Вход

Законы науки, способы их открытия и обоснования

Реферат по социологии
Дата добавления: 23 января 2002
Язык реферата: Русский
Word, rtf, 803 кб
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать
Данная работа не подходит - план Б:
Создаете заказ
Выбираете исполнителя
Готовый результат
Исполнители предлагают свои условия
Автор работает
Заказать
Не подходит данная работа?
Вы можете заказать написание любой учебной работы на любую тему.
Заказать новую работу
Законы науки , с пособы их открытия и обоснования 1. Законы и их рол ь в научном исследовании. Открытие и формулировка законов составляе т важнейшую цель научного исследования : именн о с помощью законов выражаются существенные связи и отношения предметов и явлений объективного мира. Все предметы и явления реального мира наход ятся в вечном процессе изменени я и движения . Там , где на поверхности э ти изменения кажутся случайными , не связанным и друг с другом , наука вскрывает глубокие , внутренние связи , в которых отражаются у стойчивые , повторяющиеся , инвариантные отношения м ежду яв л ениями . Опираясь на законы , наука получает возможность не только объ яснять существующие факты и события , но и предсказывать новые . Без этого немыслима сознательная , целенаправленная практическая деятельно сть. Путь к закону лежит через гипотезу . Действитель но , чтобы установить существенн ые связи между явлениями , мало одних наблю дений и экспериментов . С их помощью мы можем обнаружить лишь зависимости между эм пирически наблюдаемыми свойствами и характеристи ками явлений . Таким путем могут быть откры ты только с р авнительно простые , та к называемые эмпирические законы . Более глубо кие научные или теоретические законы относятс я к ненаблюдаемым объектам . Такие законы с одержат в своем составе понятия , которые н ельзя ни непосредственно получить из опыта , ни проверить на опыте . Поэтому о ткрытие теоретических законов неизбежно связано с обращением к гипотезе , с помощью ко торой пытаются нащупать искомую закономерность . Перебрав множество различных гипотез , ученый может найти такую , которая хорошо подтвержд ается всеми извест н ыми ему фактам и . Поэтому в самой предварительной форме з акон можно охарактеризовать как хорошо подтве ржденную гипотезу. В своих поисках закона исследователь руководствуется определенной стратегией . Он стрем ится найти такую теоретическую схему или идеализир ованную ситуацию , с помощью кото рой он смог бы в чистом виде представ ить найденную им закономерность . Иными словам и , чтобы сформулировать закон науки , необходим о абстрагироваться от всех несущественных свя зей и отношений изучаемой объективной действи тельн о сти и выделить лишь связи существенные , повторяющиеся , необходимые. Процесс постижения закона , как и проце сс познания в целом , идет от истин неп олных , относительных , ограниченных к истинам в се более полным , конкретным , абсолютным . Это означает , что в проце ссе научного п ознания ученые выделяют все более глубокие и существенные связи реальной действительности. Второй существенный момент , который связа н с пониманием законов науки , относится к определению их места в общей системе теоретического знания . Законы с оставляют ядро любой н аучной теории . Правильно понять роль и зна чение закона можно лишь в рамках определе нной научной теории или системы , где ясно видна логическая связь между различными законами , их применение в построении дальнейш их выводов теории , хара к тер связи с эмпирическими данными . Как правило , вся кий вновь открытый закон ученые стремятся включить в некоторую систему теоретического знания , связать его с другими , известными уже законами . Это заставляет исследователя постоянно анализировать законы в к о нтексте более широкой теоретической системы. Поиски отдельных , изолированных законов в лучшем случае характеризуют неразвитую , доте оретическую стадию формирования науки . В совр еменной , развитой науке закон выступает как составной элемент научной теории , о тобр ажающей с помощью системы понятий , принципов , гипотез и законов более широкий фрагмент действительности , чем отдельный закон . В свою очередь система научных теорий и дис циплин стремится отобразить единство и связь , существующую в реальной картине мира. 2. Логико-гносеологический анализ понятия “на учный закон” Выяснив объективное содержание категории закона , необходимо ближе и конкретнее рассмот реть содержание и форму самого понятия “н аучный закон” . Предварительно мы определили н аучный закон как хорошо подтвержденную гипотезу . Но не всякая хорошо подтвержденная гипотеза служит законом . Подчеркивая тесную связь гипотезы с законом , мы хотим пр ежде всего указать на решающую роль гипот езы в поисках и открытии законов науки. В опытных науках не существует дру гого пути открытия законов , кроме пост оянного выдвижения и проверки гипотез . В п роцессе научного исследования гипотезы , противоре чащие эмпирическим данным , отбрасываются , а те , которые обладают меньшей степенью подтвержд ения , заменяются гипотезами , имеющи м и более высокую степень . При этом увеличени е степени подтверждения в значительной мере зависит от того , может ли быть гипоте за включена в систему теоретического знания . Тогда о надежности гипотезы можно судить не только по тем эмпирически проверяемым след с твиям , которые из нее не посредственно вытекают , но и по следствиям других гипотез , которые в рамках теории логически с ней связаны. В качестве примера можно показать , как с помощью гипотетико-дедуктивного метода Гал илей открыл закон свободного падения тел. Вначале он , как и многие его пр едшественники , исходил из интуитивно более оч евидной гипотезы , что скорость падения пропор циональна пройденному пути . Однако следствия из этой гипотезы противоречили эмпирическим д анным , и поэтому Галилей вынужден был отка з а ться от нее . Ему потребовалось около трех десятков лет , чтобы найти гипотезу , следствия которой хорошо подтверждались на опыте . Чтобы прийти к верной гипот езе , Кеплеру пришлось проанализировать девятнадца ть различных предположений о геометрической о рбите М арса . Вначале он исходил из простейшей гипотезы , согласно которой эта орбита имеет форму круга , но такое пр едположение не подтверждалось данными астрономич еских наблюдений . В принципе таков общий п уть открытия закона . Ученый редко сразу на ходит верную иде ю . Начиная с про стейших гипотез , он постоянно вносит в них коррективы и вновь проверяет их на о пыте . В науках , где возможна математическая обработка результатов наблюдений и эксперимент ов , такая проверка осуществляется путем сравн ения теоретически вычислен н ых значени й с фактическими результатами измерений . Имен но таким путем Галилей смог убедиться в правильности своей гипотезы и окончательно сформулировать ее в виде закона свободного падения тел . Этот закон , как и многие другие законы теоретического естеств о знания , представлен в математической форм е , что значительно облегчает его проверку и делает легко обозримой связь между вели чинами , которую он выражает . Поэтому мы во спользуемся им для того , чтобы уточнить по нятие закона , которое по крайней мере испо льзуе т ся в наиболее развитых отра слях современного естествознания. Как видно из формулы , закон свободного падения математически вы ражается с помощью функциональной зависимос ти двух переменных величин : времени t и пу ти S . Первую из этих величин мы принимаем в качестве независимо й переменной , или аргумента , вторую - зависимой пере менной , или функции . В свою очередь эти переменные величины отображают реальную взаимо связь таких с войств тела , как путь и время падения . Выбрав соответствующие еди ницы измерения , мы можем выразить эти физи ческие свойства или величины с помощью чи сел . Таким путем оказывается возможным подвер гнуть математическому анализу взаимосвязь между самыми различн ы ми по своей к онкретной природе физическими или другими сво йствами реальных предметов и процессов . Вся трудность при этом будет состоять не с только в том , чтобы найти подходящую матем атическую функцию для отображения зависимости между свойствами , сколько в том , чтобы обнаружить такую связь фактически . Инач е говоря , задача состоит в том , чтобы а бстрагироваться от всех несущественных факторов исследуемого процесса и выделить свойства и факторы существенные , основные , определяющие ход процесса . Действительно , и нтуити вно мы вполне можем допустить , что расстоя ние , пройденное падающим телом , зависит от его массы , скорости , а может быть , даже и температуры . Однако физический опыт не подтверждает эти предположения. Вопрос о том , какие факторы оказывают существенное в лияние на ход процесса , а от каких можно абстрагироваться , предс тавляет весьма сложную проблему . Ее решение связано с выдвижением гипотез и их пос ледующей проверкой . Рассуждая абстрактно , можно допустить бесконечное множество гипотез , в которых учитывалос ь бы влияние самы х различных факторов на процесс . Ясно , одн ако , что проверить все их экспериментально нет никакой практической возможности . Возвращая сь к закону свободного падения , мы видим , что движение падающего тела всегда проис ходит единообразным путем и зависит прежде всего от времени . Но в формуле закона встречаются также начальный путь , пр ойденный телом S 0 , и его начальная скорос ть V 0 , которые представляют ф иксированные величины , или парам етры. Они характеризуют первонача льное состояние движения каког о-либо конк ретного физического тела . Если известны эти начальные условия , то мы можем точно оп исать его поведение в любой момент времен и , т . е . в данном случае найти путь , пройденный падающим телом в течение любого промежутка времени. Возможность абстрагир ования законов д вижения из хаотического множества происходящих вокруг нас явлений , замечает известный амер иканский физик Е. Вигнер , основывается на двух обстоятельст вах . Во-первых , во многих случаях удается в ыделить множество начальных условий , которое сод ержит все то, что существенно для интересующих нас явлений . В классическом примере свободно падающего тела можно пренебречь почти вс еми условиями , кроме начального положения и начальной скорости : его поведение всегда бу дет одним и тем же , независимо от сте пени освещенности , наличия вблизи от н его других тел , их температуры и т . д . Не менее важное значение имеет то обстоятельство , чт о при одних и тех же существенных нач альных условиях результат будет одним и т ем же независимо от того , где и когда мы их реали зуем . Иначе говоря , абс олютное положение и время никогда не явля ются существенными начальными условиями . Это утверждение , продолжает Вигнер , стало первым и , может быть , наиболее важным принципом ин вариантности в физике . Не будь ее , мы б ы не могли открыват ь законы при роды . Существование устойчивых , постоянных инвариан тных отношений среди беспрестанно изменяющихся свойств , признаков и характеристик предметов и явлений служит основой для выделения или абстрагирования законов . При этом безразл ично , идет ли речь о свойствах отдел ьно взятого предмета или различных предметов . Как сами предметы , так и их свойства не остаются одинаковыми , они испытывают р азличные изменения , которые в естественных на уках описываются с помощью переменных величин . Как бы ни менялись св о йства и характеристики предметов и процессов , в их изменении всегда можно выделить некот орые устойчивые , постоянные отношения . Хотя ра сстояние , пройденное падающим телом , непрерывно изменяется с течением времени , отношение пу ти к квадрату времени остается пос тоянным . Эта постоянная величина представляет ускорение свободно падающего тела . В более общем , втором законе Ньютона ускорение изме няется пропорционально действующей силе : F == та, где F - сила , т - масса , а - ускорение. Однако и здесь отношение с илы к ускорению представляет величину постоянную , числен но равную массе тела. Все эти примеры показывают , что там , где возможно количественное измерение исследуе мых величи н , понятие закона выражает п остоянное , инвариантное отношение между переменны ми величинами , которое в свою очередь отоб ражает существование постоянных , устойчивых отнош ений между определенными свойствами , признаками и характеристиками реальных предметов и процессов . Такое уточнение является конкретизацией общего понятия закона в отн ошении к тем наукам , законы которых могут быть выражены на языке математики. Обратимся теперь к анализу ло гической структуры высказываний , выражающих законы науки . Первой , чаще всего бросающейся в глаза особенностью зак онов является их общность , или универсальност ь , в каком-либо отношении . Эта черта ясно видна при сопоставлении законов с фактами . В то время как факты являются единич ными утверждениями об отдельных в ещ ах и их свойствах , законы характеризуют ус тойчивые , повторяющиеся , общие отношения между вещами и их свойствами . В простейших сл учаях закон представляет обобщение эмпирически наблюдаемых фактов и поэтому может быть получен индуктивным путем . Но так обст о ит дело только с эмпирическими законами . Более сложные , теоретические законы возникают , как правило , из гипотез . Поэтому наиболее очевидным условием , чтобы гипотеза стала законом , является требование , чтобы эта гипотеза была хорошо подтверждена фактам и . О д нако хорошо подтвержденная ги потеза не обязательно выражает закон . Она может представлять и предсказание какого-либо отдельного явления или события и даже как ого-то нового факта . Вот почему необходимо внимательнее рассмотреть логическую форму тех высказыв а ний , которые называют зако нами науки. • Первый критерий , который относится скор ее к количественной характеристике высказываний , дает нам возможность отличать законы от фактов . Как мы уже отмечали , факты все гда выражаются с помощью единичных , утвержден ий , за коны же формулируются с помощью общих высказываний . В каком же смысле можно говорить об общности , или универсальн ости , высказываний ? В науке выделяют , по кр айней мере , три таких смысла , когда говоря т о высказываниях , выражающих ее законы. Во-первых , общнос ть , или универсальност ь , может относиться к понятиям или термина м , встречающимся в высказывании о законе . Такую общность называют концептуальной или по нятийной . Если все понятия , входящие в фор мулировку закона , являются общими , или универс альными , то и са м закон считаетс я универсальным . Эта особенность присуща наиб олее общим , универсальным и фундаментальным з аконам . К числу таких законов следует отне сти в первую очередь законы материалистическо й диалектики . Наряду с ними фундаментальными считают и многие з а коны прир оды , такие , как закон всемирного тяготения , сохранения энергии , заряда и другие . В фун даментальных законах все понятия являются уни версальными по объему , и поэтому в них не встречаются индивидуальные термины и ко нстанты . Так , закон всемирного тяг о тения устанавливает существование гравитацио нного взаимодействия между любыми двумя телам и во Вселенной . Но многие законы естествоз нания имеют форму частных , или экзистенциальн ых , утверждений . Поэтому в них наряду с универсальными терминами встречаются та к же и термины , характеризующие индивидуаль ные тела , события или процессы . Например , з а коны Кеплера , описывающие движение планет Солнечной системы , не относятся к фундамент альным , так как содержат в своем составе термины , обозначающие Солнце , планеты и н ек о торые частные константы . Законы геофизики отображают процессы , которые происход ят на Земле . Законы биологии относятся тол ько к живой материи , а законы психологии - к функ ционированию сознания . Мы не касаемся здесь статистических законов , начинающих играть все более существенную роль в совреме нной науке . Эти законы также не являются фундаментальными , поскольку они выражаются в форме экзистенциальных утверждений. Все приведенные примеры достаточно ясно показывают , что требование концептуальной , ил и понятийной , универсальности нельзя считать ни необходимым , ни достаточным условием з акона . Очень часто в законе вместе с у ниверсальными понятиями (терминами ) встречаются та кже термины частного или даже индивидуального характера . Строго универсальными и фундамент аль н ыми кроме законов материалистичес кой диалектики являются лишь некоторые законы физики и химии , в которых отображаются наиболее общие свойства материи . И все же признак общности , универсальности в каком-л ибо отношении представляет характерную черту всех за к онов . В противном случае нельзя было бы даже говорить о закон е как существенной , устойчивой , повторяющейся связи свойств и отношений реального мира . Эта общность может выражаться по-разному , начи ная от законов , имеющих строго универсальный или почти униве р сальный характер , и кончая законами , относящимися к доволь но узкой области явлений . Но какова бы ни была эта общность , тенденция к униве рсализации законов достаточно ясно прослеживаетс я в философской литературе и она помогает нам понять природу современно й науки. В связи с этим вполне целесообразно разделение законов на фундам ентальные и про изводные. Фундаментальные законы должны удовлетворять требованию концептуальной у ниверсальности : они не должны содержать никак их частных , индивидуальных терминов и конст ант , ибо иначе не смогут служить в качестве посылок для выводов . Производные законы можно вывести из фундаментальных вм есте с необходимой для этого дополнительной информацией , содержащей характеристику параметро в системы или процесса . Так , например , зако н ы Кеплера можно логически вывести из закона всемирного тяготения и основны х законов классической механики вместе с необходимой для этого эмпирической информацией о массах , расстояниях , периодах обращения пл анет и другими характеристиками. Второй смысл понят ия универсальности законов касается их пространственно-временной общности . Часто законы называют фундаментальным и или универсальными также потому , что они применяются к соответствующим объектам или процессам , независимо от времени и места . В физике и хими и к таким законам относят законы , являющиеся универсальны ми относительно пространства и времени . Как впервые подчеркнул выдающийся английский учены й Д.К . Максвелл , основные законы физики нич его не говорят об индивидуальном положении в пространстве и времен и . Они являются совершенно общими относительно простран ства и времени . Максвелл был твердо убежден в то м , что сформулированные им законы электромагн етизма в форме математических уравнений являю тся универсальными во Вселенной и поэтому выполняются и на Земле , и на други х планетах , и в космосе . В отличие от этого частные законы применимы лишь в определенной области пространства-времени . Признак пространственно-временной универсальности явно н е подходит , например , к законам геологии , б иологии , психологии и ко м ногим другим , которые действительны не всюду в п ространстве и времени , а лишь в тех ил и иных ограниченных областях . В связи с этим кажется целесообразным различать законы универсальные в пространстве и времени , региональные и индивидуальные. К универсальны м будут относиться законы физики и химии , имеющие фундаментальный харак тер . К региональным можно отнести многие з аконы биологии , психологии , социологии и други х наук . Такие законы выполняются лишь в более или менее ограниченных областях (реги онах ) простра н ства-времени . Наконец , инд ивидуальные законы отображают функционирование и развитие какого-либо фиксированного в простр анстве объекта с течением времени . Так , за коны геологии выражают существенные отношения процессов , происходящих на Земле . Даже многи е за к оны физики и химии , не говоря уже о биологии , по сути дела , связаны с изучением процессов , происходящих н а Земле . Третий смысл понятия универсальности зако на связан с возможностью кв антификации суждения , выражающего закон . Строго универсальные или фундаме нтальные законы , справедливые для всех частны х случаев их проявления , логически можно в ыразить с помощью высказываний с универсальны м квантором . Все производные и региональные законы , которые действительны лишь для опре деленного числа случаев , представляю т ся в форме высказываний с экзистенциальным квантором , или квантором существования . При этом для символической логики совершенно безр азлично , идет ли речь об одном или нес кольких и даже почти всех случаях закона . Экзистенциальный квантор постулирует возмож н ость , что существует по крайней мере один случай , для которого выполняетс я закон . Но такой абстрактный подход неаде кватно отражает положение дел в эмпирических науках , где высказывания , справедливые для большинства или почти всех случаев , часто рассматрив а ются как подлинные зако ны . Мы не говорим уже о статистических законах , которые относятся только к определ енному проценту случаев . Что касается самой логической структуры высказываний , выражающей з аконы науки , то вслед за Б . Расселом мн огие специалисты по л огике и ме тодологии науки представляют ее в виде об щей импликации. Иначе говоря , всякий закон науки с этой точки зрении можно рассматривать как условное высказывание с 'квантором общности . Так , например , закон теплового расширения тел символически можно пр едставить так : , где - зна к импликации , (х ) обозначает универсальный квантор , х - переменную , относящуюся к любому телу , А - свойс тво “бы ть нагретым” и В - свойство “расш иряться” . Словесно : для всякого тела х, если это х нагревается , то о но расширяется. Представление высказываний , выражающих законы в форме условного утверждения или , точнее , материальной импликации , обладает рядом преи мущест в . Во-первых , условная форма утвержде ний ясно показывает , что в отличие от простого описания реализация закона связана с выполнением определенных требований . Если им еются соответствующие условия , то закон реали зуется . Во-вторых , когда закон представлен в ф орме импликации высказываний , то в нем совершенно точно можно указать необ ходимые и достаточные условия реализации зако на . Так , для того чтобы тело расширилось , достаточно нагреть его . Таким образом , перв ая часть импликации , или ее антецедент Ах служит дос таточным условием для реализации ее в торой части , или консеквента Вх . В-третьих , условная фор ма высказываний , выражающих законы науки , подч еркивает важность конкретного анализа необходимы х и достаточных условий реализации закона . В то время как в формальны х на уках для установления правильности импликации достаточно чисто логических средств и мето дов , в эмпирических науках для этого прихо дится обращаться к исследованию конкретных фа ктов и ситуаций . Например , заключение о то м , что длина металлического стержн я увеличивается при его нагревании , вытек ает не из принципов логики , а из эмпир ических фактов , объясняемых соответствующей теори ей . Точное разграничение необходимых и достат очных условий осуществления закона побуждает исследователя искать и анализировать ф а кты , которые обосновывают эти условия. Поскольку импликация по сути дела пре дставляет логическую формализацию содержательных высказываний , то с нею связан также ряд трудностей , которые часто характеризуют как парадоксы импликации . В содержательных рассужде ниях посылки и заключение вывода одно типны по своей природе , поэтому кажутся ст ранными импликации типа : “Если у льва есть когти , то снег бел” . Равным образом ка жется неприемлемым положение о том , что ис тинное высказывание может быть получено из какого уго д но другого высказывания : и истинного и ложного . Между тем все эти импликации считаются правильными в л огике . Выход из этих трудностей многие исс ледователи ищут на путях модификации существу ющей формы импликации . Другие считают , что парадоксы не могут возн и кнуть в эмпирических науках , поскольку здесь фактиче ски не выводятся заключения из ложных пос ылок . Несмотря на эти трудности , представление законов науки в форме импликаций символи ческой логики позволяет выявить ряд их ос обенностей , которые остаются в тен и при других способах их выражения. Возможность представления законов науки в форме импликации высказываний отнюдь не означает того , что все импликации выражают законы . Существует бесчисленное множество униве рсальных условных высказываний , которые могут быт ь представлены как импликации , тем не менее не являющихся законами . Вся труд ность возникающей здесь проблемы состоит в том , чтобы найти критерии , с помощью кот орых можно было бы отличать подлинные зак оны от универсальных высказываний случайного типа. В пос ледние десятилетия за рубежо м появилась обширная литература , посвященная этой проблеме . Нельсон Гудмэн считает отличит ельной особенностью законов науки то , что из них могут быть выведены условные контр афактические высказывания . Такие высказывания опи сываю т не то , что фактически про изошло в действительности , а то , что могло бы произойти , если бы этому не помеша ли некоторые обстоятельства . Так , например , выс казывание : “Если бы я не держал камень в руке , то он упал 'бы на землю” - будет условным контрафактически м . .Мы верим в .него по тому , что оно опирается на закон свободног о падения тел . Закон может быть выражен явно или подразумеваться , но он всегда предполагается при обосновании условных контрафа ктических высказываний. В отличие от высказываний , выражающих за коны науки , из универсальных высказыван ий случайного характера нельзя вывести обосно ванные условные контрафактические утверждения . Та к , например , из высказывания : “Все монеты в моем кармане - медные” - вовсе не сл едует утверждение : “Если бы эта монета леж а ла в моем кармане , то она была бы медной” . Между веществом монеты и ме стом ее нахождения не существует необходимой связи . Вот почему универсальные высказывания , отличные от законов , обычно характеризуют как случайные. Необходимый характер реальных связей и отношений , отображаемых в законах науки , в конечном итоге обусловливает отличие з аконов от случайных универсальных высказываний . Так , например , Э . Нагель в монографии “С труктура науки” отмечает , что высказывание о законе содержит в себе известный элемент необходимости . Приведя в качестве иллюстрации закон : “Медь при нагревании расширяется”, - он замечает , что это высказывание называют законом пр ироды не только потому , что никогда не может существовать какого-либо куска нагретой меди , который бы не расширял ся . Су ществование такого куска “физически невозможно” : нагревание меди с “физической необходимость ю” вызывает его расширение . Г . Мельберг , ан ализируя отличие универсальных высказываний случ айного характера от законов , в своей книге “Сфера науки” замечает, что “перв ым не хватает качества необходимости , часто ассоциируемой с научными законами” . Возникает вопрос : о какой необходимости идет речь , когда говорят о законе ? Нагель склоняетс я к мысли , что рассматриваемая необходимость должна иметь логический характ е р , хотя и признает , что эта точка зрения “приводит к серьезным трудностям” . Действите льно , в таком случае отрицание закона долж но приводить к логическому противоречию , чего на самом деле не происходит . Самое гл авное - подо бный взгляд делает излишними эмпир ические исследования , ибо если необходимость законов природы отождествляется с логической необход имостью , то для ее установления достаточно чисто логических средств и методов . Все это показывает , что необходимость , присущая законам природы , носит другой х а ра ктер . Не случайно поэтому целый ряд зарубе жных логиков предпринял попытку проанализировать ее с помощью понятий и методов логик и модальностей , условных контрафактических высказ ываний и номологических утверждений . О контра фактических высказываниях мы уже гово рили . В модальной логике наряду с логическ ой необходимостью исследуются другие типы нео бходимости , и в частности каузальная необходи мость , обычно связываемая с законами науки . Номологические утверждения были введены в логику науки Г . Рейхенбахом специ а льно для характеристики высказываний , выражающих законы природы . Попытаемся в самом общем виде оценить эти