Вход

Развитие главных антиковедных направлений в последней трети XIX в

Реферат по истории
Дата добавления: 23 января 2002
Язык реферата: Русский
Word, rtf, 567 кб
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать
Данная работа не подходит - план Б:
Создаете заказ
Выбираете исполнителя
Готовый результат
Исполнители предлагают свои условия
Автор работает
Заказать
Не подходит данная работа?
Вы можете заказать написание любой учебной работы на любую тему.
Заказать новую работу
РАЗВИТИЕ ГЛАВНЫХ АНТИКОВЕДНЫХ НАПРАВЛЕНИЙ В ПОСЛЕДНЕЙ ТРЕТИ XIX В. 1. Историко-филол огическое направление . Ф.Ф.Соколов. 2. Культурно-историче ское направление . Ф.Г.Мищенко . В.И.Модестов 1. Историко- филологическое направление . Ф.Ф.Соколов [175] Изучение анти чной истории окончательно складывается в Росс ии в преемственную на учную дисциплину в первой половине XIX в . Завершение этого процесса было связано с формированием Петербу ргской исторической школы в лице М . С . Куторги и его довольно многочисленных ученико в . Сильными сторонами этого научного направле ния были убеждение в н е обходимост и критического изучения истории и стремление познать общий ход ее развития , дать л огически убедительное истолкование общим историч еским процессам . При этом широко использовали сь прогрессивные идеи западно-европейской обществ енной мысли - француз с кой романтическо й историографии (в особенности Ф . Гизо ) и , в более общем плане , гегелевской философии. Стремление к историческому синтезу состав ляло и сильную и слабую сторону школы Куторги . В ту пору историческая наука е ще не располагала средствами для пр ов едения широких обобщений . Не была завершена выработка правильной научной методологии , не было также , по крайней мере в научном обиходе , такой философской доктрины , которая могла дать убедительное истолкование всему историческому процессу в целом и предл о жить идеи для столь [176] же убедительного у становления отдельных исторических закономерностей . Но главное , только еще была начата рабо та по основательному , критическому изучению и сторических источников . Предстояло подвергнуть ст рогой проверке массу непров еренных сведен ий , удалить ложное и выявить истинное и таким образом расчистить поле и подготовит ь материал для возведения больших исторически х зданий . Работы здесь был еще непочатый край ... В этих условиях стремление к историче скому синтезу стало восприни маться как склонность к постановке слишком широких пр облем , до которых наука еще не доросла . У молодого поколения ученых , формировавшихся под влиянием критических идей того же Куторги , складывалось убеждение в необходимости уточнения самих исторических фа к то в до того , как эти факты будут положен ы в основание какой-либо теории. Наука античной истории , основывающаяся в установлении своих фактов главным образом на данных античных текстов , многое могла бы получить в этом плане от той род ственной дисциплины , кот орая этими текста ми занимается , - от филологии . Однако сближению истории с классической филологией мешала традиционная ориентация этой последней на изучение эстетически значимых текстов , на их формальное лингвистическое , грамматическое или литературоведче с кое истолкование . Доста точно сослаться , в качестве примера , на зн аменитую полемику Готфрида Германа , столпа фо рмального грамматического направления в немецкой классической филологии , с другим выдающимся филологом Августом Бёком , который выступал против уз о сти грамматического напр авления и ратовал за глубокое изучение жи зни древних народов во всех ее проявления х. 1 В России , в дополнение к этому , дей ствовали и другие факторы , так сказать , вн ешнего , ведомственного характера , которые тоже затрудняли сближение истории с классической филологией . Изучение античной исто рии в елось преимущественно университетскими профессорами - М . С . Куторгой и его школою в Пет ербурге , Д . Л . Крюковым , П . М . Леонтьевым и учениками Т . Н . Грановского в Москве , М . М . Луниным в Харькове , между тем как средоточием филологических штудий была ак а демическая кафедра греческих и р имских древностей , которая вплоть до конца века замещалась [177] приглашавшимися из-за границы , из Герман ии , филологами-классиками традиционного типа (Е . Е . Кёлер , Ф . Б . Грефе , Л . Э . Стефани , А . К . Наук ). Трудно сказать , как долго продолжали сь бы поиски путей к критическому обновле нию самого основания науки о классической древности , если бы не пришла вдруг помо щь со стороны . Интенсивные археологические из ыскания вызвали к жизни в XIX в . ряд новы х источниковедческих дисциплин и сред и них - науку о надписях , эпиграфику . Тысячи греческих и латинских надписей , введенные теперь в научный оборот , дали исследователя м возможность изучать древность на безусловно подлинной , строго документальной основе . Изуч ение надписей по необходимос т и по требовало комплексного подхода , применения одновр еменно приемов и методов филологической и исторической интерпретации . Именно эпиграфика с делала возможным жизненно необходимое для нау ки о классической древности взаимопроникновение истории и филологии, доставив ист орикам недостающий им строго фактический доку ментальный материал , а филологам - повод соедин ить формальный анализ текста с его реальн ым истолкованием. С этих пор начинается новый этап в развитии науки об античности . В Западной Европе эта реформ ация в области антиковедения была связана с деятельностью вы дающихся эпиграфистов А . Бёка , А . Кирхгофа , У . Кёлера , В . Диттенбергера , Т . Моммзена и др . А . Бёк еще в 1815 г . выступил с и нициативою издания - заново и строго научным методом - всех греческих и латинских надписей , а затем и действительно начал публикацию первого большого свода греческих надписей ("Corpus Inscriptionum Graecа rum", vol. I - IV, 1825 - 1859). В работе над э тим изданием , помимо Бёка , приняли участие И . Франц , Э . Курциус , А . Кирхгоф. С 1873 г . Берлинская Академия наук приступила к новому изданию греческих надписей ; первые его тома с афинскими надписями , подготовлен ные А . Кирхгофом , У . Кёлером и В . Диттен бергером , составили "Corpus Inscriptionum Atticarum", а все издание в целом , включ а я тома с надписями , найденными за пределами Аттики , получило позднее название "Inscriptiones Graecae". К этим двум сводам добавился третий - предпринятое под руководство м Т . Моммзена издание латинских надписей ("Corpus Inscriptionum Latinarum", с 1863 г .). 