Вход

Теория общего равновесия Л.Вальраса

Реферат по экономике и финансам
Дата добавления: 18 марта 2002
Язык реферата: Русский
Word, rtf, 998 кб
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать
Данная работа не подходит - план Б:
Создаете заказ
Выбираете исполнителя
Готовый результат
Исполнители предлагают свои условия
Автор работает
Заказать
Не подходит данная работа?
Вы можете заказать написание любой учебной работы на любую тему.
Заказать новую работу



УНИВЕРСИТЕТ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ ОБРАЗОВАНИЯ









РЕФЕРАТ

По курсу

“Макроэкономика”


На тему:

“Теория общего равновесия Л.Вальраса”




Студента


Преподаватель:
















г.НОВОМОСКОВСК, 2000г.

Содержание

  1. Предельная полезность по Вальрасу…………………………..1

  2. Все зависит от всего…………………………………………….1

  3. Взаимозаменяемость и взамодополнительность………………2

  4. Проблема равновесия…………………………………………..3

  5. Постановка задач………………………………………………..6

  6. Уравнения общего равновесия…………………………………6

  7. Закон Вальраса………………………………………………….8

  8. Значение закона Вальраса и что он дает………………………8

  9. Литература……………………………………………………..13

Предельная полезность по Вальрасу.

Леон Вальрас (1834—1910) стал основателем так называемой Лозаннской школы маржинализма. Ею труд "Элементы чистой эко­номической науки, вышедший в 1874 г, ознаменовал собой начало первого шествия математики по пространствам экономического знания. Стремление математизировать всякое экономическое рассуждение — характерная черта Лозаннской школы и ее последователей. Вальрас утверждал, что только с помощью математики можно доказывать экономические теории корот­ко, ясно и точно. Сам он владел математикой пре­восходно, а вдохновение свое черпал у Курно.

То, что вскоре было названо предельной полез­ностью, Вальрас называл редкостью (rarete). Оп­ределил он ее так: убывающая функция от по­требленного количества (т.е.. чем более растет по­требленное количество какого-то блага, тем мень­ше становится величина его rarete).

Вальрас установил, что предельная полезность достигается тогда, когда последние порции средств, расходуемых потребителем (при данном его доходе), принесут ему одинаковое удовлетво­рение от всех потребляемых им благ (еще раз вспомним второй закон Госсена). При этом по­требитель сам учитывает, что благо А для него бо­лее ценно, чем благо Б. Носки предпочтительнее галстуков, мясо предпочтительнее носков и т.д. Иначе говоря, из своего фиксированного дохода потребитель будет на носки тратить скорее, чем на галстуки, а на мясо — скорее, чем на носки. Именно при этих различиях он купит каждого блага такое количество, при котором получается одинаковое удовлетворение от последней пары носков, последнего галстука и последнего кусоч­ка мяса. Только тогда совокупность всего купленного им даст ему максимальное общее удовлетворение.

Когда все потребители достигают максимума в удовлетворении своих потребностей (с учетом всего сказанного выше, в том числе и с учетом фиксированного дохода каждого из них), наступает эконо­мическое равновесие, говорит Вальрас. Отсюда он делает шаг к исследованию того, что представляет собой общее рыночное равно­весие. Дело в том, что каждый потребитель и каждый производитель (каждый покупатель и каждый продавец) не совершают свои дейст­вия изолированно, в отрыве от всех своих коллег и всех процессов, происходящих в экономике.


Все зависит от всего.


В экономике все переплетено. Все процессы взаимосвязаны. Ка­ждая оценка зависит от других оценок, но и сама влияет на них.

В 70-е гг. нашего столетия произошли два отдаленных друг от друга события. США стали передавать со спутников программы те­левидения на СССР. А у нас алюминиевые тарелки для катания со снежных гор, которые годами можно было свободно купить в мага­зинах, вдруг стали дефицитным товаром. Спрос на них никогда не был очень большим, соответственно и производство было умерен­ным и теперь, видимо, производилось не меньше, зато резко вырос спрос. В чем дело?

Трудно представить себе, чтобы в течение одного сезона количе­ство желающих кататься с горы вдруг выросло в несколько раз. Тем более что спрос на санки (конкурирующий товар) вырос лишь не­значительно. Произошло совсем другое.

