вреждения. На протяжении 1950—1960-х годов были про­ведены реставрационные работы, позволившие остановить разрушение здания, сохранить многое из его уникального наружного и внутреннего убранства. Недавно вновь вер­нулся на свое место под куполом бронзовый посеребренный голубь — символ Святого Духа, сменив маятник Фуко, несколько десятилетий качавшийся в храме.

Более благосклонной на первый взгляд судьба оказа­лась к некоторым другим храмам, построенным в послед­ней четверти XIX века. Наиболее ярким образцом архи­тектуры национального, неорусского стиля стал храм-па­мятник Воскресения Христова, сооруженный на набереж­ной Екатерининского канала на месте смертельного ра­нения террористами 1 марта 1881 года императора Алек­

сандра II. Этим объясняется и второе его название — “Спас на Крови”. Разрабатывая проект здания, его авторы архитектор А- А. Парланд и архимандрит Игнатий (И. В. Малышев) базировались на композиционных приемах ста­ринного московского и ярославского зодчества, прежде всего формах храма Святого Василия Блаженного в Мо­скве.

Торжественная закладка храма состоялась 6 октября 1883 года. Земляные, строительные и отделочные работы

продолжались свыше двадцати лет. 19 августа 1907 года храм наконец торжественно освятили. В его интерьер было включено место, где был смертельно ранен Александр II, с фрагментом залитой кровью мостовой. Это повлекло за собой необычное расположение здания на самой кромке набережной, устройство сплошного бетонного фундамента под всей площадью храма. Для колокольни даже потре­бовалось сделать специальный выступ, выдвинутый в рус­ло канала (здесь предполагалось построить мост, который так и не был сооружен).

Храм Воскресения — однопрестольный, трехапсидный. Его композиционной основой служит кубический массив, увенчанный высоким восьмигранным шатром, к которому прижались четыре луковичные главки. Вплотную к основ­ному “четверику” примыкает легкая колокольня, заверша­емая золотым куполом. Наибольшая высота храма — 81 метр. Фасады здания, облицованного гранитом и мрамором, глазурованным кирпичом, поражают богатством декора — фигурными наличниками и кокошниками, всевозможными поясками и изразцами. Купола покрыты позолоченными и эмалированными медными листами, кровли шатров, кры­лец и апсид — поливной разноцветной черепицей. Особенно изящна главка над алтарем, покрытая золотой смальтой.

Входы в храм расположены с северной и южной сторон и устроены как притворы с крыльцами на гранитных колоннах. Фронтоны крылец украшают замечательные мо­заичные панно, созданные по эскизам художника В. М. Васнецова на евангельские сюжеты: “Несение Креста”, “Распятие”, “Снятие со Креста” и “Сошествие во ад”. На западном фасаде находится мозаичное “Распятие”, испол­ненное по рисунку автора проекта церкви архитектора А. А. Парланда. Выше расположена мозаика “Спас Не­рукотворный с предстоящими Богоматерью и Иоанном”, эскиз которой создал художник М. В. Нестеров. По его эскизу набрано и большое панно “Воскресение Христово”, находящееся в кокошнике северного фасада, обращенного в сторону Невы. Мозаики на стенах колокольни исполнены по эскизам В. В. Беляева (“Деисус” на северном фасаде) и Н. А. Бруни (“Богоматерь” на южном фасаде). Большое панно в кокошнике южного фасада “Христос во Славе” создано по эскизу Н. А. Кошелева. Колокольня собора украшена мозаичными изображениями гербов областей и губерний России.

Еще более поражает интерьер храма, в отделке кото­рого применены итальянские разноцветные мраморы и русские самоцветы. Вокруг места трагедии поставлены четыре колонны из серо-фиолетовой алтайской яшмы, свер­ху воздвигнута сень, увенчанная крестом из граненого горного хрусталя. Свод сени был инкрустирован сибир­скими самоцветами и топазами в виде звезд-

Четыре пилона, поддерживающие своды, в нижней части облицованы киевским Лабрадором. Мозаика сплошь покрывает стены, столбы и своды, занимая площадь свыше 6000 квадратных метров (общая площадь мозаик церкви 7050 квадратных метров). Почти все мозаичные панно

исполнены в мастерской А. А. и В. А. Фроловых. Особенно замечательны мозаики иконостасов, созданные по эскизам В. М. Васнецова,— “Богоматерь с младенцем” и “Спаси­тель”. Их отличают высокий художественный уровень и филигранная техника набора смальты. Отлично подобрана цветовая гамма. Уникальность ансамбля мозаики, ее при­менение на гигантской площади ставит храм в ряд ше­девров мирового значения. Это — единственное в стране редчайшее собрание произведений русского мозаичного искусства.

Шатер церкви сразу стал одной из выразительных доминант застройки центральной части города. Вместе со шпилем церкви Архангела Михаила Инженерного замка он придал законченность панораме Марсова поля, откры­вающейся со стороны Невы.

В 1930-е годы храм едва не подвергся уничтожению как малохудожественное, “беспомощное подражание хра­му Василия Блаженного”. Заброшенный, поруганный, он на долгое время был превращен в склад. Уникальный интерьер храма при этом серьезно пострадал, лишился многих фрагментов своего убранства. Был изуродован изу­мительный мраморный иконостас. Пережив затем период сложной реставрации, храм скоро будет открыт для по­сещения.

К последним петербургским храмам принадлежала и церковь Покрова Пресвятой Богородицы при Политехни­ческом институте императора Петра I. Ее возвели в 1913— 1914 годах по проекту архитектора И. В. Падлевского в неорусском стиле- Однокупольная церковь, увенчанная лу­ковичной главой на круглом барабане, довольно точно воспроизводила черты старинных северных храмов. Нео­бычно выглядели миниатюрная звонница (“колокольница”) и полукруглая апсида, прорезанная цепью небольших окон. Благодаря своеобразию архитектурного облика церковь обогатила композицию комплекса зданий Политехническо­го института.

© Рефератбанк, 2002 - 2017