2 [178] Одновременно началось широкое использование надп исей д ля углубленного исследования древней истории , при этом не только традиционных тем внеш ней , политической истории , но и не затраги вавшихся ранее сюжетов экономической , социально-по литической и культурной жизни античности , для рассмотрения которых имен н о эпиг рафика доставила впервые необходимый материал . Для примера можно указать на образцовые монографии самих первых издателей греческих надписей - "Государственное хозяйство афинян " А . Бёка 3 и "Документы и исследования по истории Делосско-аттического союза " У . Кёлер а. 4 Аналогичного рода реформация вскоре начал ась и в русском антиковедении . Здесь зачин ателями нового направления выступили ученые Петербургского университета , представители следу ющего после Куторги поколения Ф . Ф . Соколо в , И . В . Помяловский и П . В . Никитин . При этом особенно велико было значение на учной и преподавательской деятельности старшего из них Фе д ора Федоровича Сок олова (1841 - 1909 гг .). Именно Соколов первым в Росс ии сформулировал принципиальное положение о н еобходимости строго фактического , в документах , исследования древности , и он же одним и з первых дал классические образцы такого исследовани я в своих эпиграфических работах . Более того , Соколову удалось создат ь целую школу русских эпиграфистов , удачно совмещавших в своем лице филологов и и сториков . Этой школе суждено было занять в едущее место в дореволюционной русской науке об античности. 5 [179] Ф . Ф . Сокол ов первоначальное свое образование получил в петербургской духовной семинарии . В 1858 г . он поступил в Главный педагогический институт , но проучился здесь недолго , так как уже в следующем году институт был закрыт . Соколов перешел на историко-филологичес кий факультет Петербургского университета , ко т орый и окончил в 1862 г . со с тепенью кандидата. В университете Соколов специализировался по всеобщей истории , главным представителем к оторой был тогда М . С . Куторга . Правда , курса лекций по древней истории самого Ку торги Соколов , в бытность свою студентом университета , не слушал . Как раз в эти годы Куторга дважды отправлялся в дол говременную заграничную командировку и лекций в университете практически не читал . Замеща вший его на кафедре проф . М . И . Касторс кий был фигурою достаточно бесцветной , да и читал о н свой курс древней истории главным образом студентам юридического факультета , так что неизвестно , слушал ли вообще его лекции Соколов . Однако среднев ековую и новую историю читали на историко- филологическом факультете ученики Куторги М . М . Стасюлевич и Н . А . Астафьев , у мевшие донести до слушателей дух новой , кр итической науки . Таким образом , хотя Соколов и не был учеником Куторги в собственно м смысле слова , первоначальное его формирован ие как ученого , несомненно , проходило под сильнейшим влиянием и в русле с озданного Куторгой научного направления. 6 По возвращении же Куторги из-за границы не было недостатка в во зможностях и для личного общения Соколова со знаменитым профессором . Свидетельство тому , между прочим , можно обнаружить в магисте рской диссертации Соколова , где автор благода рит Куторгу за доставленные ему с ведения [180] по литературе предмета. 7 Вообще Соколов пол учил отличную с пециальную подготовку . Кроме собственно историчес кой он прошел еще и основательную филолог ическую школу под руководством превосходных к лассиков - эллиниста И . Б . Штейнмана и латин истов Г . И . Лапшина и Н . М . Благовещенск ого , одного из крупне й ших в до революционной России специалистов по римской словесности. По окончании университета Соколов три года провел на педагогических курсах . Это время он использовал не только для под готовки к будущей педагогической деятельности , но и для продолжения свои х научных занятий , в частности для написания диссер тации на степень магистра ; темой была избр ана древнейшая история Сицилии - с легендарных времен и до конца VI в . до н . э . Эту диссертацию Соколов защитил весной 1865 г ., после чего был командирован для за в ершения своей научной подготовки еще на два года за границу . "Время это , - читаем мы в автобиографической записке Соколо ва , - провел он исключительно в Германии , ст араясь пополнить пробелы в сведениях своих о Греции и Риме , для чего обращал о собенное вним а ние на изучение гре ческих надписей с археологиею и историею искусства , знакомясь в то же время с п оэтами греческой и латинской антологии , с "малыми " географами , греческими риторами II-го ве ка по р . Х ., римскими юристами древнего времени и разными схолиаст а ми ". 8 В этой краткой заметке заслуживает бы ть отмеченным упоминание Соколова о пер вых своих занятиях греческой эпиграфикой . Впо следствии этот предмет займет центральное мес то в его научных занятиях , и соответственн о исторические интересы его переместятся на более поздние эпохи - классическую и элли нистическую. Пока же , и за границей , его по-прежнему занимала история архаической Сицилии . К концу командировки у него уже окончательно сложился замысел следующую с вою диссертацию посвятить истории ранней сици лийской тирании - династии Дейноменидов (рубеж VI - V вв . д о н . э .). В письме родны м из Берлина от 13/25 апреля 1867 г . он сообща л : " ...Выбрал уже себе одним ударом тему для докторской диссертации . Буду себе писать о Гелоне и его братьях , Диноменидах , т иранах гелойских и сиракузских . У меня уже почти [181] все соб рано , что надо по этому предме ту , даже план сочинения был составлен и все давно обдумано . Ведь я только самую небольшую часть того написал на магистра , что приготовил ". 9 Этот замысел остался , однако , неосуществле нным . По возвращении из-за границы в 1867 г . Соколов приступил к чтению лекций по д ревней истории в своем родном университ ете . Разработка этого , а затем и других исторических курсов , сильно увлекла его , и написание новой диссертации по Сицилии б ыло отложено до другого времени . Однако по зднее явились иные интересы : Соколова увлекла работа по исправлению, на основан ии новых эпиграфических данных , устоявшихся в науке отдельных положений (особенно по хр онологии классического и эллинистического времен и ), и до завершения диссертации о Дейномен идах руки все не доходили . Так Соколов и не написал докторской диссе р тации . Это , однако , не помешало сначала Ист орико-филологическому институту , где Соколов также преподавал , а затем и университету , в уважение к его заслугам , избрать его на должность профессора. 