новые подходы к про блеме определения законов науки. Р . Карнап в своей последней книге “Философские основания физики” предложил следующ ий способ для о тличия законов науки от универсальных высказываний случайного харак тера. Во-первых , он делит все высказывания н а два класса : 1) утверждения , имеющие форму основного закона , или номическую форму , и 2) утверждения , не обладаю щие такой формой . Различие между ними может быть установлено чисто логическими м етодами , исключительно на основе анализа формы утверждений . Ч тобы стать подлинным законом , высказывание , кр оме номической формы , должно быть еще исти нным . Поэтому Карнап определяет “основной зак он природы как утверждение , имеющее номи ческую форму и в то же время истинное ” . Во-вторых , он предлагает называть каузально истинным люб ое утверждение , которое представляет логическое следствие класса всех основных законов . Есл и это утверждение является универсальным по форме , то оно будет законом , либо основным , либо производным . С этой точки зрения , различие между производными законами и универсальными высказываниями случайного хар актера будет сводиться к тому , что первые представляют логическое следствие основных з ако н ов , вторые - нет . Однако , как мы уже видели , далеко не все неосновные законы могут быть выведены из основных . Главная же трудность состоит в том , чтобы дать точное определение основного закона исходя только из анализа его логической формы . Сам Карнап вынуж ден признать , что э та проблема еще далека от разрешения . Поэт ому подход , указанный им , представляет в л учшем случае программу дальнейшего исследования , которая , на наш взгляд , не может быть успешной без учета гносеологической характер истики и методологиче с кой функции закона. Интересную попытку формализации высказываний , выражающих законы науки , предпринял Г . Ре йхенбах . Он считает , что обычная , аналитическая импликация символической логики скорей подхо дит для выражения отношений между структурным и формами в математике . Такая импликация может быть установлена без обращения к анализу конкретного , эмпирического содержания е е терминов . В физике , однако , приходится об ращаться к другой форме импликации , которая имеет место “между предложениями , обладающими специфи ч еским (частным ) эмпирическим значением , и установление которой в любом частном случае связано с опытом” . Так , закон тепловог о расширения не может быть получен из логического анализа значения терминов , встречаю щихся в этом законе , таких , как “тело” , “темпер атура” , “расширение” . Эта синтетическа я импликация , по мнению Рейхенбаха , может служить средством для выражения законов приро ды . Хотя ее правильность и не имеет та втологического характера , а детерминируется опыто м , тем не менее она является универсально и с тинной. Все импликации , выражающие законы , Рейхенб ах называет номологическими. Аналитические номологические импликац ии , представляющие всегда истинные формулы , ил и тавтологии , выражают законы логики . Они являются формализацией логического следования . Фи зич еское же следование , по мысли Рейхе нбаха , формализуется посредством синтетической но мологической импликации . Именно в виде такой импликации выражаются законы природы , будь то законы физики , химии или биологии . То чка зрения , развиваемая Рейхенбахом , интере с на в том отношении , что она ясно показывает неадекватность обычного предст авления законов науки в форме общей импли кации символической логики. Существенный недостаток многих зарубежных исследований , посвященных проблеме закона , сост оит в том , что они сосредоточивают все внимание поч ти исключительно на анализе логической структ уры высказываний , выражающих законы . Между тем для определения закона и его роли в науке не менее важными являются его гносеологический анализ и та методологич е ская функция , которую он осуществляет в общей системе научного знания. В методологическом отношении важнейшее тр ебование , предъявляемое к гипотезе , чтобы она стала законом , состоит в возможности ее отнесения к некоторой теории . Этот призна к позволяет отлич ать обобщения , которые делаются в обыденном познании и даже н а эмпирической стадии исследования , от подлин ных законов науки . По своей логической фор ме эмпирические обобщения представляют универсал ьные высказывания , но их надежность и позн авательная ценнос т ь сравнительно неве лики , ибо они остаются обособленными , изолиров анными утверждениями . Другое дело - законы науки . В ра звитых науках законы объединяются в единое целое в рамках определенной теории , предста вляющей систему взаимосвязанных принципов , законов и гипо тез . Благодаря логической связи между отдельн ыми компонентами теории становится возможным выводить производные законы из основных , а эмпирические - из теоретических. Важность рассматриваемого требования станет ясной , если учесть , что включение хорошо п одтвержденной гипотезы в рамки неко торой научной теории еще в большей мере повышает ее надежность . Если гипотеза войде т в состав теории , тогда о ее подтверж дении , как мы уже отмечали , можно будет судить не только по непосредственно относя щимся к ней факта м , но и фак там , подтверждающим другие утверждения теории , логически связанным с гипотезой. Законы науки вместе с другими принцип ами , утверждениями и гипотезами представляют определенную систему , построенную на основе н екоторой иерархии , согласно которой мен ее общие по форме и логически более сла бые по содержанию законы выводятся из зак онов более общих и логически более сильны х . На эмпирической стадии исследования выявля ются отдельные обобщения и открываются эмпири ческие законы . Однако процесс исследования н а этом , естественно , не останавливает ся . Отдельные , в первое время кажущиеся из олированными эмпирические законы стараются вывес ти из теоретических , а менее общие - из более об щих . Именно в этих целях и становится необходимым обращение к научной теории , в ра мках которой , строго говоря , и оказы вается возможным осуществить логическую дедукцию одних законов из других вместе с нео бходимой для этого дополнительной информацией. 3. Эмпиричес кие и теоретические законы Классификация научных законов может произ водиться по самым различным признакам и ли , как принято говорить в логике , основан иям деления . Наиболее естественной кажется кл ассификация по тем областям действительности , к которым относятся соответствующие законы . В естествознании такими областями являются отд е л ьные формы движения материи или ряд связанных между собой форм . Так , н апример , механика исследует законы движения т ел под воздействием сил , физика - закономерности мо лекулярно-кинетических , электромагнитных , внутриатомных и других процессов , которые в сово к упности и составляют физическую форму движени я материи . Биология занимается изучением спец ифических законов органической жизни . Биофизика исследует закономерности физических процессов в живых организмах , а биохимия - химические осо бенности этих процессов. Социальные или гуманитарные науки изучают закономерности тех или иных сторон или явлений развития о бщества. Классификация законов по формам движения материи по сути дела совпадает с общ ей классификацией наук . И хотя она весьма существенна как отправной пу нкт анал иза , но нуждается в дополнении классификациям и , выделяющими те или иные гносеологические , методологические и логические особенности и признаки научных законов. Из других классификаций наиболее важными нам представляются классификации по уровню абст рактности понятий , используемых в законах , и по типу самих законов . Первая из них основана на делении законов н а эмпирические и теоретические . Эмпирическими законами принято называть законы , которые под тверждаются наблюдениями или специально поставле нными экспериментами . Большинство наших повседневных наблюдений приводит нас к инд уктивным обобщениям , которые во многом аналог ичны эмпирическим законам науки . Так же ка к и последние , эти обобщения относятся к таким свойствам , которые можно воспринимать с помощ ь ю органов чувств . Одн ако эмпирические законы науки являются горазд о более надежными , чем простые обобщения п овседневного опыта . Это объясняется тем , что законы чаще всего устанавливаются с помощь ю экспериментов и с использованием специально й измерительной техники , благодаря чем у обеспечивается значительно большая точность при их формулировке . На развитой стадии науки отдельные эмпирические законы связываютс я в единую систему в рамках теории , а самое важное - они могут быть логически выведены из более общих теоретических законов. С теоретико-познавательной точки зрения и меется , однако , один общий признак , который присущ как эмпирическим законам , так и индуктивным обобщениям повседневного опыта : и те и другие имеют дело с чувственно п ознаваемыми свойствами пре дметов и явлени й . Вот почему в литературе эмпирические за коны часто называют законами о наблюдаемых объектах . При этом термин “наблюдаемый” рассматривается в достаточно широком объеме . К наблюдаемым об ъектам относят не только те предметы и их свойства , кот орые воспринимаются неп осредственно с помощью органов чувств , но и опосредованно - с помощью различных приборов и инс трументов . Так , звезды , наблюдаемые в телескоп , или клетки , которые изучаются с помощью микроскопа , считаются наблюдаемыми , в то время как молекулы , атомы и “элементарны е” частицы относят к объектам ненаблюдаемым : об их существовании мы заключаем по косвенным свидетельствам. По мнению Р . Карнапа , эмпирические зак оны “представляют собой законы , которые содер жат либо непосредственно наблюдаемые термин ы , либо измеряемые сравнительно простой техни кой” . Другими с ловами , понятия или термины , встречающиеся в этих законах , относятся к таким свойствам и отношениям , которые могут быть установлен ы на стадии эмпирического исследования . Такие исследования предполагают не только си стематические наблюдения , но и измерения и специально поставленные эксперименты. Исследователь многократно наблюдает определе нную повторяемость , регулярность в природе , ус танавливает зависимость между некоторыми свойств ами предмето в и явлений , ставит экспер именты и проводит измерения и таким путем приходит к открытию эмпирического закона . Подобным образом были найдены , например , из вестные из физики законы Бойля - Мариотта , Гей-Люссака и Шарля , которые устанавливают зависимость меж ду д авлением , объемом и температурой г азов . Правда , уже здесь приходится обращаться к гипотезе и абстракции , чтобы отделить существенные факторы от несущественных и вводить необходимые упрощения и идеализации . Но во всех этих законах речь идет о действительно наблюдаемых и измеряе мых свойствах газов . Самое же главное сост оит в том , что все эти законы устанавл ивают лишь функциональную связь между свойств ами , но не объясняют , почему она существуе т . Так , закон Бойля - Мариотта определяет , чт о давление газа обратн о пропорциона льно его объему , но не объясняет природу этой зависимости. Чтобы понять ее и , следовательно , объя снить эмпирические законы , мы вынуждены обрат иться к теоретическим законам , которые в немарксистской литературе часто называют законами о ненаблюда емых объе ктах . Так , для объяснения вышеупомянутых закон ов о газах мы обращаемся к принципам и законам молекулярно-кинетической теории , которые опираются на представления о существовании и движении таких мельчайших частиц вещес тва , как молекулы . Особенностя ми движения молекул при различных состояниях в конеч ном итоге и объясняют эмпирические законы о газах . Например , обратная пропорциональность между объемом и давлением газа объясняет ся тем , что при уменьшении объема возраста ет интенсивность удара молекул о с тенки сосуда , в котором заключен газ . Бесч исленное множество таких микроэффектов видимым образом проявляется как увеличение давления газа на стенки сосуда. Нередко в литературе по методологии н ауки существенное отличие эмпирических законов от теоретически х сводят обычно к о тличию между объектами наблюдаемыми и ненаблю даемыми , такими , как молекулы , атомы и т . п . частицы . Такой взгляд имеет определенные основания , в частности в физике , где при характеристик е теоретических законов обращаются к терминам , котор ые относятся к ненаблюдаемым об ъектам . Но фактически все теоретические понят ия - идет ли речь о понятиях математики , естествознан ия или социальных наук - отображают ненаблюдаемые в р еальной действительности объекты . На самом де ле , ни понятие прямой в геоме трии , ни математического маятника в механике , ни силы тока в физике , ни понятие стоимост и в политической экономии нельзя созерцать чувственно . В лучшем случае мы можем на блюдать некоторые проявления свойств , фиксируемых в указанных понятиях . Так , о силе т о ка мы судим по показаниям ам перметра , стоимость товаров обнаруживается при обмене и т . д . Все это свидетельствует о том , что отличие теоретических законов от эмпирических проявляется прежде всего в характере тех методов , которые используются для их открыт и я. Эмпирические законы , как показывает само их название , обнаруживаются на опытной , э мпирической стадии исследования . В этих целях наряду с наблюдением и экспериментом обр ащаются , конечно , и к теоретическим методам , таким , как индукция и вероятность , вмест е с соответствующей математической техник ой. Теоретические законы никогда не могут быть открыты с помощью индуктивного обобще ния частных фактов и даже существующих эм пирических законов . Причина этого состоит в том , что они имеют дело не с чувств енно воспри нимаемыми свойствами вещей и явлений , а с глубокими внутренними механи змами процессов . Здесь мы должны внести ут очнение в прежнюю формулировку , где различие между теоретическими и эмпирическими законам и сводилось к различию методов , используемых для откры т ия законов . Фактически , при более глубоком анализе оказывается , что само это различие имеет свои объектив ные основания в степени проникновения в с ущность исследуемых процессов . Поэтому соотношени е между теоретическими и эмпирическими закона ми можно рассма т ривать как выраже ние отношения между сущностью и явлением. Теоретические законы проявляются через эм пирические , с их помощью они получают свое подтверждение и эмпирическое обоснование . В свою очередь эмпирические законы могут б ыть объяснены и поняты только на ос нове теоретических . Такое объяснение очень ча сто сводится к логической дедукции эмпирическ ого закона из теоретического вместе с нео бходимой для этого дополнительной информацией . Все это дает нам основание утверждать , что теоретический закон по отнош е нию к эмпирическому выступает как сущность к явлению . Такое же отношение существует и между эмпирическим законом и теми фа ктами , которые он систематизирует и объясняет. Возникает вопрос : в какой связи находя тся сущности , выражаемые с помощью эмпирическ ого и теоретического законов ? Характеристика закона как отражения “существенного в дв ижении универсума” поможет нам разобраться в этой связи , а также в гносеологическом отличии эмпирических законов от теоретических. По отношению к отдельным , конкретным , частны м фактам и эмпирические и теоре тические законы выступают как сущности явлени й . Однако сущность , выражаемая в теоретическом законе , имеет более глубокий характер , иб о по отношению к частным фактам она п редставляет сущность второго порядка , в то время как э м пирические законы выступают для них сущностью первого порядка . “...