В связи с началом передач спутникового ТВ США на нашу стра­ну в СССР возник спрос на спутниковые антенны, а их у нас не про­изводили. Российские умельцы приноровились превращать детские приспособления для катания с гор в спутниковые антенны — и спрос на эти тарелки сразу подскочил. В тогдашних условиях рост спроса не вызывал автоматически повышения цены до точки насы­щения, поэтому тарелки практически исчезли из продажи.

В экономике, где действуют рыночные механизмы, подобные ве­щи проявляются еще сильнее и заметнее. Здесь в непрерывной иг­ре постоянно воздействуют друг на друга цены, издержки, спрос, предложение и пр. При этом какое-то событие в одной отрасли, или в одном секторе экономики, или в одной группе потребителей (или продавцов) может вызвать подчас следствия в совершенно иной сфе­ре экономики, казалось бы, совсем не связанной с первой.


Взаимозаменяемость и взамодополнительность.

Экономисты различают два типа взаимозависимости, которые нам полезно знать: взаимозаменяемость и взаимодополнительность. Каждый из них может быть отмечен и в области спроса, и в области производства. Примеры взаимозаменяемых потребитель­ских товаров: плащи и зонты, пиво и пепси-кола, говядина и куря­тина... Взаимозаменяемые ресурсы производства — это кирпич и бе­тон, хлопковолокно и синтетическое волокно, уголь и торф…

Взаимозаменяемость редко бывает полной, поэтому обычно один из таких товаров предпочтительнее другого (все зависит от их оценки поку­пателем).

Взаимодополняющие блага — это такие, которые люди по обык­новению желают или должны потреблять совместно. Например, ру­башки и галстуки, видеомагнитофоны и видеокассеты, иголки и нит­ки, автомобили и бензин. Примеры взаимодополняющих производ­ственных благ станки и электроэнергия, дрели и сверла, любой ма­териал и соответствующий ему инструмент, комплектующие изде­лия-

Труд и рабочие машины могут в одних случаях быть взаимоза­меняемыми ресурсами, в других же случаях — взаимодополняющими. То же самое можно сказать о труде и земле, капитале и земле. Мы помним, что классики считали все три ресурса только взаимо­дополняющими, а неоклассики (начиная с Тюнена) стали рассмат­ривать их как в определенной мере взаимозаменяемые.

Экономисты выработали более четкие определения обоих типов зависимости. Применительно к товарам один или другой тип зави­симости определяется в соответствии с тем, как изменяется спрос на один товар при изменении цены другого (считая доход потреби­телей неизменным). Если цена одного товара снижается и при этом уменьшается спрос на второй товар, значит, они оба взаимозаменяемы. Например, при снижении цены на мясо сни­жается спрос на макароны. Если снижение цены одного товара вызывает рост спроса на второй, значит, эти товары взаи­модополняющие, Например, снижение тарифа на электроэнергию может увеличить спрос на электропылесосы.

На самом деле взаимозаменяемость товаров гораздо шире, чем показывают приведенные выше примеры. Это вытекает из того, что покупательный фонд потребителя всегда ограничен его доходом. По­требителю всегда приходится делать выбор: на что лучше потратить свой доход, чтобы достичь максимальной совокупной полезности. В условиях инфляции, которая обесценивает наши доходы, мы часто замечаем, что потребление одного товара приходится заменять по­треблением другого, не столь качественного, но зато более дешевого и при этом все же удовлетворяющего соответствующую нашу по­требность.

Все сказанное в этом разделе имеет целью показать, что, если мы хотим получить действительно достоверную функцию спроса (или предложения) для товара "икс", в эту функцию следует включить не только цену данного товара, но и цены всех товаров. Ибо мы заранее не знаем, в каком отношении находится товар "икс" с лю­бым другим товаром и находится ли он с этим товаром в каком-ли­бо из двух отношений взаимозависимости вообще.

Теперь мы можем подступиться к одному из главных теоретиче­ских достижений Вальраса — его теории общего рыночного равно­весия.


Проблема равновесия.