10 Значение научной деятельности С околова было признано также и Петербургской Академией наук , которая в 1900 г . избрала его своим членом-корреспондентом . Помимо э того , Соколов состоял еще членом Русского археологического общества и принимал деятельное участие в работе его Классического отдел ения. Вообще же жизнь Ф . Ф . Соколова не была богата внешними переменами . Бо vльшая ча сть времени уходила у него на преподавание в университете и в Историко- филологическом институте . К последнему его пр ивязывало еще и исполнение обязанностей учено го секретаря конференции (в течение целых 20 лет , с 1871 по 1891 г .). Свободными у него оста ва л ись обычно лишь два летних месяца , которые и употреблялись на продолже ние научных занятий . Это внешне столь разм еренное существование нарушено было лишь одна жды : летом 1880 г . Соколов ездил в Грецию для того , чтобы наладить эпиграфическую практ ику своих у ч еников , которых именно по его инициативе министерство просвещения стало направлять на стажировку в Грецию для полевых занятий древностями. Внешне ничем особенным не примечательная , жизнь Ф . Ф . Соколова [182] была , однако , до предела нап олнена непрерывным и напряженным научным трудом . Соколов выступал в печати нечасто , временами наступали периоды длительного молчан ия (например , между 1868 и 1876, а затем между 1886 и 1895 гг .). Однако написанным и опубликованным в конце концов оказалось не так уж мало, 11 главное же - все почти без исключения отличается замечатель ной глубин ой и сохраняет свое значение и в наше время. Уже первая печатная работа Соколова - его магистерская диссертация по истории Сицил ии - свидетельствовала о большой учености и зрелости мысли молодого автора (Соколову бы ло тогда 24 года ). Тема для дис сертации была выбрана даже для антиковеда достато чно редкая - история античной Сицилии в ее древнейший период , до расцвета там гречес кой культуры . Однако Соколов был настоящим исследователем , его всегда тянуло к темам малоизученным , к вопросам темным и за п утанным , где открывалась возможность для самостоятельной работы . К тому же он уже тогда был убежден в необходимос ти полнокровного воссоздания исторического проце сса , ибо это одно , как он считал , могло быть условием его адекватного понимания . "Полное право имеют сказать мне , - п исал он в предисловии к диссертации , - что я выбрал предмет сухой , скучный и нез начительный ; что даже в своем периоде я отделил самую скучную , самую незначительную часть . Но точно также совершенно справедлив о я возражу , что нет безус л овн о большого и безусловно малого ; что нет ничтожной или никуда не годной истины ; что такую именно часть мне необходимо был о отделить , потому что необходимо было нач ать сначала ". 12 Высказывая это убеждение в принципиальной равнозначимости исторических сюжетов , в необ ходимости столь же обстоятельного разбора пер иодов , по общему мнению , скучных и темных , как и периодов блестящих , Соколов совершенно в духе признанных мастеров историо писания , таких , как Полибий , Макиавелли или Л . Ранке , именно в подробной реконструкции прошлого видит прелесть и пользу историч еского труда . По его мнению , "подроб ное [183] изложение исторических событий легко может возбудить интерес , победить всякие предрассудки и дос тавить известность как самому сочинению , так и событиям , которые в нем излагаются <...>. Но в чем заключается интересное, подро бное изложение ? В том , разумеется , чтобы вс е сочинение представляло связный и цельный рассказ , чтобы читатель видел взгляд описыв аемого в сочинении общества на современные исторические события , впечатление , которое эти события производили , скрытные п ричи ны и видимые (ближайшие и отдаленные ), след ствия происшествий , тайные мотивы и явные предлоги действующих лиц , чтобы было яркое и ясное описание городов и земель , чтоб были представлены выдержки из подлинных документов , чтоб были подробно охарактеризо в аны современные поэты , юристы , ис торики и философы ". 13 М агистерская диссертация Соколова - бо льшой и оригинальный труд , который может с лужить образцом конкретного исторического исслед ования . В диссертации подробно рассматривались : история древнейших жителей Сицилии (главным образом сиканов и сикулов ) до появле н ия греков ; затем , древнейшие снош ения греков с Сицилией , основание греческих колоний в восточной части острова , расширен ие территории и политическое состояние этих колоний в VIII и VII вв .; наконец , отношения греков к сикулам в эти же века и религия сикул о в . По справедливому отзыву С . А . Жебелева , это была для сво его времени "первая вполне научная , обстоятель ная и самостоятельная работа по древнейшему периоду истории Сицилии во всей европейс кой литературе ". 14 Замечательна проявившаяся уже в этой первой работе совершенная самостоятельность Соко лова как исследовате ля . Выступая вслед за Куторгой в русле утвердившегося критиче ского направления , воздавая должное заслугам своих предшественников , Соколов вместе с тем - и это тоже роднит его с Куторгой - здраво судит об уже обозначившихся недоста тках победившей на Западе критической школы . Подобно Куторге он протестует прот ив укореняющегося гиперкритицизма , против излишне го недоверия к античной традиции и обусло вленного этим увлечения критикою и исправлени ем текста древних авторов . Сознавая всю от ветственность своего выст у пления прот ив непререкаемого в то время авторитета з ападно-европейских , в первую очередь немецких филологов-классиков , Соколов [184] замечает : "Ведь это чистый бунт , восстание начинающего ученика против заслуж енных и почтенных учителей . Но учиться у них я не перестал и не перестан у , а все-таки , ради истины , считаю долгом указать на ту неправду , которая гнездится по местам в их сочинениях . Мне кажется , что ее можно разделить на три главны е формы : фикции догадок об исторических фа ктах , фикции догадок в испра в лении текста древних писателей и фикции излишн его неверия и скептицизма . Все это происхо дит от смелости при обращении с древними писателями , смелости , которая легко образуетс я от привычки видеть в древних сочинениях массы лжи , ошибок и недоразумений ". 15 И далее он приводит убедите льные примеры всех указанных им видов ученой "неправды ". Эта высокая степень понимания задач и возможностей научной критики поражает в молодом ученом . Она делает его достойным , т . е . способным к самостоятельному продолжению , восприемником заложенного Куторгою в Петерб урге научного направ ления . Великолепно ох арактеризовал эту черту в Соколове С . Н . Валк : "Ф . Ф . Соколов , подобно Куторге , выст упает под знаменем исторической критики , но исторический критицизм для него уже не откровение , а прочно приобретенное научное на следие , и это дает ему возможность выступить с первого же своего шага н а научном поприще в положении не восторже нного неофита этой критики , а уже в ка честве антикритика ее новейших извращений ". 