Закон и сущность, - указывает В . И . Ле нин, - понятия одно родные (однопорядковые ) или вернее , одностепенные , выражающие углубление познания человеком яв лений , мира etc”. Поскольку теоретический закон по отношению к эмпирическому выступает , как сущн ость к явлению , то его открытие не мож ет быть достигнуто на эмпирической стадии исследования . Какое бы количество эмпирической информации мы ни имели , в том числе и информации , сконденсированной в эмпи р ических законах , непосредственно с их помощью мы не можем открыть теоретический закон . Для этого необходим скачок от эм пирии к теории . Ученый строит догадки , дел ает предположения , выдвигает гипотезы и тщате льно проверяет их на опыте , пока не пр идет к уста н овлению закона. Не существует никакого чисто логического пути от фактов к закону . И это вп олне понятно , ибо “если бы форма проявлени я и сущность вещей непосредственно совпадали , то всякая наука была бы излишня...” . Но без эмпирической информации невозможно было бы проверить как эмпирические , так и теоретические законы . Связь эмпирических законов с фактами довольно ясна : по сути дела эти законы систематизируют и объясн яют факты . Подобным же образом теоретические законы связывают в единое целое эмпириче ские з аконы и объясняют их . Тако е объяснение принимает форму вывода эмпиричес ких законов из теоретических . Конечно , непосре дственно вывести эмпирический закон из теорет ического невозможно , так как эмпирические пон ятия , или термины , не встречаются при форм улиров к е теоретических законов , ибо последние имеют дело с ненаблюдаемыми , абст рактными объектами , свойствами и величинами . Э мпирические же законы выражают связи между наблюдаемыми , конкретными предметами , свойствами и величинами . По этой же причине теорет ически е понятия , или термины , в п ринципе не могут быть определены или свед ены к эмпирическим . Вот почему оказались б есплодными усилия позитивистов Венского кружка перестроить всю науку с помощью редукции всех теоретических понятий и законов к эмпирическим термин а м и законам. В каком же смысле мы можем тогда говорить о выводе эмпирических законов и з теоретических ? Для такого вывода необходимо прежде всего установить связь между теор етическими и эмпирическими терминами . Поскольку теоретический термин нельзя определи ть с помощью эмпирического , то речь может идти только об установлении определенного соо тветствия между ними . Между тем в литерату ре по методологии и логике науки нередко можно встретить утверждения о возможности операционального определения теоретических п онятий (П . Бриджмен ) или установления “ соотносительных определений” (Г . Рейхенбах ). В д ействительности же ни о каком определении теоретических понятий с помощью эмпирических говорить здесь не приходится . Пожалуй , ближе всего связь между теоретическими и э м пирическими терминами может быть пояснена с помощью представлений о словаре и интерпретации . В самом деле , когда м ы истолковываем среднекинетическую энергию молек ул газа как его температуру , то по сут и дела переводим или интерпретируем эмпиричес ки ненаблю д аемый термин - кинетическую э нергию молекул - посредством эмпирического термина - температуры . Те мпература тела может не только восприниматься на ощупь , но и точно измерена . А э то имеет немаловажное значение для определени я тех параметров , которые встречаю тся в уравнениях , связывающих между собой величин ы , относящиеся к ненаблюдаемым объектам . В противном случае мы не имели бы никакой возможности проверить теоретические законы. Соотношение между теоретическими и эмпири ческими законами во многом аналогично о тношению между абстрактными геометрическими системами и интерпретированными , или конкрет ными , геометриями . Изучая геометрию Евклида в школе , мы обычно связываем с такими е е основными понятиями , как “точка” , “прямая” и “плоскость” , определенные пространств е нные представления . Так , точку можно п редставлять в виде крохотного пятнышка на бумаге , прямую линию - как путь светового луча в пустоте или же тонкую натянутую нить , п лоскость - к ак идеально ровную поверхность . Все эти об разы представляют лишь интерпретац ии осно вных понятий геометрии , но отнюдь не их определения . С равным успехом мы могли бы избрать в качестве таких интерпретаций объекты совершенно другого рода : например , т очку определить с помощью трех действительных чисел , прямую - с помощью линейного ур авнения и т . д . Важно , чтобы свойства рассматр иваемых объектов удовлетворяли соответствующим а ксиомам геометрии . Вот почему в абстрактной геометрии хотя и пользуются терминами “точ ка” , “прямая” и “плоскость” , но не связыва ют с ними каких-либо конкретных о б разов , а тем более не определяют о сновные геометрические понятия с помощью этих образов. Аналогичное положение существует и в наиболее развитых отраслях естествознания . Здесь также теоретические термины связываются с эмпирическими , с той , однако , существен н ой разницей , что для интерпретации теоретичес ких терминов мы должны располагать знанием о конкретном механизме связи между ненаблю даемыми объектами теории . Действительно , для т ого чтобы установить соответствие между средн ей кинетической энергией молекул г а за и его температурой , мы должны допустить существование мельчайших частиц газа - молекул и д ополнительно к этому руководствоваться определен ными гипотезами о характере движения этих частиц . Конечно , на первых порах теоретическ ие модели оказываются весьма приближенными . Так , например , молекулы первоначально уподобл яли биллиардным шарикам , а законы их столк новения сводили к механическим законам удара идеально упругих тел . Постепенно , по мере того , как обнаруживалось несоответствие межд у предсказаниями теор и и и результ атами опыта , вносились уточнения и исправлени я в теоретические представления и таким о бразом достигалось лучшее описание и объяснен ие соответствующих явлений. Развитие естествознания со всей убедитель ностью свидетельствует о том , что переход от многочисленных эмпирических обобщений и законов к сравнительно небольшому числу фундаментальных теоретических законов и принципо в содействует более углубленному и адекватном у постижению сущности исследуемых явлений . Од новременно с этим происходит также ко н центрация информации об этих явлениях . Вместо многих десятков и даже сотен ра зличных обобщений и эмпирических законов наук а открывает несколько теоретических законов ф ундаментального характера , с помощью которых оказывается возможным объяснить не только с о тни эмпирических законов , но и огромное количество самых разнообразных фактов , которые на первый взгляд кажутся соверше нно не связанными друг с другом . Так , н апример , когда Ньютону с помощью законов д вижения и гравитации удалось связать воедино движение з е мных и небесных т ел , то тем самым было покончено с преж ними представлениями о делении мира на “з емной” и “небесный” , подчиняющихся якобы сове ршенно различным законам. Поиски фундаментальных теоретически х законов характеризуют стремление к познанию взаимосвязи и единства материального мира . Самая главная трудность , с которой здесь встречаются ученые , сост оит в том , чтобы найти такие общие при нципы , из которых с помощью некоторых прав ил соответствия можно вывести логически эмпир ически провер яемые законы . Этой цели в значительной мере были посвящены усилия А . Эйнштейна в последние десятилетия его ж изни . Стремление установить связь между элект ромагнетизмом и гравитацией привело его к . идее создания едино й теории поля . Однако до сих пор основ ным недостатком этой теории продолжает оставаться то , что с ее помощью не уда лось вывести какие-либо эмпирически проверяемые законы . Такие же недостатки присущи попытка м создания единой теории материи , предприняты м В . Гейзенбергом в последние годы . Однако эт и неудачи не обескураживают исследователей , ибо они сознают необычайную с ложность самой проблемы. 4. Динамичес кие и статистические законы Если основой дихотомического деления зако нов на теоретические и эмпирические является их различное отношение к опыту , т о другая важная их классификация основывается на характере тех предсказаний , которые вы текают из законов . В законах первого типа предсказания носят точно определенный , одноз начный характер . Так , если задан закон дви жения тела и известны его положение и ск о рость в некоторый момент вр емени , то по этим данным можно точно о пределить положение и скорость тела в люб ой другой момент времени . Законы такого ти па в нашей литературе называют динамическими . В зарубежной литературе их чаще вс его именуют детерминистическ ими законами , хотя такое название , как мы увидим ниже , вызывает серьезные возражения. В законах второго типа , которые получи ли название статистических, предсказания могут быть сделаны лишь вероятностным образом . В таких законах исследуемое свойство , призна к или хар актеристика относятся не к каждому объекту или индивидууму , а ко всему классу , или популяции в целом . Так , когда говорят , что в данной партии продукции 90% изделий отвеча ет требованиям стандартов , то это вовсе не означает , что каждое изделие облад ает 90% качество м . Само выражение в процентах показывает , что речь здесь идет лишь о некоторой части или пропорции из общего числа издел ий , которые соответствуют стандарту . Об отдель ном же изделии без дополнительного исследован ия мы не можем заранее сказат ь , яв ляется оно качественным или нет . Этот элем ентарный пример достаточно ясно иллюстрирует основную особенность всех статистических законов , предсказания которых относительно отдельных индивидуумов или случаев имеют неопределенный характер . Именно эта не о пределеннос ть и заставляет исследователя вводить вероятн остные понятия и методы для определения и оценки исхода индивидуальных событий массово го случайного типа. Уже классическая концепция вероятности , нашедшая наиболее полное выражение в трудах П . С . Лапл аса , дает возможность оценивать исходы простейших массовых событий случайного характе ра . В этой концепции вероятность интерпретиру ется как “отношение числа случаев благоприятс твующих к числу всех возможных случаев” . При этом , конечно , предполагается , что р азличные случаи являются равновозможными . Однако такая интерпретация имеет довольно ограниченную област ь применения . Действительно , равновозможных событи й , о которых говорится в вышеприведенном о пределении вероятности , может просто не быть . Азартные игры, которые исторически явились первой моделью для применения и разработки классической концепции вероятности , специально организованы таким образом , что их исходы являются одинаково возможными , или симметричными . Если , например , игральная кость изготовлена д о статочно тщательно , т о при ее бросании выпадение любого числа очков от 1 до 6 является одинаково возможным . Поскольку в данном примере имеется шесть равновозмож ных случаев , благоприятствующим же является к акой-то один случай , то его вероятность бу дет равна 1/6. По такой же схеме подсчитывается в ероятность событий , которые можно свести к равновозможным . Иногда это не удается сдела ть даже в сравнительно простых примерах . Т ак , если ту же игральную кость изготовить с дефектами , тогда выпадение каждой грани не б удет равновозможным . Еще более противоречащими классической концепции являются примеры , взятые из физической , биологической и социальной статистики . Допустим , что вероя тность того , что данное вещество из радиоа ктивного материала будет испускать -частицу , равна 0,0374. Ясно , что этот результат никак нельзя представить по схеме равновозможных событий . Тогда нам пришлось бы допустить 10000 равновозможных исходов , из ни х только 374 считались бы благоприятствующими . В дей ствительнос ти же здесь имеются лишь д ве возможности : либо в следующую секунду в ещество испустит частицу , либо нет . Чтобы преодолеть подобные трудности , защитники классиче ской концепции широко использовали так называ емый принцип недостаточного осн ования , или одинаково го распределения нез нания. Согласно этому принципу , два события считаются равновероятными , если у нас не имеется основания для предпол ожения , что одно из них осуществится скоре е , чем другое . Поскольку же в качестве основания зачастую здесь выступало состоя ние знаний познающего субъекта , то само по нятие вероятности лишалось своего объективного значения. Частотная , статистическая или , как ее иногда называют , эмпирическая концепц ия вероятности исходит не из наперед зада нной , жесткой схемы равновозможных событи й , а из действительной оценки частоты