Уравнения Вальраса охватывают экономику целой страны — весь ее рынок. Предполагается (для простоты), что экспорт и им­порт отсутствуют. Чтобы нам попроще и понагляднее разобраться в этой теории, мы можем смоделировать такое же "изолированное го­сударство", если вернемся на остров Тюрго. Земля, затерянная в оке­ане, — тут уж точно ни экспорта, ни импорта. Мы оставили остров, когда там владелец маиса и владелец дров пришли, наконец, к сог­лашению о том, в какой пропорции они согласны меняться своими товарами. С тех пор на острове произошли важные перемены.

Вначале наши робинзоны увидели, что их запасы скоро подойдут к концу. Оглядевшись по сторонам, они решили, что пора заняться производством. По­копавшись в прибрежном песке, они среди обломков какого-то давнего кораб­лекрушения нашли заржавевшие инструменты, напоминающие лопату и топор. Зная, что разделение труда ведет к обоюдной выгоде, они поделили инструмен­ты между собой и хорошенько наточили их о камни. Один стал выращивать маис, второй стал рубить дрова, а дальше — уже знакомая нам бартерная тор­говля.

Так они и жили, пока однажды из моря на берег не вышел еще один че­ловек. Он сам подошел к ним и рассказал, что удрал с проплывающего судна, так как проигрался в карты, а заплатить было нечем, и его хотели утопить (еле доплыл до острова). Его пригласили к костру и угостили кашей.

Долго ли, коротко ли, новичок сообразил, что, если у него не будет, чем пла­тить за еду и обогрев, ему будет плохо. Законы рынка суровы, хочешь жить — умей вертеться. Но чем платить, если нет товара? Он попросил у одного взай­мы мешочек маиса, а у другого — немного дров, сказав обоим, что, если он не вернет долги, они могут утопить его в морс.

Не все наши читатели, возможно, знают, что маис — это обыкновенная ку­куруза. А коли есть кукуруза, значит, должно быть и кукурузное виски. Как но­вичок соорудил перегонный аппарат – это его коммерческая тайна. Но дело пошло — и у него появилось то, чем можно было вернуть долги и далее пла­тить за зерно и дрова. Как теперь будут формироваться цены?

Мы получили экономику с тремя видами товаров и двумя вида­ми факторов производства — землей да трудом (производственный инвентарь наших островитян, формально принадлежащий к катего­рии капитала, столь малоценен, что им можно пренебречь для про­стоты). Теперь можно поговорить о рыночном равновесии.

В чем проблема равновесия?

Прежде робинзонов было двое, и каждый обладал запасом това­ров. Было две функции спроса и две функции предложения. Тогда цена равновесия зависела только от соотношения интенсивности их потребностей в товаре — своем и чужом. Эта равновесная цена, как почти выяснил сам Тюрго, устанавливалась на уровне равенства пре­дельных полезностей одного и другого товара.

Теперь ситуация стала иной.

Во-первых, их уже трое. Что качественно нового вносит такое из­менение в количестве? Спрос дровосека на кукурузу зависит теперь не только от его предельной потребности в зерне, но и от его же спроса на виски. Если он готов часть своих дров обменять на весе­лящий напиток, значит, к обмену на маис будет предназначаться уже меньше дров, чем раньше. Отсюда меняется степень убывания полезности каждой охапки его дров. Но ведь то же самое можно сказать и про кукурузника, и про винокура.

Мы имеем три вида сделок по обмену:

1) маис на дрова;

2) маис на виски;

3) дрова на виски.

У каждого из участников своя функция спроса на оба товара его партнеров и своя функция предложения своего товара. Таким образом, теперь мы имеем шесть функций спроса и три функции пред­ложения. И каждая из них зависит от всех остальных.

Во-вторых, теперь в расчет берутся ресурсы производства — труд и земля. Возможно такое рассуждение: если за 20 мер маиса земледе­лец получает кружку виски, то, чем больше маиса он произведет, тем больше кружек виски получит. И вот он начнет расширять посевную площадь и соберет значительный урожай, и окажется, что его продукт от этого просто подешевел и теперь за кружку виски ему приходит­ся отдавать 25 мер зерна. То же самое может произойти и с дрово­секом, и с винокуром, хотя у них наращивание продукта потребует увеличения скорее затрат труда, чем площади обработки земли.

Что же делать? Сокращать производство, чтобы единица проду­кта стала дороже? Но можно насокращать до такой степени, что не обеспечишь себя всем необходимым. Значит, требуется найти некое равновесное количество продукта, при котором предельный расход ресурсов будет равен предельному доходу от продажи продукта.