16 Заметим только , что и в деле антикритики образцом для Соколова мог быть все тот же Куторга , который тоже поднимал уже голос против крайност ей гиперкритицизма. Диссертация Ф . Ф . Соколова интересна н е только тем , что по ней можно судить о научных взглядах молодого автора ; она содержит также материал , позволяющий вынести суждение и о его взглядах политических . Замечательно выдвинутое Соколовым и менно в связи с углубленным рассмотрением куль туры догреческого населения Сицилии положение о том , что надо изучать историю не только "победителей ", но и "побежденных ". Приверж енностью к высоким гуманистическим идеалам пр одиктованы его заявления о том , чт о греческая колонизация была в сущности "цивилизованным притеснением " местных племен , что эти племена до прихода греков вовсе не стояли на стадии "новозеландской дикости ", как [185] утверж дали Дж . Грот и некоторые другие западные историки , что , напротив тог о , туземцы Сицилии успели создать собственную оригиналь ную культуру , развитие которой было насильств енно прервано вторжением греков. 17 Эти общие положения затем в еликолепно подтверждаются Соколовым на материале религии сикулов . Вообще надо заметить , чт о в научной литературе нигде с такой полнотой не разобраны в опросы этногенеза , истории и культуры древнейших жителей Си цилии , как это сделано в магистерской дисс ертации Ф . Ф . Соколова. Как было уже сказано , начало преподава ния в Петербургском университете сильно увлек ло Соколова в сторону от занятий Сицилией . Именн о в связи с разработкой под робного курса греческой истории стояло опубли кование им второй большой работы , посвященной проблеме Гомера. 18 В сочинении , далеко превзошедше м обычный объем журнальной статьи , молодой петербургский ученый подверг самому строгому и , можно сказать , беспощадному разбору все многочисленны е построения по гомеровском у вопросу , возникшие со времен Ф . А . Во льфа . По своим взглядам Соколов - и в э том он опять сходен с Куторгой - убежденны й унитарий . Он решительно отвергает доводы , воздвигнутые новейшими критиками Гомера , и признает гомеровские п оэмы произведения ми едиными , цельными , принадлежащими несомненно одному автору . "Единство "Илиады " и "Одиссеи ", - заявляет он в заключение своего разбора , - есть также , строго говоря , гипотеза , но она стоит на несравненно более твердых ос нованиях , чем их д робность : она с тоит на общем предании древности , на единс тве дошедшего до нас текста , на художестве нной целости поэм . Доказать свое мнение до лжен тот , кто восстает против единства , та к как он говорит и против предания , и против существующего факта . Onus p r obandi л ежит на противниках единства . Мы можем быт ь вполне уверены , что они падут под тя жестью этой задачи ". 19 Хотя спор о Гомере не окончился и после Соколова , нельзя не заметить , что с тех пор многое - и открытие Г . Шлим аном Трои , и обнаружение и прочтение древн ейшей (от II тыс . до н . э .) греческой письм еннос ти - укрепило позиции тех , кто суд ил о Гомере [186] в согласии с античным преданием . Пр едсказанию Соколова , столь решительно сформулиров анному в конце его статьи о гомеровском вопросе , похоже , суждено будет сбыться... С начала 70-х гг . Соколов все более об ращается к эпиграфике , которая пост епенно становится главным предметом его научн ых занятий . В 1876 г . он публикует свою пе рвую эпиграфическую статью "Замечания о списк ах дани союзников афинских ". 20 Это пока еще общий обзор большой группы надписей , сохранивших списки подати , которую афиняне взимали со своих союзн иков во времена Первого Афинского морского союза . С самого начала Соколов указывает на исключительную важность рассмат риваемого им эпиграфического материала . Сожалея , что эти надписи дошли до нас в обл омках , он замечает : "Если бы мы имели п олные списки да н и , взятой афинянам и с подвластных городов , за все годы а финской власти , то у нас были бы драго ценные и документальные сведения как об о тношениях афинян к союзникам , о крепости и продолжительности афинской власти , так и об относительном богатстве каждого г о рода , о материальных средствах значительн ой части греческого мира ". 21 Однако и в нынешнем своем виде эт и надписи , по мнению Соколова , представляют ценный источник сведений , позволяющий уточнить наши представления по таким именно повод ам , где литературная традиция оказывается нед остаточной . Особо подчеркивает Сок олов зн ачение цифровых данных : "Всего важнее в сп исках дани статистические цифры , которые могу т быть из них выведены : мы так мало имеем статистического материала в древней истории , что всякая достоверная цифра драгоце нна ". 22 Хотя статья имеет целью дать общую характеристику избранной группе греческих надп исей , автор , будучи внимательным наблюдателе м , уже делает ряд конкретных выводов . Так , просматривая перечень взносов греческих гор одов Малой Азии (Мирина , Кима , Клазомены и др .), Соколов отмечает , что "в территории многих малоазийских городов существуют под афи н ской властью отдельные общины , платящие особую дань афинянам ". Отсюда он делает важный вывод о политике афинян : "В списках дани видны следы [187] стремления афинян ослабит ь большие подвластные им города раздроблением на несколько общин ". 23 От общих обзоров и отдельных замечани й Соколов скоро перешел к монографич е ским исследованиям , стараясь на основе скрупу лезного анализа надписей пролить новый свет на еще неясные периоды или события д ревней истории . При этом его особенно прив лекало время эллинизма - III и отчасти II в . до н . э ., где как раз оставалось много тем н ых пятен и где все умно жающийся эпиграфический материал мог дать нов ые отправные точки для наступления на эти пятна . В 1879 г . Соколов печатает большую статью "Афинское постановление в честь Аристо маха Аргосского ". 24 Здесь он заново разобрал и разъяснил содержание большой афинской надпис и (CIA, II, I, № 161), н еправильно понятой У . Кёлеро м и И . Г . Дройзеном. Надпись содержит декрет афинян в чест ь некоего Аристомаха из Аргоса , в ней упоминается также о совместной войне афинян и аргивян против какого-то Александра . Кё лер , а вслед за ним и Дройзен отождест вили этог о Александра с Александром В еликим и отнесли надпись к 336 г . до н . э ., когда , после смерти Филиппа , в Греции грозило начаться антимакедонское движение . О днако Соколов доказал , что честуемый афинянам и Аристомах мог быть только Аристомахом С таршим , аргосск и м тираном середины III в . до н . э ., а совместная война афиня н и аргивян против Александра - войною про тив Александра , сына Кратера , племянника макед онского царя Антигона Гоната . Эту войну аф иняне и аргивяне вели как союзники Антиго на Гоната , от которого о т ложился Александр , сын Кратера . Само постановление было отнесено Соколовым предположительно к 254 г . до н . э. Статья об афинском постановлении в че сть Аристомаха Аргосского - первая фундаментальная работа Соколова , выполненная на основе эп играфического мат ериала . Это , по своему , образцовое исследование . В нем не только разъяснен смысл избранного документа , но и внесены - именно на