появ ления того или иного события при достаточ но большом числе испытаний . В качестве исх одного понятия здесь выступает относительная частота появления того или иного признака , характеристики , свойства , которые принято н азывать событиями в некотором множестве или пространстве событий . Поскольку относите льная частота определяется с помощью некоторо й эмпирической процедуры , то рассматриваемую вероятность иногда называют еще эмпирической . Это не означает , что само теоретиче с кое понятие вероятности в ее статисти ческой или частотной интерпретации можно опре делить непосредственно опытным путем . Как мы уже отмечали в предыдущей главе , никакого операционального определения для статистической вероятности дать нельзя , ибо помимо эм п ирической процедуры при ее опред елении мы обращаемся к теоретическим допущени ям . В самом деле , осуществив те или ины е наблюдения или эксперименты , мы можем то чно подсчитать , сколько раз интересующее нас событие встречается в общем числе всех испытаний . Эт о отношение и будет представлять относительную частоту данного с обытия : , где m означает число появлени й данного события , а п - число всех испытаний . Хотя указанное отнош ение м ожет принимать самые различные численные знач ения , тем не менее , как показывает практик а , для весьма широкого класса случайных ма ссовых событий оно колеблется вокруг некоторо го постоянного значения , если число наблюдени й или экспериментов будет дост а то чно велико . Таким образом , тенденция к уст ойчивости частот обширного класса массовых сл учайных явлений , обнаруженная на практике , пре дставляет объективную закономерность этих явлени й . Абстрактное понятие вероятности как меры возможности наступления собы т ия от ображает прежде всего этот факт приблизительн ого равенства относительной частоты вероятности при достаточно большом числе испытаний . Т акой подход к вероятности защищается большинс твом современных специалистов по статистике . Он нашел свое выражение и в ши роко известном курсе “Математические методы с татистики” Г . Крамера . “Всякий раз, - пишет он, - когда мы говорим , что вероятность события Е в эксперименте равна Р, точный смысл этого утверждения заключается просто в следую щем : практически несомненно , что частота события Е в длинном ряду повторений эксперимента будет приблизительно равной Р. Это утверждение будет называться также частотной интерпретацией вероятности” . Частотный подход к вероят ности да ет возможность лучше понять специфические осо бенности статистических закономерностей . Поскольку любое вероятностное утверждение в статистическ ой интерпретации относится не к отдельному событию , а к целому классу однородных и ли сходных событий , пос т ольку и объяснения и предсказания , полученные с пом ощью статистических законов , не имеют такого строго однозначного характера , какой присущ динамическим законам . Чрезвычайно важно такж е отметить , что , в то время как в д инамической закономерности необходим о сть выступает как бы в чистом виде , в статистической закономерности она прокладывает себе дорогу через массу случайностей . В совокупном действии многочисленных случайностей обнаруживается определенная закономерность , котора я и отображается статистическим з ак оном. Как уже отмечалось , статистические законо мерности с чисто формальной точки зрения отличаются от закономерностей динамического типа тем , что не определяют значение исследуем ой величины достоверным образом , а указывают лишь ее вероятностное распредел ение . Динамический закон по своей математической фо рме может быть представлен функциональной свя зью типа : У =Ф ( x 1 ,х 2 ,...х n ) . Если заданы значения аргументов , то зн ачение искомой функции определяется вполне од нозначно . Статистические же законы характеризуют не поведение отдельных объектов , а скорее соотношения и зависимости , которые воз никают вследствие совокупного действия целого ансамбля таких объектов . Поэтому они и выражают значения соответствующих величин вероят ностным образом . Грубо говоря , статистика в сегда дает нам какие-то средние величины , которые непосредственно нельзя при писать никакому индивидуальному объекту. Вероятностный характер предсказаний статисти ческих законов долгое время мешал тому , чт обы считать эти законы подлинно научными законами . Де йствительно , на первый взгляд может возникнуть впечатление , что статистиче ские законы являются временным средством иссл едования , которое вводится лишь в целях уд обства . И для такой точки зрения существую т даже некоторые основания . Так , например , многочисл е нные результаты , получаемые с помощью переписей , дают возможность в к омпактной и удобной форме обозреть огромную информацию , относящуюся к тысячам и милли онам людей . Однако в принципе эту информац ию можно было бы выразить и в нестати стической форме . Стати с тика здесь вводится не потому , что иначе мы не мо жем описать индивидуумы , а именно в силу удобства. Сложнее обстоит дело с объектами , изуч аемыми физикой и химией . Описать поведение каждой молекулы чрезвычайно трудно , если не невозможно , но физики прошлого века считали , что такое описание в принципе возможно . Они полагали , что природа не ста вит никаких границ ни для точности описан ия , ни для наблюдения и измерения . И хо тя в XIX в еке в физике было открыто немало статисти ческих законов , тем не менее , ученые то го времени считали их временным средс твом исследования . Они надеялись , что такие законы со временем будут заменены более точными динамическими законами. Открытия в области микромира и возник новение квантовой механики в корне подорвали подобный механистичес кий взгляд на м ир . Существенную роль играет здесь принцип неопределенности В . Гейзенберга , согласно котор ому невозможно одновременно точно определить значения двух сопряженных величин квантово-механи ческого объекта , например координаты и импуль са микрочас т ицы . Новая физика явно свидетельствовала , что статистические законы присущи самому объективному миру . Эти законы возникают в результате взаимодействия большо й совокупности объектов , будь то объекты а томного масштаба , биологические или социальные популяции. В связи с широким применением статист ических методов исследования и признанием сам остоятельности законов вероятностного типа сущес твенно меняется общий взгляд на науку , ее принципы и идеалы . В наиболее яркой ф орме это можно проследить на примере тако го фу ндаментального принципа науки , каким является принцип детерминизма. Для сторонников механистического детерминизма Вселенная представлялась в виде огромной механической системы , каждое послед ующее состояние которой однозначно определялось ее предыдущим сост оянием . Обычно для характеристики этой позиции приводят известн ые слова Лапласа из его работы “Опыт философии теории вероятностей” : “...мы должны ра ссматривать настоящее состояние Вселенной как следствие ее предыдущего состояния и как причину последующего ” . Такая концепция детерминизма являе тся прямым следствием механистического мировоззр ения , то есть мировоззрения , переносящего идеи и методы классической механики Ньютона с ее строго динамическими законами на все процессы и явления мира . Поэтому детермин иро ванность в этой концепции выступает прежде всего как предсказуемость на основе законов динамического типа , какими являются , в частности , законы классической механики . “Ум, - про должает Лаплас, - которому были бы известны для како го-либо данного момента все силы , одушевл яющие природу и относительное положение всех ее составных частей , если бы вдобавок он оказался достаточно обширным , чтобы подч инить эти данные анализу , обнял бы в о дной формуле движения величайших тел Вселенно й наравне с движениями легчайших а томов : не осталось бы ничего , что было бы для него недостоверно , и будущее , так же как и прошедшее , предстало бы перед его взором” . Лаплас ясно отдавал себе отчет , что под обная ситуация является идеализацией , поэтому он и предлагал использовать математиче ск ий аппарат теории вероятностей для оценки частичных причин в сложных ситуациях . Однак о , по-видимому , он считал , что вероятность о тображает лишь степень нашего знания , а не объективную характеристику самих реальных яв лений. Вероятностный характер многих з аконов современной физики не гарантирует однозначно сти и достоверности предсказаний . Но случайно сть здесь рассматривается не сама по себе , а в связи с необходимостью . За совоку пным действием различных факторов случайного характера , которые невозможно прак т ич ески все охватить , статистические законы вскр ывают необходимость которая прокладывает себе дорогу через ряд случайностей . Таким образо м , и здесь с полным основанием можно г оворить о детерминизме , т . е . такой обуслов ленности или определенности явлений , п р и которой они могут быть предсказаны лишь с той или иной степенью вероятн ости . Такое расширенное понятие детерминизма в качестве особого случая будет включать детерминизм лапласовского типа , если значение вероятности будет равно единице , т . е . если она пр е вратится в достоверность. Критикуя механистический детерминизм , Ф . Э нгельс указывал , что случайное не может бы ть безразличным для науки . В то же вре мя он подчеркивал , что изучить всю сеть каузальных отношений , даже в случае , скажем , с числом горошин в стру чке , наука совершенно не в состоянии . “Более того : такая наука , которая взялась бы проследить случай с этим отдельным стручком в е го каузальном сцеплении со все более отда ленными причинами , была бы уже не наукой , а простой игрой” . Именно поэтому задача нау ки и состоит в том , чтобы раскрыть законы , которые управляют , случаем и фиксируют н еобходимость . Концепция же механистического детер минизма , отмечал Энгельс , низводит эту необход имость до роли случайности. И детерминизм , и причинность существенным образом связаны с категориями необходи мости и закона . На этом основании Р . Ка рнап в своей последней книге призывает за менить всю дискуссию о значении понятия п ричинности исследованием различных типов законов , которые встречаются в науке . Анализ мате матической фор м ы различных типов причинной зависимости , несомненно , играет важную роль при исследовании причинности . Но огран ичиться этим - значило игнорировать особую спе цифику причинности и обеднить наш анализ действительности . Нам представляется , вряд ли оправданной п олучившая и в нашей литературе тенденция к отождествлению принципа причинности с принципом детерминизма. Для установления причинной зависимости яв лений приходится значительно абстрагироваться от усложняющих их факторов . “Чтобы понять от дельные явления, - у казывает Энгельс, - мы должны вырвать и х из всеобщей связи и рассматривать их изолированно , а в таком с лучае сменяющиеся движения высту пают перед нами - одно как причина , другое как следствие” . Такую идеализацию легче в сего осуществить в механике и классич еской физике , которые имеют дело с точно заданными силами и законами движения тел под воздействием этих сил . В сложных ситуациях не только науки , но и повседневн ой жизни чаще всего приходится встречаться с множеством причин . Именно поэтому здесь нередко о г раничиваются выявлением частичных причин . Теория вероятностей , как ука зывал еще Лаплас , во многих случаях помога ет выявить и оценить эти частичные причин ы . В таких случаях скорей всего вместо каузального анализа используется детерминистически й анализ. Прин цип детерминизма с этой точки зрения выражает возможность предсказания нек оторых событий , явлений , поведения тел в с амых разнообразных ситуациях . Когда наступление события может быть предсказано с достоверн остью , тогда для анализа таких событий впо лне под х одит классическая схема д етерминизма . Другими словами , объяснение и пре дсказание явлений в этих случаях основывается на законах динамического типа . Сами эти законы , хотя и выявляют некоторые существ енные связи , тем не менее , зачастую слишко м огрубляют реа л ьную действительность . Однако такое огрубление и схематизация н е всегда возможны . Во всяком случае , там , где приходится встречаться с действием мно гократно повторяющихся случайных факторов , событи й и явлений , исследование часто обнаруживает некоторую усто й чивую закономерность , открытие которой впоследствии дает возможно сть делать вероятностные предсказания относитель но появления тех или иных случайных событ ий. Вероятностный характер статистических законо в свидетельствует , таким образом , не о кру шении детерм инизма вообще , а об ограни ченности старых представлений о детерминизме , в основе которых лежит убеждение в том , что мир управляется исключительно законами динамического типа. 5. Методы эмпирического исследования В науке основными формами эмпирического иссл едования являются н аблюдение и эксперимент . Исходной эмпирической процедурой служит наблюдение. 5.1 Наблюдение Научное наблюдение представляет целенаправле нное и организованное восприятие предметов и явлений окружающего мира . Связь наблюдения с чувственным познанием очевидна : любой процесс восприятия связан с переработкой и синте зом тех впечатлений , которые познающий субъек т получает от внешнего мира . Активная его роль проявляется прежде всего в том , что наблюдатель , особенно в науке , не прос то фиксирует фа кты , а сознательно ищет их , руководствуясь некоторой идеей , гипотезой или прежним опытом . Сторонники эмпиризма , чтобы гарантировать чистоту и надежность дан ных опыта , требуют сбора данных и фактов без какой - либо предварительной гипотезы или руководящей и деи . Наблюдения в науке характеризуются также тем , что их результаты требуют определенной интерпретации , которая осуществляется с помощью некоторой теории . Интерпретация данных наблюдения как раз и дает возможность ученому оделять существенные факты от не с ущественных , замечать то , что неспециалист может оста вить без внимания и даже совершенно не обнаружить. 