Но и это еще не все. Хитрый новичок может задумать комбина­цию: наменяю, мол, побольше маиса, сделаю запас, потом какое-то время смогу получать дрова за маис, у кукурузника вообще ничего не покупать — и устрою себе безделье. Такой поворот вносит в си­туацию элемент конкуренции: дровосек может выбирать, у кого по­купать зерно в обмен на свои дрова. Правда, для этого винокуру пришлось бы затратить предварительно много труда.

Однако земледелец, видя, что винокур покупает у него больше, чем ему нужно для собственного потребления, начинает припрятывать свой запас, повышая зерновую цену одной кружки виски. И выходит, что винокур лишь удешевил свой продукт и перерасходовал труд.

Мы видим, что даже в такой простой экономике становится очень непросто установить цены и производство на уровне равнове­сия. И что даже при достижении равновесия здесь могут происхо­дить разнообразные колебания с отклонениями и возмущениями. А каким образом это все происходит в современной стране с много­миллионным населением?

Так ставил задачу Вальрас.





Постановка задач.

Начнем по порядку. Дано:

Товары

Ресурсы

Кукуруза (К)

Земля (3)

Дрова (Д)

Труд (Т)

Виски (В)


Требуется определить: при каких ценах будет достигнуто равно­весие спроса и предложения по всем трем товарам и какое количе­ство каждого товара отвечает состоянию равновесия?

Важное уточнение: мы должны принимать во внимание, что и ресурсы производства имеют свою цену, которая влияет на цены то­варов. Когда речь идет о настоящей экономике, цена земли выража­ется рентой, а цена труда — заработной платой. В нашей ситуации нет ни дворянина-землевладельца, ни наемного труда. Но от Адама Смита и Иоганна фон Тюнена мы уже знаем, что и рента, и зарпла­та на острове Тюрго тоже будут существовать, хотя и в скрытом ви­де. Так что островная наша экономика в этом отношении не отли­чается от обычной;

Настала пора ввести некоторые обозначения:

а — расход любого ресурса на создание единицы любого проду­кта;

aij — расход ресурса i на создание единицы продукта j, напри­мер: аЗК — расход земли на выращивание одной меры кукурузы, aTB — расход труда на изготовление одной кружки виски и т.д. Та­кой показатель имеет название технологического коэффициента;

xi — количество единиц продукта i (те. сколько его производит­ся для обмена);

ri — количество единиц ресурса ; (т.е.. сколько его всего исполь­зуется в производстве всех продуктов);

pi — цена единицы продукта i;

vi — цена единицы ресурса i.

Может возникнуть вопрос чем измеряются цены в этой бартер­ной экономике? Островитяне наши долго ломали голову, пока не придумали измерять „цены трудоднями”1. Они договорились считать 8 часов труда за 1 трудодень независимо от того, сколько в действи­тельности каждый из них трудится.


Уравнения общего равновесия.


Немного поразмыслив, мы можем записать основные зависимо­сти нашей островной экономики в виде уравнений.

Возьмем сперва ограничения по ресурсам. Очевидно, что количе­ство каждого ресурса, которое используется в производстве кукуру­зы, дров и виски, не может не быть равно в сумме тому количеству этого ресурса, каким располагает наше хозяйство. Поэтому:

Сейчас возьмемся за цены. Всего их у нас 5 (цены трех продук­тов + цены двух ресурсов). Цены служат аргументами функций спроса. Мы здесь имеем дело не с обычной кривой спроса, потому что мы теперь знаем, что спрос на каждый отдельный товар зависит (так или иначе) от цен на все товары и ресурсы в экономике. Как зависит? Пока это неважно, потому что мы пока не собираем­ся заниматься вычислениями. Поэтому мы просто констатируем, что спрос на данный товар есть какая-то функция от всех цен (функ­ция типа F). И потому мы можем записать систему из трех уравне­ний спроса (по трем продуктам):

(2)


Далее, мы вспоминаем, что цена товара равна сумме издержек его производства. Нам известны технологические коэффициенты (которые показывают, сколько каждого ресурса используется на от­дельный продукт). Умножая технологические коэффициенты на це­ны ресурсов, получаем сумму издержек производства по каждому продукту:

aЗКvЗ+aTKvT=pK (3)

aЗДvЗ+aТДvT=pД

аЗBvЗ+aTBvT=pB


Нам осталось записать функции предложения ресурсов (факто­ров) производства. Как и с функциями спроса на товары, мы запи­шем их в общем виде — просто функции типа G: (4)

Это еще не все. Пока даже непонятно, к чему все эти уравнения, правда ведь? Ну что же, давайте прибегнем к испытанному методу. Что нужно делать, если хочешь что-то понять? Конечно: рассуждать.