основании этой интерп ретации - необходимые коррективы в наши предст авления о той исторической обстановке , к к акой этот документ относится . Эта работа показала , прежде всего самому Соколову , какие большие возможности [188] открываются перед исследователем античности при надлежащем использовании эпиг рафического материала . Несколько лет спустя в большой актовой речи в Петербургском Ис торико-филологическом институте , целиком посвя щенной обзору III в . до н . э . (1886 г .), 25 Соколов уже прямо заявляет об основополагающем значении данных надписей : "Эти камни становятся действительно краеугольными камнями всей науки классической древности . На них должно быть выводимо всякое ист орическое построени е ". И дальше он фор мулирует основной принцип источниковедческой раб оты антиковеда : "Два главные правила историчес кой критики : текст авторов поздних и неточ ных не должно принимать слишком буквально и точно и слишком много выводить из фраз необдуманных , слу ч айных ; наобор от , текст официальных актов , надписей должно толковать самым близким и точным образом . Из камней мы можем делать далекие и все-таки верные заключения , так как сохранив шееся вполне достоверно доказывает существование такого факта , который необ х одимо связан с сохранившимся , если мы можем доказать , что одно без другого не могло быть ". 26 По роду своей деятельности Ф . Ф . Со колов был прежде всего университетским профес сором . К чтению курса древней истории он относился с исключительной серьезностью и практически подчинял свои научные занятия задачами этого курса . В печатных работах он обычно обосновывал те свои взгляды по отдельным поводам , которые он высказывал в университетском курсе . Так обстояло дел о уже со статьей по гомеровскому вопросу . В этой же связи , т . е . в связи со стремлением доставить дополни т ельн ое обоснование высказанным в университетском курсе спорным положениям , стояло большое науч ное предприятие , к исполнению которого Соколо в обратился в последние годы своей жизни. 27 Это был замысел написать до 45 исследовательских статей по темным и сп орным вопросам античной истории . Статьи должн ы были публико ваться в отделе классич еской филологии "Журнала министерства народного просвещения " под общим заглавием "В области древней [189] ист ории ". 28 С 1897 г . Соколов успел напечат ать 22 таких этюда ; лишь смерть прервала пот ок этих его в высшей степени ценных п убликаций. Статьи из цикла "В области древней истории " каса ются самых разнообразных в опросов античной , преимущественно греческой истор ии . Хронология так называемого Пятидесятилетия (периода греческой истории от решающих побе д греков в войнах с персами до начала Пелопоннесской войны , т . е . с 479 до 431 г . до н . э. ) , статус афинских военн ых колонистов-клерухов , взаимоотношения лакедемонян с их союзниками после Пелопоннесской войны , отношения между Македонией и халкидикскими городами в первые десятилетия IV в . до н . э ., организация общегреческих пифийских и немейских празднеств , конституция Этоли йского союза , хронология событий греческой ис тории III и римской истории IV в . до н . э ., - таков далеко не полный перечень сюжетов , затронутых в этих статьях. В большинстве случаев поводом к перес мотру какого-либо исторического вопроса служ ит для Соколова новый эпиграфический или иногда также папирусный документ . Ясная поста новка вопроса , исчерпывающая характеристика новог о памятника (документ нередко приводится полн остью в оригинале и сопровождается возможно точным переводом ), критическая прове рка наличной традиции в связи с появление м нового источника и , наконец , на этой основе , уточнение старого или установление но вого исторического факта , - таковы примечательные черты этих этюдов Соколова . Добавим к этому превосходную манеру изложения - ясную , неспешную и вместе с тем предель но лапидарную . Статьи Соколова - не только образцовые ученые сочинения ; они являются так же великолепным памятником русской научной пр озы. Мы упоминали о связи ученых занятий Соколова с его университетской практикой . Пора , наконец , обратиться к обзору и этой части его деятельности . В Петербургском университете и в Историко-филологическом инс титуте Ф . Ф . Соколов читал курсы античной истории , то общие , Греции и Рима вмест е , то специально одной лишь греческой и стории . Свой первый преподавательски й год Соколов [190] открыл именно таким специальным курсом по истории Греции . О характере этого курса - строго научного , критического именно в духе того направления , которое заложил в Петербургском университете Куторга - можн о судить по следующему отчету самого Соко лова : "Первая половина специального курса греч еской истории <...> посвящена была исчислению и разбору источников греческой истории (писателей , надписей и памятников неписьменных ), причем из надписей важнейшие п о содержан ию были разобраны , некоторые , как образец юридических форм , приводимы были вполне , а самые древние были рассмотрены как источники для истории греческой азбуки ; из памятник ов неписьменных исчислены были все здания (или развалины их ) и все статуи и рельефы , несомненно принадлежавшие к др евнейшему времени (до конца V-го века перед р . Х .), а из сосудов и монет - почему- либо особенно замечательные . Вторая половина курса имела предметом разбор некоторых спорны х вопросов из древнейшей греческой истории, как вопрос о Гомере , о разных толкованиях мифов , о времени основания ко лоний и т . д ., причем были приводимы и подробно обсуживаемы все места древних п исателей , служащие источниками , и взвешиваемы главные доводы новых ученых , представителей р азных сторон в споре ". 29 Сохранился ряд гектографированных изданий этих куров по запискам студентов. 30 Все они свидетельствуют о б исключительном богатстве того материала , который Соколов предлагал на лекциях сво им слушателям . И здесь он следовал тем главным правилам , которые были сформулированы им еще в магистерской диссертации . Изложе ние должно быть предельно подробно , ибо "ф акты исторических событий , только во всех своих подробностях взятые , [191] и в связи со всем и предшествующими и последующими событиями , т олько тогда могут быть узнаны как следует ". 31 Ценность самих фактов постольку именно велика , поскольку сомнительны общие теории : "В истории подвести всё под общи е начала нельзя ; еще будет значительный остаток - элемент личности человеческой ". 32 Однако факты древней истории не даны нам в готовом виде , их надо бно установить : историк древности , как и л юбого другого раздела истории , "не освобождает ся от обязанности доказать изучаемый факт ". 