5.1.1 Основные функции наблюдения Наблюдение в научном исследовании призван о осуществлять три основные функции . Первая и важнейшая из них состоит в обес печении той эмпирической информацией , кот орая необходима как для постановки новых проблем и выдвижении новых гипотез , так и для последующей их проверки . Вторая функц ия наблюдения состоит в проверке таких ги потез и теорий , которую нельзя осуществить с помо щ ью эксперимента . Третья функция наблюдения заключается в том , что в его терминах осуществляется сопоставление р езультатов , полученных в ходе теоретического исследования , проверяется их адекватность и и стинность. 5.2 Эксперимент Эксперимент - специальный ме тод эмпири ческого исследования , обеспечивает возможность ак тивного практического воздействия на изучаемые явления и процессы . Он может осуществить такое вмешательство путем непосредственного во здействия на изучаемый процесс или изменить условия , в которых происходит это т процесс . И в том и другом случае результаты испытания точно фиксируются и к онтролируются . Таким образом , дополнение простого наблюдения активным воздействием на процесс превращает эксперимент в весьма эффективный метод эмпирического исслед о вания . Этой эффективности в немалой степени содей ствует также тесная связь эксперимента с теорией . Идея эксперимента , план его проведени я и интерпретация результатов в гораздо б ольшей степени зависят от теории , чем поис ки и интерпретации данных наблюдения. Об щая структура эксперимента будет отличаться о т наблюдения тем , что в нее кроме объе кта исследования и самого исследователя обяза тельно входят определенные материальные средства воздействия на изучаемый объект . По своей основной цели все эксперименты мо ж но разделить на две группы . К перв ой , самой большой группе следует отнести э ксперименты , с помощью которых осуществляется эмпирическая проверка той или иной гипотезы или теории . Меньшую группу составляют так называемые поисковые эксперименты , основное наз н ачение которых состоит не в том , чтобы проверить , верна или нет кака я-то гипотеза , а в том , чтобы собрать н еобходимую эмпирическую информацию для построени я или уточнения некоторой догадки или пре дположения. 6 Гипотеза и индуктивные методы исследов ания В р азрешении противоречия между н овыми фактами и старыми теоретическими предст авлениями важнейшая роль принадлежит гипотезе . Прежде чем будет построена новая теория , гипотеза должна объяснить факты , противоречащи е старой теории , пока не будет заменена другой гипотезой или не станет законом . Важнейшая функция гипотез в опытных науках состоит в расширении и обобщении известного эмпирического материала . С помощь ю гипотезы мы стремимся расширить наше зн ание , эктраполируя найденную в результате неп осредственного и с следования конечного числа случаев закономерность на все число возможных случаев. 6.1 Гипотеза как форма научного познания Под гипотезой понимают всякое предположен ие , догадку или предсказание , основывающиеся л ибо на предшествующем знании , либо на новы х фа ктах , но чаще всего - на том и другом одновременно . Гипотеза не просто регистрирует и суммирует известные старые и новые факты , а пытается дать им объя снение , в силу чего ее содержание значител ьно богаче тех данных , на которые она опирается . Любая гипотез а строится н а основе определенных фактов или знаний , к оторые называются ее посылками , данными или свидетельствами . Между посылками и самой и самой гипотезой существует определенная логи ческая взаимосвязь , которую обычно называют л огической или индуктивной в ероятностью . Под вероятностью гипотезы понимают степень подтверждения ее всеми , непосредственно отно сящимися к ней данными или свидетельствами . Поскольку вероятность гипотезы характеризует л огическое отношение между посылками и самой гипотезой , то ее назы в ают лог ической вероятностью . С теоретико-познавательной т очки зрения различие между гипотезой и ее эмпирическими данными , или свидетельствами , п роявляется в том , что данные относятся к строго фиксированным , конкретным фактам , нали чие которых может быть за с видетел ьствовано объективными средствами исследований . С овокупность гипотез различной общности и веро ятности вместе с установленными законами обра зуют уже теоретическую систему , научную теори ю. 6.2 Гипотетико-дедуктивный метод Гипотетическими называют расс уждения или умозаключения , которые делаются из некото рых гипотез или предположений . Посылками тако го рассуждения могут быть гипотезы в собс твенном смысле этого слова , т.е . суждения , к оторые могут оказаться как истинными так и ложными . Гипотетико-дедуктивны й метод в классическом естествознании. Естествознание и опытные науки имеют дело прежде всего с данными на блюдений и результатами экспериментов . После соответствующей обработки опытных данных ученый стремится понять и объяснить их теоретич ески . Гипотеза и служит в качестве п редварительного объяснения . Но для этого необ ходимо , чтобы следствия из гипотезы не про тиворечили опытным фактам . Поэтому логическая дедукция следствий из гипотезы служит законо мерным этапом научного исследования . 6.3 Математич еская гипотеза По своей логической структуре математичес кая гипотеза представляет разновидность гипотети ко-дедуктивного метода . Сущность математической гипотезы и область ее примене ния. Одной из наиболее распро страненных форм выражения количествен ных зависимостей между различными величинами являютс я математические уравнения . Если мы попытаемс я так или иначе изменить данное уравнение , то из него можно получить целый ряд новых следствий , которые могут оказаться или совпадающими с экспериментом , или п ротиворечащими ему. Математическая гипотеза приводит к выражениям , совпадающим или расходящимся с опытом , и соответственно этому применяется дальше или отбрасывается . Проблематический моме нт в методе математической гипотезы состоит в том , что некоторую зак ономерность , выраженную в виде определенного математичес кого уравнения , переносят с известной области явлений на неизвестную . Разумеется , что п одобный перенос всегда сопровождается некоторой модификацией первоначального уравнения . Математи ческая гипотеза, основанная на экстрап оляции абстрактных математических структур , на новые области познания , служит одним из действенных методов логико-математического исследо вания. 7. Роль законов в научном объяснении и предсказании Объяснение явлений окружающей нас приро ды и социальной жизни составляет одну из основных задач естествознания и общес твенных наук . Задолго до возникновения науки люди пытались так или иначе объяснить окружающий их мир , а также собственные психические особенности и переживания . Однако такие объ я снения , как правило , ока зывались неудовлетворительными , ибо зачастую осно вывались либо на одушевлении сил природы , либо на вере в сверхъестественные силы , бо га , судьбу и т. п . Поэтому они , в лучшем случае , могли удовлетворить психологическую потребность ч е ловека в поисках ка кого-либо ответа на мучившие его вопросы , но отнюдь не давали истинного представления о мире. Реальные объяснения , которые можно назват ь подлинно научными , появились вместе с во зникновением самой науки . И это вполне пон ятно , так как науч ные объяснения опира ются на точно сформулированные законы , поняти я и теории , которые отсутствуют в обыденно м познании . Поэтому адекватность и глубина объяснения окружающих нас явлений и событи й во многом зависит от степени проникнове ния науки в объективны е закономерно сти , управляющие этими явлениями и событиями . В свою очередь сами законы могут быт ь по-настоящему поняты только в рамках соо тветствующей научной теории , хотя они и сл ужат тем концептуальным ядром , вокруг которог о строится теория. Нельзя , конечн о , отрицать возможности и полезности объяснения некоторых простейших явлений на основе эмпирического обобщения наблюдаемых фактов . Такие объяснения также относятся к числу реальных , но ими огранич иваются лишь в обыденном , стихийно-эмпирическом познании , в рассуждениях , основанных на так называемом здравом смысле . В науке же не только простые обобщения , но и эмпирические законы стремятся объяснить с помощью более глубоких теоретических законов . Хотя реальные объяснения могут быть весьма различными по своей г лубине ил и силе , тем не менее все они должны удовлетворять двум важнейшим требованиям. Во-первых , всякое реальное объяснение долж но строиться с таким расчетом , чтобы его доводы , аргументация и специфические характе ристики имели непосредственное отношение к тем предметам , явлениям и событиям , которые они объясняют . Выполнение этого требо вания представляет необходимую предпосылку для того , чтобы считать объяснение адекватным , н о одного этого условия недостаточно для п равильности объяснения. Во-вторых , любое о бъяснение должно допускать принципиальную проверяемость . Это требо вание имеет чрезвычайно важное значение в естествознании и опытных науках , так как дает возможность отделять подлинно научные объяснения от всякого рода чисто спекуляти вных и натурфилософск и х построений , также претендующих на объяснение реальных явлений . Принципиальная проверяемость объяснения вовсе не исключает использования в качестве аргументов таких теоретических принципов , по стулатов и законов , которые нельзя проверить непосредственно э м пирически . Необход имо только , чтобы объяснение давало возможнос ть выведения некоторых следствий , которые доп ускают опытную проверку. 8. Общая структура научного объяснения По своей логической структуре объяснение представляет рассуждение или умозаключение, посылки которого содержат информацию , н еобходимую для обоснования результата или зак лючения такого рассуждения. В современной литературе по теории об ъяснения все посылки умозаключения , ставящего своей целью объяснение , чаще всего обозначают термином “эксп лананс” (от лат. e xplanans - объясняющий ), а результат умозаключения - термином “экспланандум” (от л ат. e xplanandum - то , что надлежит объяснить ). Характер объяснения зависит , таким образо м , во-первых , от того вида логического расс уждения , который использу ется для объясне ния , и , во-вторых , от типа посылок , которые служат в качестве эксплананса . Эксплананс и экспланандум составляют две необходимые части всякого объяснения , связанные друг с другом логическим отношением выводимости , или следования . Если экспл а нандум с логической необходимостью следует из эксплан анса , то такое объяснение называют дедуктивны м , так как в этом случае оно осуществл яется по схеме дедуктивного рассуждения . Во многих случаях приходится , однако , довольствова ться более слабым , индуктивн ы м рас суждением , посылки которого лишь с той или иной степенью вероятности подтверждают заклю чение или экспланандум. Нередко говорят , что объяснение в прин ципе может осуществляться без привлечения как их бы то ни было законов . Действительно , нередко для объя снения одного явления , события или факта мы ссылаемся на др угой факт , явление или событие , а не на явно сформулированные законы . Так , когда объясняют возникновение ржавчины на металлически х предметах , то в качестве причины указыва ют сырой воздух , контакт с водой и другие подобные факты . Такого рода об ъяснения встречаются преимущественно в повседнев ной жизни , где объяснения опираются на про стейшие эмпирические обобщения . Эти обобщения кажутся нам настолько привычными и самоочеви дными , что они не фигурируют в самом процессе объяснения , хотя их легко и выявить . То же самое иногда происходит и в науке , когда за коны , объясняющие явления , кажутся всем извест ными и очевидными , поэтому их явно и н е формулируют . Таким образом , все объяснения с помощью отдел ьных явлений , событий и фактов по сути дела являются объясне ниями с помощью законов , хотя в явном виде сами законы при этом могут и не фигурировать . Вот почему такого рода объя снения иногда называют замаскированными объяснен иями с помощью законов . При логи ческом анализе конкретных примеров научного объяснения все посылки , н а которых оно строится , должны быть выраже ны явным образом . В противном случае нельз я будет осуществить логический вывод эксплана ндума из эксплананса , а потому нельзя буде т признать корр е ктным само объясн ение . Что касается структуры эксплананса , то в нем можно выделить посылки двух видо в . Наиболее существенное значение имеют те посылки , в которых выражаются законы , принци пы и другие универсальные положения науки . С их помощью удается обес п ечит ь вывод не только других , менее общих законов и положений науки , но и утверждени й о тех или иных конкретных явлениях или событиях . В последнем случае эксплананс должен содержать также такие посылки , котор ые характеризуют те или иные специфические усло в ия или свойства , ибо без этого невозможен переход от общих утвержде ний к единичным. Доминирующая роль законов в процессе научного объяснения наиболее сильно подчеркивает ся при так называемом эссенциалистском подход е , т . е . тогда , когда смысл объяснения с во дится к раскрытию сущности реальных явлений и событий. B общем виде эта точка зрения не вызывает возражения , так как действите льное объяснение достигается только тогда , ко гда раскрываются внутренние , существенные связи объясняемых явлений , событий или даже закономерностей . Вряд ли , однако , следует своди ть объяснение к установлению логической связи “между отображением объясняемого объекта в языке и законом науки” . Сущность явлений , особенно сложных , может быть раскрыта за частую лишь с помощью теории , предст а вляющей не простую совокупность и даж е не систему , состоящую из одних законов , а включающую в себя элементы и друго го рода (исходные принципы , определения , гипоте зы и различные утверждения теории ). Подобно тому , как теоретический закон превосходит э мпирич е ский по своей объясняющей силе , так и теория в целом дает более глубокое обоснование , чем любой отдельный закон или совокупность таких законов . Теори я как наиболее развитая форма научного об ъяснения возникает , как правило , после открыти я ряда отдельных за к онов той или иной области реального мира . Разумеется , верно , что законы составляют концептуальное ядро любой теоретической системы опытного знания . Но из этого вовсе не вытекает , что объяснение , опирающееся на теорию , всецело основывается на законах , а са м о противопоставление объяснения с помощью теории квалифицируется как иллюзорное . По нашему мнению , в качестве общих посылок эксплананса любого научного объяснения или даже объяснения на уровне здравого смысла можно использовать обобщения самого различного характера . Наиболее совершенными считаются обычно объяснения , посылки которых содержат законы и теории науки универсальн ого характера . Менее привлекательными выглядят объяснения , основанные на статистических закона х . Гораздо менее надежными считаются объя с нения , основанные на простых инду ктивных обобщениях эмпирического опыта , к кот орым принадлежат объяснения , встречающиеся в повседневной жизни . Все перечисленные примеры представляют реальные объяснения , хотя и раск рывают сущность объясняемых явлений с раз л ичной степенью глубины и полноты. 