Закон Вальраса

Доход земледельца проистекает от его земли и его труда, а вы­ражается в выручке от продажи кукурузы. Иными словами, выруч­ка от продажи кукурузы распределяется как рента на его землю и оплата его труда (это и есть то, что мы называли прежде вознагра­ждением факторов производства). То же самое можно сказать про двоих других островитян, не так ли? А если так, тогда — внимание! — вся суммарная выручка от продажи всех (трех) продуктов явля­ется суммой вознаграждений всех (двух) факторов, используемых на острове. И вот что получается:

рКхКДхДВхВ=vЗrЗ+vТrТ (5)

Знак тождества мы ставим здесь потому, что левая часть и пра­вая часть, как мы только что установили, — это одно и то же. Но и тут еще не конец. Мы только что понаписали кучу уравнений. В ней есть уравнения спроса (в левой части стоят “иксы”) и уравнения предложения (в левой части стоят “эры”). Вот давайте-ка их быст­ренько подставим из уравнений (2) и (4) в тождество (5):

PKFK+pДFД+pBFB=v3G3+vTGT (6)

Вот теперь все. Во-первых, мы пишем просто буквы F и G, пом­ня, что это функции спроса и предложения. А во-вторых-

О, тут стоит сделать паузу. В общем, выражение (6) есть не что иное, как знаменитый Закон Вальраса.


Значение закона Вальраса и что он дает.


Сперва укажем, для чего Закон Вальраса не применяется. Он не используется для вычисления цен и других показателей Нужен За­кон Вальраса для рассуждении. О чем говорит этот закон? Он гово­рит о том, что в состоянии рыночного равновесия совокупный спрос равен совокупному предложению. Но это звучит чересчур общо. Вер­немся к тождеству (5). О чем оно нам говорит? О том, что совокуп­ные доходы равны совокупным расходам. Сказать (5) — значит ска­зать (6). И наоборот.

Словесная формулировка выражения (5) напоминает что-то та­кое, что мы давно уже проходили. Ну конечно, все уже догадались: тождество Сэя!

Действительно, Закон Вальраса сильно напоминает Закон Сэя в варианте "тождества". Можно сказать больше: если брать Закон Вальраса в том виде, как мы его подали выше, он просто идентичен тождеству Сэя.

Однако сам Вальрас, понятное дело, имел в виду не остров с тре­мя производителями, а народное хозяйство современной страны, где многие тысячи производителей поставляют на рынок сотни тысяч видов товаров, покупаемых миллионами потребителей. Так что За­кон Вальраса нужно записать в более общем виде:

сумма всех pjFj = сумме всех viGi

Мы уже раньше условились о том, что ресурс i — это любой ре­сурс. Если всех ресурсов не два, как у нас на острове, a m, тогда i = 1, 2, 3, ..., n (i пробегает все натуральные числа от 1 до m).

Мы также условились, что продукт i — это любой продукт. Если всех продуктов не три, а n, тогда i = 1, 2, 3, ..., n (j пробегает все на­туральные числа от 1 до n).

Математики, которые не любят писать уравнения с употребле­нием слов, придумали буквенные обозначения; (i = 1, 2. …, m) и (j =1, 2, …, n) называются так: пределы суммирования. И вместо слова "сумма" они договорились писать греческую букву "сигма".

Теперь — в полном математическом облачении — Закон Вальраса вы­глядит так:

(7)

(Сумма piFi. по всем j от 1 до п тождественно равна сумме viGi, по всем i от 1 до m)

В таком виде Закон Вальраса еще не отличается от тождества Сэя. Так что идем еще немного дальше.