33 Реконструкция должна быть возмо жно полной и достоверной , а для этого необходимо использовать - пр и соответствующей критической проверке - весь без исключения дошедший до нас материал . При этом очев идно , что преимущественное значение перед все ми другими видами источников имеют документы , надписи : "Лучше всего доказываются историческ ие события не столь к о мемуарами , сколько официальными документами , которые уже сами по себе носят характер достоверност и ". 34 Построенные с учетом таких требований , лекции Соколова могли быть замечательным в ведением в науку древней истории для всяк ого , кто захотел бы познакомиться с нею поближе . Однако желающих дойти до такого близ кого знакомства никогда не было особенно много . Поэтому подробные , отягощенные критическим разбором свидетельств и мнений лекции Соколова не пользовались успехом в массовой студенческой аудитории . Слушатели именно жаловались на перегруженность лекций С око л ова фактическими подробностями , н а игнорирование лектором общих построений , ко торые могли бы облегчить неспециалистам усвое ние его предмета . Эти обвинения выглядели тем более обоснованными , что сам профессор ни на шаг не желал отступить от сво их принципов и проводил их в ж изнь , не считаясь с незаинтересованностью или неподготовленностью своих слушателей . Ответом со стороны студенческой массы являлась неп риязнь к лекциям "ученого педанта ", неприязнь , которая порождала искаженное представление о методе Сокол о ва , о его сугубо м фактопоклонничестве , о каком-то особом скепс исе , о безусловной враждебности его любым проявлениям теоретической мысли. 35 [192] Исчерпывающим образом на эти обвинения ответил в сво е время один из самых выдающихся учеников Соколова Сергей Александрович Жебелев : "Если сказать откровенно , лекции Ф . Ф . [Сок олова ] были так подробны , так обстоятельны и так исчерпывали предмет с фактической с тороны , что при желании , при работе и п ри вдумчивом отношении к сообщенному материал у "общие построения " <...> могли бы быть без особого труда выведены сами собою. Но , конечно , для этого требовалась работа , и работа настойчивая , со стороны самих слуш ателей , а помощи со стороны профессора - не будем греха таить - давалось при этом мало . Было ли худо или хорошо такое ве дение дела ? Знаю , что огромное большинство скаже т - "худо ". И я не намерен быть апологетом манеры чтения лекций [193] Ф . Ф ., но счи таю себя вправе сказать одно : в университе тском преподавании , в особенности в преподава нии такого центрального предмета , каким являе тся история , должны быть , по моему разумен ию , представлены всякого рода манеры и методы ; и если одни из преподавателей клонят свое преподавание главным образом в сторону "общих построений " и правы с с воей точки зрения , то почему другим препод авателям не вести дела и по противоположн ому направлени ю ? Сознательные студенты , которые пришли в университет учиться и усовершенствоваться в своем развитии , сумеют или должны , по крайней мере , суметь ра зобраться в этих различных направлениях метод а преподавания , и они изберут то , к чем у более питают склонност и ". 36 Кроме более или менее общих курсов по античной исто рии , Соколов читал еще в университете специальный курс по гр еческим государственным и религиозным древностям , освещая , таким образом , наряду с фактами истории еще и важнейшие институты древне греческого общества. 37 Как всякий классик , Соколов читал со студентами и древних авторов . Одн ако особое значение в плане п одготовк и будущих специалистов-антиковедов имели практиче ские занятия эпиграфикой , которые он на пр отяжении многих лет регулярно , из года в год , по пятницам , вел у себя на до му с избранным кругом учеников . "Занятия э ти , - вспоминал позднее С . А . Жебелев , - заключались в чтении и объяснении гречески х надписей большею частью по сборнику Дит тенбергера <...>. В течение двух лет , в которые я участвовал на "пятницах ", был прочтен и объяснен весь Диттенбергер (тогда было еще только 1-ое издание ). Количество участ н иков в занятиях было неодинаково е (свыше восьми оно , при мне , во всяком случае , не доходило ), регулярных посетителей было двое-трое <...>. Каждый из участников по очереди прямо должен был переводить , не читая вслух греческого текста , пришедшуюся на его до л ю надпись <...>. Перевод требовался точный , буквальный ; [194] ошибки при переводе , конечно , исправлялись и объяснялись . Или по прочтени и всей надписи (если она была не очень большая ), или по мере чтения ее давали сь Ф . Ф . ее объяснения , иногда с очень подро бными экскурсами и отклонениями ; иной раз этих объяснений Ф . Ф . требовал и от переводившего надпись . Дело велось не спеша , никакая деталь , как бы она ни была незначительна , не оставлялась без всестороннего разъяснения ". 38 Велико было значение этих домашних се минаров Ф . Ф . Соколова . Именно здесь , при занятиях над писями , его ученики окончат ельно проникались убеждением в необходимости строго научного изучения античной истории , т . е . исследования событий и фактов этой истории по первоисточникам , по документам . З десь же они овладевали необходимыми для т акой работы пр и емами историко-филолог ической критики. Не довольствуясь этим , Соколов выступил с инициативою и добился от министерства просвещения регулярного командирования в стран ы классической культуры , в первую очередь в Грецию , своих наиболее перспективных ученик ов , с тем , чтобы они там , так сказ ать , на месте , завершали свою археологическую (в широком смысле слова ) и эпиграфическую подготовку . Чтобы наладить эту необычную практику , он сам в 1880 г . на короткое вре мя съездил в Грецию . Первыми отправились н а стажировку в том же году В . К . Ернштедт и В . В . Латышев , за ними последовали Д . Н . Корольков , А . В . Никит ский , Н . И . Новосадский , А . Н . Щукарев , Р . Х . Лепер , С . А . Селиванов , все ставшие затем крупными оригинальными учеными того именно типа , который был воплощен в и х учителе . Последний не оставлял их своим вниманием и советами ни тогда , когда они были за границей , ни тогда даже , когда они стали совершенно самостоя тельными специалистами. 39 На правах старшего друга и прежнего наставника он подверг внимательному , вполне дружескому , но вместе с тем ве сьма взыскательному разбору первые большие труды А . В . Никитского , С . А . Жебелева и [195] В . В . Латышева. 