8.1 Дедуктивная модель научного объяснения. Объяснения , с которыми приходит ся встречаться , в науке , можно классифицироват ь по различным основаниям деления : характеру логической связи эксплананса с экспланандумо м , составу и природе посылок , входящих в эксплананс , в частности по виду закон ов , которые фигурируют в посылках , и многи м других признакам . Наиболее важной нам пр едставляется классификация по способу логической связи эксплананса с экспланандумом , т.е . п о тому способу, который используется для логического вывода объясняемого тезиса из объясняющих его посылок . Как мы уже отм ечали , двумя основными формами логических умо заключений , применяемыми для объяснения , являются дедуктивные и индуктивные выводы . Соответств енно этом у мы и выделяем дедукт ивную и индуктивную модели или схемы объя снения. Дедуктивная модель научного объяснения яв ляется наиболее распространенной . Особенно широко ею пользуются в тех науках , законы ко торых могут быть выражены в точной матема тической форме (а строномия , механика , физик а , физическая химия , молекулярная биология , мат ематическая экономика и др .). Поскольку посылки дедуктивного вывода обеспечивают логически н еобходимый характер заключения , т.е . в нашем случае экспланандума , то естественно , что эт а модель объяснения предпочитается ин дуктивной , где связь между посылками и зак лючением имеет не достоверный , а только ве роятный характер . Важно при этом обратить внимание на то , что дедукция здесь понимае тся не в старом смысле традиционной логик и , как умоз а ключение от общего к частному , а как любой вывод , заключени е которого следует из имеющихся посылок с логической необходимостью , точно по принятым правилам дедукции. Чтобы лучше понять дедуктивную модель объяснения , рассмотрим в качестве иллюстрации конкрет ный пример из действительной истории науки . Речь идет об объяснении “не правильностей” , или иррегулярностей , в движении планеты Уран . Эти иррегулярности нельзя был о объяснить притяжением других , в то время известных планет Солнечной системы . Поэтому Леверь е (и независимо от него Адаме ) предположил , что они вызываются грави тационным воздействием новой , до сих пор н еизвестной планеты . Последующие наблюдения блестя ще подтвердили его гипотезу и тем самым предложенный им способ объяснения . Если лог ически реконст р уировать ход рассужден ий Леверье , то их можно представить в виде следующей схемы . Во-первых , он исходил из ньютоновских универсальных законов движения и закона всемирного тяготения , которые в своей совокупности составляют большую посылк у эксплананса . Во-в т орых , в качеств е меньшей посылки он использовал специфически е характеристики планет Солнечной системы (их взаимные расстояния , массы , размеры и т.п .). Все эти посылки , вместе взятые , не см огли объяснить иррегулярности в движении Уран а , Поэтому в качестве д ополнительной меньшей посылки Леверье включил информацию о характере и величине наблюдаемых иррег улярностей в движении Урана . Опираясь на в се перечисленные посылки , он смог вычислить период обращения , массу , орбиту и другие характеристики неизвестной , нов о й п ланеты , гравитационным воздействием которой и объяснил неправильности в движении Урана . При мечательно , что в этом примере объяснение органически связано с предсказанием. Итак , мы видим , что в дедуктивной м одели объяснение выступает как результат логи чес кого вывода объясняемого явления из объясняющих его посылок , причем главная рол ь в этих посылках принадлежит законам нау ки , универсальным утверждениям , в которых форм улируются объективно необходимые , инвариантные от ношения между предметами и явлениями реа л ьного мира . Большей частью при дедуктивном объяснении используются законы дин амического типа или номические структуры вооб ще (т.е . общие высказывания , имеющие форму з акона ). Вот почему этот тип объяснения нер едко характеризуют как дедуктивно-номологически й . Такие объяснения обычно предпочитаются всем другим , так как их результат , или экспланандум , имеет достоверный , а не вероятный или проб лематический характер. Схематически дедуктивно-номологическая модель объяснения может быть представлена так : Большая пос ылка : эксплананс L 1 , L 2 , ...L k-1 ,L k Меньшая посылка : C 1 ,C 2 ,...C k-1 ,C k экспланандум Е Символами L 1 , L 2 , ...L k-1 ,L k здесь обозначе ны универсальные законы динамического типа , или номические структуры вообще. C 1 ,C 2 ,...C k-1 ,C p представляют конкретные характеристики или условия , которые описывают некоторые сп ецифические особенности рассматриваемых явлений . В математическом естествознании , в частности в математической физике, эти характеристики принято называть начальными условиями . Без них , вообще говоря , невозможен логический вы вод утверждений , характеризующих отдельные , конкре тные события , явления и предметы . Такого р ода объяснения часто называют фактуальными, поскольку в э том случае цель объяснения сводится к объяснению некоторого факта . С логической точки зрения фактуальное объяснение сводится к дедукции экспланандума из соответствующего эксплананса , хотя объяснение в конечном и тоге относится к некоторым реальным событиям, явлениям или предметам . В экспланандуме фактуального объяснения как раз и отобра жаются определенные свойства , аспекты или отн ошения индивидуальных предметов , событий и яв лений . Правда , в некоторых случаях приходится встречаться и с известным обобщением и л и группировкой фактов , но все такие операции обычно не выходят за ра мки эмпирического исследования. Как мы уже отмечали , дедукция фактов или эмпирических высказываний единичного хар актера осуществляется с помощью законов прост ейшего типа , которые мы назвал и эмпири ческими . В повседневных рассуждениях вместо н их обычно фигурируют элементарные индуктивные обобщения из нашего обыденного опыта . В случае гипотетических объяснений в роли за конов выступают те или иные гипотезы. Другой важной разновидностью дедуктив ных объяснений являются объяснения , экспланандумо м которых служат законы науки . В данном случае мы имеем дело с логическим выво дом одних законов из других . Законы , котор ые встречаются в посылках эксплананса , должны обладать большей логической силой , чем з а кон , представленный в экспланандуме . Под термином “логическая сила” при этом понимается не что иное , как допустимость дедукции . Иными словами , если из одного утверждения или закона логически вытекает ( дедуцируется ) другое утверждение или закон , то первые и з них считаются логиче ски сильнее , чем вторые . Нередко также гов орят , что чем логически сильнее закон , тем большей объясняющей силой он обладает. Наиболее интересными случаями объяснения законов являются те , в которых менее глубо кие и ограниченные законы о бъясняются с помощью более общих и глубоких законов , раскрыва ющих внутренний механизм протекания явлений . Типичным в этом смысле является соотношение между эмпирическими и теоретическими законам и . В то время как первые выражают связ и между эмпирически набл юдаемыми свойства ми , величинами и отношениями реальных процесс ов и явлений , вторые характеризуют их боле е глубокие связи и структуру . Вследствие э того теоретические законы можно использовать для объяснения эмпирических законов : такое об ъяснение осуществля е тся с помощью логической дедукции эмпирических законов из теоретических . В данном случае в качестве экспланандума выступают эмпирические законы , а эксплананса - теор етические . Подобная дедукция оказывается возможно й лишь тогда , когда теоретическим терминам д ается соответствующая интерпретация и они связываются с эмпирическими с помощью некоторых правил соответствия . Эти правила наряду с теоретическими законами служат не обходимой предпосылкой для вывода эмпирических законов , а следовательно , и для их объяс нен и я. Непосредственный вывод одних законов из других возможен лишь в том случае , ко гда и объясняющие и объясняемые законы от носятся к одному типу или уровню познания . Так , например , располагая общим уравнением или законом газового состояния PV=RT, мы можем вы вести из него эмпи рически установленные Законы Бойля - Мариотта (P V = const.) и Шарля - Гей-Люссака [v t = v 0 (1 + at 0 )] . В первом случае для этого достаточ но принять температуру постоянной , а во вт ором - считать постоянным дав ление . По-видим ому , в ряде случаев можно также говорить о дедукции менее общих теоретических зак онов из более общих. Наконец , наиболее развитой формой дедукти вного объяснения является объяснение с помощь ю теории . В этом случае в качестве объясняющей посылк и выступает не отдельный теоретический закон или некоторая их совокупность , а по крайней мере дедуктивное ядро теории : в се ее исходные посылки и принципы , из которых в дальнейшем логически выводятся все другие положения теории , в том числе и те , которые и м еют своей цель ю объяснение некоторых фактов и законов . С амо собой разумеется , что при этом учитыва ются также определенные правила соответствия , которые связывают теорию с эмпирией. 8.2 Индуктивна я модель объяснения В последние десятилетия в логике и методо логии все более широко е применение получает другая модель или с хема научного объяснения , которая , правда , не обладает той убедительной силой и достовер ностью , какая присуща дедуктивной модели . На этом основании ее иногда считают лишь временной попыткой об ъ яснения , своего рода суррогатом , к которому приходится пр ибегать лишь в силу невозможности достижения более полного объяснения . Такой подход во многом определяется самим отношением к и ндукции , которая лежит в основе указанной модели объяснения . В самом де л е , в то время как заключение дедуктивного вывода с логической необходимостью вытекает из посылок , заключение индукции , как правило , лишь в той или иной степени подтверж дается этими посылками . Иными словами , если заключение дедукции имеет достоверный харак т ер , то индукция обеспечивает лишь вероятные заключения . Вот почему сами инд уктивные рассуждения иногда рассматривают лишь как эвристический способ мышления. Необходимость обращения к индукции больше й частью диктуется тем , что во многих объяснениях эмпириче ских наук приходится иметь дело со статистическими законами , выраж енными в форме вероятностных утверждений . Как уже отмечалось , статистические законы в о тличие от динамических характеризуют не индив идуальные события и явления , а только груп пы или классы о д нородных событий массового характера . Проще говоря , то , что утверждается в универсальном законе динамиче ского типа , может быть перенесено на любой индивидуальный объект или событие . Статистич еские законы по своей природе не допускаю т такой возможности . Те м не мене е , и такого рода законы можно использовать для объяснения и предсказания отдельных явлений и событий . В этих целях как ра з и вводится теоретическое понятие вероятност и , которое характеризует меру возможности осу ществления события . Полнота объяснен и я и надежность предсказания в этом случае будут ниже , чем тогда , когда применяются универсальные законы динамического типа . Одн ако во многих важных ситуациях мы не располагаем подобными законами и поэтому долж ны обратиться к индуктивной схеме объяснения . Л огический процесс , который мы используем для такого объяснения , очень часто определяют как индуктивную , или логическую вероятность . Он характеризует определенный тип связи ме жду посылками и заключением объяснения , т.е . экспланансом и экспланандумом . Эта ве ро ятность по своему значению существенно отлича ется от вероятности статистической , с которой мы встречаемся при формулировке законов массовых случайных явлений в физике , биологии и социологии . Во избежание недоразумений следовало , быть может , просто назыв а ть логическую вероятность индукцией , но с этим термином также связаны нежелательны е ассоциации . Дело в том , что в традици онной логике под индукцией обычно понимается процесс рассуждения , идущий от частного к общему . В современной же индуктивной логи ке эти м термином обозначается всяко е рассуждение или умозаключение , посылки кото рого в той или иной степени подтверждают заключение , т.