Для чего мы выписывали уравнения (1) и (З)? Пока что мы о них попросту забыли. Давайте вернемся к ним. В системе (1) умно­жим первое уравнение на v3, а второе — на vT И перейдем от это­го частного случая к общей формуле (7). В левой части тождества (7) мы получим теперь aijvixj. Затем умножим в системе (3) первое уравнение на хK, второе — на xД, третье — на хB. И опять перей­дем к обшим обозначениям, Тогда в правой части тождества (7) по­лучаем pjxj.

Из всего, что мы проделали до сих пор, следует, что в левой ча­сти тождества (7) стоит рыночный спрос на все продукты и ресур­сы, а в правой части — рыночное предложение всех продуктов я ре­сурсов. Так что вместо буквы v мы можем употребить тоже букву р, приняв ее для обозначения всех цен в нашей системе. При таком взгляде на веши ресурсы уже ничем не отличаются от продуктов — они тоже ведь продаются и покупаются. Поэтому мы объединяем все вместе: m+ n =s, а вместо двух индексов i и j берем один, i и представляем Закон Вальраса в самом общем виде:

(8)

Вальрас включил в перечень товаров не только потребительские блага и факторы производства, но также и деньги. В этом отличие его от Сэя, который, как мы помним, говорил: "Продукты обмени­ваются на продукты".

Когда Вальрас сформулировал свой закон, возник новый интерес к Закону Сэя. А включив в свое тождество деньги, Вальрас стимулировал исследование Закона Сэя с точки зрения его отношения к деньгам, что позволило выявить неявные допущения в отношении денег (о чем мы говорили в главе 15).

Значение Закона Вальраса, конечно, сказанным не исчерпыва­ется.

Выражение (8) представляет собой фактически систему уравне­ний типа

p1F1=p1G1;

p2F2=p2G2

............. (итд). (9)

Число неизвестных в системе (9) равно числу уравнений. Систе­му (9) можно решить обычными алгебраическими методами и най­ти цены, отвечающие условиям равновесия спроса и предложения. Затем эти равновесные цены можно подставить в уравнения типа (2) и получить такие количества продуктов, которые удовлетворяют условиям рыночного равновесия.

Однако дело обстоит не так просто. Если взглянуть на систему (2) я немного подумать о ее решаемости, мы рано или поздно со­образим, что в этой системе одно уравнение не является независи­мым. Действительно, коль скоро спрос на кукурузу и дрова задан, тем самым уже определен и спрос на виски. Вальрас выразил эту же мысль в такой форме: если удовлетворяются все уравнения, кроме одного, то и оно должно удовлетворяться. Такая же особенность от­личает систему уравнений предложения типа (4). Стало быть, систе­мы (2) и (4) содержат в совокупности не 5 независимых уравнений, а на одно меньше. Другими словами, не (m+ n), a (m+ n – 1) неза­висимых уравнений.

С другой стороны, в уравнениях Вальраса присутствует такой ин­тересный вид товара, как деньги. Что деньги — это интересный то­вар, наверное, согласятся многие. Но в данном случае он интересен тем, что цена его известна заранее, до решения системы уравнений. И равна она 1.

Действительно, если цена единицы обычного товара составляет столько-то рублей, то цена одного рубля равна одному рублю. Сле­довательно, число неизвестных тоже уменьшается на одно, тоже ста­новится (m+ n – 1), отчего можно снова утверждать, что система уравнений имеет одно решение. Вальрас был удовлетворен.

Только позднейшие исследователи выяснили, что дело обстоит не столь гладко. Во-первых, выдвигались соображения формально-мате­матические. Например: может оказаться, что все корни системы — нулевые или часть из них — мнимые числа и т.п. Но такие вещи ед­ва ли могут иметь место, если правильно задать функции спроса и предложения (данное утверждение все равно еще нуждается в дока­зательстве).

Сложнее обстоит дело в том случае, если часть корней системы уравнений окажется отрицательными числами. Отрицательные це­ны, например, — это что такое? Нулевая цена имеет экономический смысл — она означает отсутствие ценности у данного товара, он дар­мовой или никому не нужен. Отрицательная же цена, по-видимому, не имеет экономического смысла.

Заслуга Вальраса состоит не столько в том, что он решил проб­лему, сколько в том, что он ее поставил. Благодаря математической формулировке условий рыночного равновесия стало возможным изу­чать проблему строгими методами (чего не давал Закон Сэя).