40 Рецензии Соколова на работы этих молодых ученых - замечательный образец продолжающегося руководства старшим научною рабо тою своих младших коллег. Вообще ученая и преподавательская деятель ность Ф . Ф . Соколова должна быть признана в высшей степени счастливою именно потому , что , служа научной истине , он не только сам сумел многое сделать , но и подготовил к тому же целую плеяду учен иков , которые еще при жизни учителя показа ли себя достойными продолжателями заложенных им традиций . Для п р имера укажем на замечательное предприятие - издание свода античных надписей Северного Причерноморья , осущ ествленное под эгидою Русского археологического общества , при посредничестве Ф . Ф . Соколов а , одним из его старших учеников В . В . Латышевым . Идея этого издания воз никла еще в 70-х годах , и первоначально в исполнители замысла предназначался сам Ф . Ф . Соколов . Однако другие ученые занятия и труды , связанные с преподаванием , не д али Соколову возможности самому осуществить э тот проект , и тогда , в 1882 г ., он предложил Археологическому обществу доверить исполнение намеченного труда В . В . Латыше ву. 41 Общество согласилось с рекоменд ацией Соколова , и результатом явилось эпиграф ическое издание , равных которому до сих по р нет в отечественном антиковедении , - "Inscriptiones antiquae orae septentrionalis Ponti Euxini", в тр ех больших томах , вкл ючивших в себя около 1500 греческих и латинск их надписей в отличном воспроизведении , с превосходным филологическим и историческим комме нтарием. 42 Оценивая в целом деятельность Ф . Ф . Соколова , мы должны признать за ней зна чение поворотного пункта в истории русской науки об античности . Соколо в не тол ько сознавал вообще необходимость строго науч ного , критического изучения древней истории . Э то сознание и стремление действовать в со ответствующем духе были свойственны уже М . С . Куторге . Особая заслуга Соколова состоял а в том , что он первым в Росс и и правильно оценил значение эпиграфическо го документа как того вида исторического материала , [196] котор ый один может дать гарантию достоверности научной реконструкции , при условии , конечно , надлежащей комплексной историко-филологической интер претации этог о материала . В целом ряде своих работ Соколов великолепно показал , как надо заниматься историческим исследованием на основе анализа документа . Более того , введя в обиход университетского преподавателя эпиграфику , он сумел воспитать в своем духе целую школ у учеников , которы е многочисленными своими трудами содействовали укоренению соколовского историко - филологического направления в отечественном антиковедении. Ученая и преподавательская деятельность Ф . Ф . Соколова - необходимый этап в развитии нашей науки о б античности . Досужими выглядят повторяющиеся до сих пор рассуж дения о каком-то особенном фактопоклонничестве Соколова. 43 Они порождены недоразумением ил и , говоря прямее , непониманием логики отдельно го исторического исследования , закономерности раз вития науки истории в целом . Соколов был абсолютно прав в своем у беждении , что любое историческое исследование должно начинаться с реконструкции факта . Последний никогда не бывает дан в готовом виде ; его необходимо воссоздать с помощью наибол ее достоверного материала , т . е . лучше всег о по документам . В принципе это вер н о даже для тех случаев , когда ученый , кажется , может опереться на работ у [197] своих пред шественников и когда , благодаря этому , возника ет соблазн , минуя стадию "черновой " аналитическ ой работы , прямо приступить к синтезу . Тот , кто поддается такому соблазну, поневоле оказывается в зависимости от чужой воли ; мало того , отказом от самостоятельной ре конструкции интересующих его фактов он лишает свою работу естественной предпосылки , своего рода инерции , столь важной для спонтанног о развития мысли . В России в XIX в . выполнение этих условий было тем более необходимым , что работа по воссоздани ю реальной подосновы в любой области исто рического знания вся еще была впереди , и Соколов начал с того , с чего он д олжен был начать , - с достоверной реконструкции исторического факта. Ф . Ф . Соколов по праву считается за чинателем в русском антиковедении специальных эпиграфических штудий , однако в этом своем почине он не был одинок . Вообще описа нный выше поворот в отечественной науке о б античности не был , да и не мог б ыть , делом од ного ученого , сколь бы продуктивным ни было его творчество . Были и другие специалисты , в частности в том же Петербургском университете , которые рано оценили перспективность эпиграфических исследов аний и внесли свою лепту в развитие н ового направления. Так, независимо от Соколова обратилс я к эпиграфике другой видный петербургский исследователь античности Иван Васильевич Помял овский (1845 - 1906 гг .). 44 Воспитанник Петербургского универс итета , Помяловский был учеником профессора Н . М . Благовещенского , известного в свое вре мя исследователя римской литературы и анти чного искусства . Магистерская диссертация Помяловского была посвящена римскому писателю I в . до н . э . М . Теренцию Варрону , его жизни и некоторым вопросам его литературно й деятельности. 45 В 1873 г . вышла в свет докто рская диссертация Помяловского "Эпиграфические эт юды ", в которой он изложил результаты свои х эпиг рафических изысканий , проведенных в о время длительной командировки в Италии . "Этюды " Помяловского состоят [198] из двух частей : 1) древние наг оворы (tabulae defixionum) и 2) римские колумбарии . До Помяловс кого эти разделы эпиграфики не служили ещ е предмето м специальных изысканий ни в русской , ни - в своей первой части - в западноевропейской литературе . В 1881 г . вышел в свет составленный Помяловским для V Археол огического съезда в Тифлисе "Сборник гречески х и латинских надписей Кавказа ", удостоенный в 1882 г . Русским археологическим общ еством золотой медали . Это был первый выпо лненный по строго научным принципам сборник греческих и латинских надписей , найденных на территории нашей Родины . В этом смыс ле он непосредственно предшествовал знаменитому изданию се в еропричерноморских надпис ей , предпринятому позднее В . В . Латышевым. Помяловский был активным деятелем Русског о археологического общества , в котором он с 1893 г . и до самой смерти занимал почетн ую должность управляющего отделением археологии древнеклассичес кой , византийской и запад ноевропейской . Особенно велики были его заслу ги в деле издания трудов Археологического общества . Кстати , он был одним из инициа торов и только что названного осуществленного Латышевым издания полного свода северопричер номорских над п исей. Однако Помяловский не был только учен ым и организатором науки ; долгие годы он состоял профессором (а одно время также и деканом ) историко-филологического факультета Петербургского университета и на этом попр ище , так же как и Соколов , много сделал для развития русской эпиграфической шк олы . По отзыву С . А . Жебелева , "Помяловский первый ввел в обиход нашего университетс кого преподавания римскую эпиграфику , и в этом отношении он , наряду с Ф . Ф . Сокол овым , должен быть признан архегетом многочисл енной уже т еперь школы русских эпиграфистов ". 46 Другим крупным учен ым , также обрат ившимся в 70-е годы к изучению надписей , был Петр Васильевич Никитин (1849 - 1916 гг .). 