е . по сути дела вероятностно е высказывание . Важно также отметить , что формальная структура индуктивной вероятности хор ошо описы в ается известными еще со времен Бернулли и Лапласа аксиомами исчи сления вероятностей . Вот почему нам кажется целесообразным сохранить термин “логическая , ил и индуктивная , вероятность” при описании схем ы индуктивного объяснения или предсказания. Общая схема индуктивно-статистического о бъяснения может быть представлена в следующем виде : эксплананс (посылки делают вер оятным заключение ) экспланандум вероятно А Большая посылка эксплананса та кого объяснения представляет статистический зако н , поэтому из него при фиксированных перво начальных условиях (меньшая посылка В i ) может быть выведено лишь индуктив ное заключение об отдельном событии или я влении А. Это заклю чение имеет также вероятностный х арактер , но сама вероятность здесь существенн о отличается от статистической , ибо она вы ражает непосредственно не информацию о реальн ых событиях , а характер логической связи м ежду посылками и заключением индуктивного объ ясн е ния . Поскольку заключение или экспланандум объяснения здесь логически не вы текает из посылок , а лишь в той или иной степени подтверждается ими , то в с амой схеме мы отделяем эксплананс от эксп ланандума двойной чертой и дополнительно указ ываем на вероятност н ый характер з аключения . Если величина этой вероятности , или степень подтверждения , является известной , то она может быть точно указана в самой символической записи . В этом случае экспл анандум индуктивно-статистического объяснения можно записать в следующе м виде : P инд. (А /В i )=k. Это выражение представляет символическую запись индуктивного заключения А при наличии некоторой совокупности условий В i . Таким образом , мы видим , что в индуктивно-статистическом объяснении используютс я две основные формы вероятности : статис тическая и индуктивная (логическая ). Если перва я обеспечивает нас информацией о свойствах и закономерностях реального мира , то вторая устанавливает связь между экспланансом и экспланандумом объяснения. При индуктивном объяснении с самого ж е начала во зникает вопрос о том , к акую степень подтверждения или логической вер оятности следует признать достаточной для объ яснения . Очевидно , если эта вероятность будет не больше половины , то такое объяснение вряд ли можно считать достаточно обоснов анным . Равным об р азом мы не пр изнаем надежным предсказание , вероятность которог о не превосходит половины . Это обстоятельство существенно ограничивает класс индуктивных о бъяснений . Так , К . Гемпель относит к числу индуктивно-статистических объяснений только таки е , степень в е роятности которых при ближается к 1. Иными словами , такого рода объяснения по существу приближаются к дедуктивным , так как их экспланандум вытекает из эксплана нса почти с практической достоверностью (хотя теоретически практическая достоверность и от личается от достоверности дедуктивного закл ючения ) . В кач естве конкретной иллюстрации Гемпель приводит пример с вытаскиванием шаров из урны , к оторый достаточно ясно выражает его основную идею . Допустим , что мы наудачу вытаскивае м шар из урны , в которой находятся 9 99 белых и один черный шар . Если шары хорошо перемешаны , то вероятность извлечения белого Шара будет весьма велика (р = 0,999). Этот факт легко объяснить статистическими соображениями . Подобным же образом , по мнению Гемпеля , ст атистические законы , использу емые при инд уктивном объяснении , должны обладать такой вы сокой вероятностью , чтобы на их основе мож но было делать надежные предсказания и об ъяснения . Некоторые авторы вообще отрицают пр авомерность индуктивного объяснения , утверждая , чт о в случае статистич е ских обобщен ий и законов мы имеем дело не с о бъяснением , а с недостаточно надежными правил ами недедуктивных умозаключений . Нетрудно заметить , что подобный по дход к объяснению основывается на том , что единственно допустимой формой рассуждений в науке призна ется только дедукция , инд уктивным же заключениям в лучшем случае о тводится эвристическая роль . Вряд ли с так им подходом можно согласиться . Если индуктивн о-статистические объяснения не признают за по длинные , полноценные объяснения , тогда следует также отка з аться и от предсказ аний , основанных на таких предпосылках . Но с этим не согласятся даже самые радикальн ые дедуктивисты. И с теоретической и с практической точек зрения индуктивная модель объяснения играет существенную роль в науке . Часто она может значител ьно облегчить поиски более привычного дедуктивного объяснения , но во многих случаях сама проблема не д опускает такого объяснения , и поэтому приходи тся обращаться к индукции и статистике. В заключение остановимся на выяснении логической связи между дедуктив ным и индуктивным объяснением . Поскольку индуктивный вывод допускает более ослабленные требования , чем дедуктивный , то целесообразно рассматривать индукцию как более общий тип рассуждения . Соответственно такому подходу мы будем в ыражать статистические зак о ны в ф орме обобщенной , вероятностной и мпликации, впервые введенной Г . Рейхенбахом , а обычные универсальные законы динамического тип а - в виде общей импликации математической логики. В статистическом законе , как и любом вероятностном утверждении , можно выде лит ь две части : в первой из них - антецеденте - формулируются условия , при осуществлении которых с той или иной вероятностью может произойти инте ресующее нас событие случайного массового хар актера , т.е . консеквент импликации . Так как при статистической инт ерпретации речь иде т не об индивидуальных событиях , а о к лассе подобных событий , то в вероятностной импликации мы должны рассматривать не отде льные высказывания , а классы высказываний , кот орые можно выразить с помощью пропозициональн ых функций , или функци й -высказываний . Тогда саму вероятностную импликацию символичес ки можно представить в следующем виде : Универсальный квантор ( i ) перед импликац ией показывает , что она рас пространяется на все случаи из некоторого класса с обытий . Антецедент х i , А обозначает класс тех событий А , пр и осуществлении которых с вероятностью равной р возникает событие у из класса В : У i В. Так , наприме р , если рассматривать явления , связанные с радио активным распадом химических элементов (события класса А ), то каждому элементу будет соотве тствовать определенная вероятность его превращен ия в другие элементы в течение некоторого времени , которую обычно характеризуют как период полураспада. Существенное отличие вероятностной импл икации от обычной состоит в том , что е сли в последнем случае истинность антецедента всегда влечет и истинность консеквента , т о в первом случае истинный антецедент обе спечивает лишь определенную вероятность консекве нта . Если степе н ь вероятности р будет равна 1, тогда вероятностная импликация превращается в обычную . Мы видим отсюда , что дедуктивное объясне ние можно рассматривать как особый случай индуктивного , когда степень вероятности эксплан андума становится равной 1 и , следователь но , вероятн ый вывод становится достоверным. Индуктивные объяснения , степень вероятности которых приближается к так называемой прак тической достоверности , т.е . весьма близка к 1, хотя по своему результату сходны с дедуктивными , тем не менее составляют особы й вид , и поэтому Гемпель совершенно правильно о тносит их именно к индуктивным . Дело в том , что , несмотря на большую степень ве роятности , их заключение в принципе может оказаться и неверным , так что здесь всегда имеется элемент неопределенности . Эта неопре д еленность будет возрастать по ме ре уменьшения величины вероятности . Поэтому и ндуктивные объяснения , степень вероятности заключ ения которых не превышает половины , на пра ктике не будут считаться подлинными объяснени ями. 8.3 Научное предсказание Предвидение н овых ситуаций , событий и явлений составляет важнейшую особенность человеческого познания и целенаправленной деят ельности вообще . В элементарной форме эта особенность присуща и высшим животным , поведе ние которых строится на основе условных р ефлексов . Однак о о подлинном предвид ении можно говорить лишь тогда , когда оно основывается на сознательном применении тех или иных закономерностей , выявленных в пр оцессе развития науки и общественной практики . Научные предсказания , опирающиеся на точн о сформулированные за коны и теории , ге нетически возникают из предвидений и эмпириче ских прогнозов , которые задолго до возникнове ния науки люди делали на основе простейше го обобщения своих наблюдений над явлениями природы . Такие прогнозы не отличались бол ьшой точностью , поскол ь ку они стро ились на наблюдениях тех связей явлений , к оторые легче всего бросались в глаза . Но уже здесь люди интуитивно сознавали зако номерную связь между явлениями и их разли чными свойствами . Так , предсказание погоды по форме облаков , характеру заката , д в ижению ветра , температуре воздуха и др угим приметам часто приводит опытных людей к правильным выводам . Однако такой прогноз в значительной мере основывается на знан ии не объективных законов природы , а скоре е различных внешних проявлений этих закономер ност е й . Даже классическая метеорологи я свои прогнозы строит большей частью на основе эмпирического исследования распределения давлений воздуха , формы облаков , скорости движения ветра и некоторых других факторов . Естественно поэтому , что такие прогнозы мог ут де л аться только на сравнительн о короткое время , да и то не всегда сбываются . Причина этого состоит в том , что они не опираются на глубокие внутренн ие закономерности и теории , управляющие проце ссами формирования погоды в различных региона х земного шара . Поэто м у современна я теоретическая метеорология стремится открыть как раз именно такие законы , с помощью которых можно было составлять долгосрочные прогнозы . Этот пример достаточно ясно пок азывает , что надежность , точность и временные границы предсказания самым т есным образом зависят от характера законов или обобщений , используемых в процессе предсказа ния. Как и при объяснении , так и при предсказании наиболее надежными являются заклю чения , опирающиеся на универсальные законы ди намического типа . Такими являются , на приме р , предсказания результатов движения различных небесных тел в астрономии и многие дру гие предсказания в так называемых точных науках . Но и здесь часто приходится прибег ать к вероятностно-статистическим , или стохастическим предсказани ям (квантовая меха ника , теория “элементарн ых частиц” , космология и др .). В биологии же и социальных науках удельный вес ст охастических предсказаний неизмеримо выше. Органическая связь между объяснением и предсказанием выражается , не только в харак тере использования законов, но прежде вс его в том , что объяснение служит основой для предвидения . Действительно , если мы м ожем объяснить сущность или причину возникнов ения того или иного явления , то мы все гда можем предсказать его появление . Как м ы уже видели , Леверье и Адаме , объя с нив иррегулярности в движении планеты Уран , предсказали существование новой , до эт ого неизвестной планеты Нептун . Д . И . Менде леев , открыв свой знаменитый периодический за кон , смог объяснить химические свойства элеме нтов . Опираясь на это , он предсказал сущ е ствование новых химических элементов и приблизительно верно описал их свойств а . Число подобных примеров можно было увел ичить , Все они свидетельствуют о том , что подлинно научное объяснение обладает потенци альной предсказывающей силой . Этот вывод полу чил а р гументированное обоснование в известной статье К . Гемпеля и П . Оппен гейма “Логика объяснения” , где они подчеркива ют , что в той мере , в какой мы в состоянии объяснить эмпирические факты , мы можем достичь высшей цели научного исследован ия , а именно - не прос то регистрировать явления нашего опыта , но познать , опираясь на них , теоретические обобщения , дающие нам возможно сть предвидеть новые события. Наконец , неразрывная связь между объяснен ием и предсказанием находит свое выражение в одинаковой логической струк туре проц ессов объяснения и предсказания . При рассмотр ении дедуктивной модели научного объяснения в качестве иллюстрации был приведен пример с объяснением иррегулярностей в движении п ланеты Уран . Результатом этого объяснения был о предсказание существовани я новой планеты . Этот вывод логически следовал из соответствующих посылок , т.е . универсальных законов механики и закона всемирного тяготения , а также специфических характеристик , относящихся к параметрам движения планет и эмпирически установленным иррегуля р ностям в движении Урана . В других случаях объяснение , как правило , относится к уже известным явлениям и событиям . Все это не сказываетс я на логической структуре . Поэтому мы може м рассматривать дедуктивную модель предсказания как дедуктивный вывод , посылка м и которого служат , с одной стороны , универс альные законы динамического типа , а с друг ой - некоторые конкретные условия , характеризующие связь ме жду общими и единичными утверждениями . По аналогии с объяснением все эти посылки мо жно было бы назвать проекта нс ом, т.е . утверждениями , н а которых базируется предсказание . Само же заключение будет тогда проек тандумом. Аналогичные замечания м ожно сделать относительно стохастических предска заний , которые основываются на статистических законах и обобщениях и заключение котор ых имеет индуктивный (вероятностный ) характер. Тождественность формальной структуры объясне ния и предсказания не означает , конечно , ч то эти методы исследования не различаются по своей природе и функциям . Объяснения относятся к событиям , явлениям , зак ономе рностям уже известным , либо существующим в настоящее время , либо существовавшим в прош лом . В отличие от этого предсказание делае тся относительно либо будущих явлений и с обытий , либо явлений хотя и существующих , но до сих пор не обнаруженных . И в том и в другом случае утвержден ие , формулирующее предсказание , имеет неопределенн ый характер , ибо его истинность или ложнос ть может быть обнаружена лишь впоследствии . Здесь возникает и различие между логическо й силой законов , используемых для объяснения и пред с казания . В то время как для объяснения необходимо привлекать н аиболее глубокие теоретические законы , для пр едсказания часто достаточно эмпирических законов и обобщений . Все эти и подобные им соображения , не говоря уже о соображениях философского характера, послужили основой дискуссии , которая развернулась вокруг проблемы о симметрии между объяснением и предсказ анием . Не претендуя здесь на решение этой проблемы , нам хотелось бы отметить , что , хотя с логической точки зрения и объяс нение и предсказание как оп р еделе нные способы рассуждений являются симметричными , с методологической и общенаучной точек з рения они существенно различны и , следователь но , асимметричны . Поэтому дискуссию по этой проблеме важно ограничить более определенными рамками.
© Рефератбанк, 2002 - 2017