Последующие ученые задавались вопросом о том, существует ли единственное решение системы Вальраса с неотрицательными кор­нями. Экономически это означает: возможно ли полное рыночное равновесие на деле? Следующий вопрос если такое решение существует, насколько оно устойчиво при изменениях параметров урав­нений? Экономически это означает если рыночное равновесие дос­тижимо, то может ли оно быть устойчивым и при каких условиях? Исследования продолжались в 30—50-х гг. нашего века, когда были доказаны основные теоремы существования. Но и до сих пор в этой области еще имеются зоны, открытые для изучения.

Другое направление исследований, куда открыл дверь Вальрас, связано с денежной теорией. Эти и многие другие вещи были вы­яснены учеными, которые отталкивались от Закона Вальраса.

Не стоит забывать о том, какие условия были заложены в урав­нении рыночного равновесия по Вальрасу. Все эти условия хорошо видны на нашем примере островной экономики. Вот они: техноло­гические коэффициенты aij неизменны; объем применения каждого ресурса ограничен определенным размером ri; функции спроса на каждый товар неизменны и т.п. Совокупность всех этих условий оз­начает, что в экономике, которую описывают уравнения равновесия, ничего нового не происходит. Там отсутствует технический прогресс, нет запасов неиспользованных ресурсов, не растет население и не меняется его состав, не возникает новых видов товаров и услуг. Это полностью статическая модель и очень сильное упрощение действи­тельности. Будем помнить также, что существенным условием рав­новесия, по Вальрасу, является свободная конкуренция во всех сфе­рах экономики.

Однако сказанное не составляет большой беды и никак не обес­ценивает идей Вальраса. Главное, что ученые могли теперь обсуждать различные стороны проблемы, стало возможным изменять те или иные условия и исследовать последствия этих изменений для моде­ли рыночного равновесия.

Одна особенность Вальрасовой теории оставалась неизменной и неотъемлемой. Модель Вальраса описывает рыночное равновесие в условиях полной занятости, В течение более чем полувека по­сле появления Закона Вальраса полная занятость считалась непре­менным условием общего рыночного равновесия, и нам нужно на­браться терпения, чтобы вернуться к этому вопросу на ином уровне рассмотрения. А пока нужно непременно отметить один из важнейших уроков теории Вальраса.

Мы помним все эти вековые дискуссии и споры о том, откуда берется ценность хозяйственных благ. Определяется ли она затрата­ми только труда или расходом всех ресурсов (издержками) произ­водства? Или, напротив, ценность определяется полезностью благ и уже отсюда вменяется факторам производства? Вопрос о конечном (в другой формулировке: начальном) основании цен имеет долгую историю в эволюции экономической мысли, часто выходя за преде­лы чисто научного интереса и становясь предметом политических спекуляций. Есть смысл вспомнить здесь также, что подобную же историю имеет и другой вековечный вопрос экономической мыс­ли — вопрос о происхождении прибыли на капитал, о том, откуда, как и почему она возникает.

Теория Вальраса позволила впервые за все время внести ясность в эти вопросы и повернуть вековечную дискуссию таким боком, ко­торый мог бы примирить противоположные позиции. Издержки производства (расходы факторов и их оценки), доходы (вознаграж­дения факторов), оценки товаров на рынке (предельные полезно­сти). Спрос, предложение, объемы производства, размеры заку­пок все определяется на рынке совместно и одновременно. Такой ответ дает теория Вальраса на любые вопросы о том, что из чего возникает и что на чем основывается. В частности, меновая цен­ность (она же — справедливая цена" и "естественная цена") — это система цен, удовлетворяющая состоянию рыночного равновесия в условиях свободной конкуренции.

Теория Вальраса сообщила также новый импульс для изучения проблемы благосостояния, поставленной еще Адамом Смитом. Как соотносится рыночное равновесие с условием максимального удовлетворения потребностей населения?

















Литература.

  1. Негиши Т. “История экономической теории”. М., 1995г.

  2. Жид Ш., Рист Ш. “История экономических учеий” М., 1995г.

  3. Хейне П. “Экономический образ мышления” М., 1991г.


1 Когда был СССР, а в нем был социализм, такая единица измерения применялась в колхозах. Как и на нашем острове, трудодень в колхозе имел мало отношения к реально­му рабочему дню.

© Рефератбанк, 2002 - 2017