47 Воспитанник Петербургского Историк о-филологического [199] института , Никитин был учеником академика А . К . Наука , у которого он прошел прекра сную филологическую школу . Свое высшее образо вание Никитин завершил в Лейпцигском ун иверситете , студентом которого он состоял в течение некоторого времени. Первоначальное направление научных занятий Никитина - изучение древнейших греческих диалек тов - было чисто филологическим , однако показат елен был конкретный выбор , сви детельствов авший о стремлении молодого ученого при р еконструкции филологических фактов опереться так же и на материал надписей . Уже первая печатная работа Никитина "О древнекипрском ди алекте " 48 была основана на глубоком и зучении эпиграфического материала . В этой раб оте Никитин , по позднейшему отзыву С . А . Жебеле ва , "рассмотрел фонетику и формы диалекта силлабических надписей , причем знач ительно пополнил собрание фактов , данное его предшественниками по изучению древнекипрского диалекта , и указал на генеалогическую связь некоторых явлений этого диалекта с однор одн ы ми явлениями в других , преимущ ественно эолийских диалектах ". 49 Намеченные в этой первой ра боте вопросы получили дальнейшую разработку в магистерской диссертации Никитина "Об основа х для критики текста эолических стихотворений Феокрита " (Киев , 1876). Это основательное исследова ние , по оценке такого выдающегося ф ило лога , каким был Г . Ф . Церетели , в течени е долгих лет сохраняло значение краеугольного камня для развития соответствующих диалектол огических изысканий. 50 Новый этап в научной деятельности Ник итина был связан с обращением к изучению афинских надписей , именно той их группы , которая касается организации театральн ы х представлений ; в связи с этим его ис следования приобретают новый , отчетливо выраженны й историко-филологический характер . В 1881 г . он опубликовал "Обзор эпиграфических документов по истории аттической драмы ", 51 а в следующем году защитил докторскую диссертацию "К истории афинских драматических состязаний " (СП б ., 1882). [200] Эта обширная монография написана Никитиным на основе глубокого и всестороннего изучения всего изве стного тогда по данному вопросу литературного и эпиграфического материала . Найденные на афинском акрополе надписи , относящиеся к ус тройству д раматических состязаний , явились для исследователей классической древности ценн ым источником , который позволил составить дос таточно полное представление о состоянии теат рального дела у древних афинян , а по н ему - и у других греков . За двадцать с лишним ле т до знаменитого авст рийского эпиграфиста Адольфа Вильгельма , автора классического по этому вопросу труда, 52 Никитин вполне самостоятельно , досконально исследовал трудный материал официаль ных аттических документов и на его основе пришел к целому ряду выводов , имеющих принципиальное значение для правильного сужден ия об организации театральных представлен ий в древних Афинах . В частности он до казал , что постановкой драматических представлени й ведали не отдельные филы , а государство в целом ; он разъяснил также такие спе циальные вопросы , как состав и порядок дра матиче с ких состязаний и отношение актеров к драматургам. Работа Никитина справедливо была оценена как крупное явление в русской науке об античности . С . А . Жебелев , выражая общее мнение специалистов , писал позднее : "В рус ской ученой литературе книга П . В . [Никитин а ] была , в сущности , первой большой работой , в которой эпиграфические памятники и спользованы были в таком широком масштабе , с таким большим уменьем . Не будучи учен иком Ф . Ф . Соколова , создателя эпиграфических штудий у нас в России , П . В . [Никитин ] проникс я , так сказать , его "эпиг рафическим духом ", и его книга открыла соб ою длинную серию работ русских ученых , раб от , основанных на изучении эпиграфических пам ятников ". 53 Историко-филологические исследования по теме афинских драматических состязаний отражают н аиболее результативный период научной деятельнос ти Никитин а . В дальнейшем он вновь обратился к чисто филологическим изысканиям . Подобно своему учителю А . Науку он мног о занимался критикою и исправлением текста дошедших д нас сочинений античных авторов . Среди его работ этого круга выделяются обстоятельные исследо в ания , посвящен ные тексту [201] к омедий Аристофана и морально-политических трактат ов Плутарха. 54 П . В . Никитин был видным университетск им и академическим деятелем . В Петербургском университете , где он начал преподавать с 1879 г ., он занимал должности ректора и д екана историко-филологического факультета . В Акаде ми и наук , куда он был избран еще в 1888 г ., он был вице-президентом , а в Р усском Археологическом обществе - управляющим его классическим отделением , сменив на этом п осту умершего И . В , Помяловского. 55 Занимая высокие административные почты в университете , в Академии наук и в Археологическом обществе , Никитин деят ельно способствовал развитию отечественной науки об античности . Он был убежден в том , что классическое образование необходимо историку и филологу любого профиля и в сячески ратовал за сохранение преподавания гр еческого и латинского языков в тогдашних гимна з иях. В официальной записке , представленной в министерство просвещения , он писал по повод у предложения упразднить преподавание древних языков в средней школе : "Если это предло жение будет принято , русской историко-филологическ ой науке нанесен будет тяжелый у дар . По классической филологии , по-видимому , не с лишком много слез прольется , но убиты буду т и другие отделы науки , к которым не принято относиться с таким жестоким прен ебрежением : из русской науки придется вычеркн уть , например , почти всю древнюю историю, многие важные части средней истор ии , сравнительного языкознания , истории философии , истории искусства , истории всеобщей литерату ры , истории русской литературы ; даже вопрос о происхождении русского государства придется предоставить [202] в полное ведение не мцев . Может быть , средней школе не должно быть и дела до историко-филологической науки ; но откуда же помимо этой науки будут получаться те гуманитарные начала в составе преподавания средней школы , которыми так дорожат и противники классических гимназий ?" 56 Отстаивая , таким образом , дело классическо го образовани я , Никитин , однако , вполне сознавал необходимость гибкого и реалистичного подхода к решению этой проблемы . Он н икогда не был сторонником "принудительного кл ассицизма " и , более того , неоднократно подчерки вал , что такой "классицизм из-под палки " (его собств е нное выражение ) не может принести ничего , кроме вреда. Возвращаясь к теме эпиграфических занятий , отметим , что ряд русских ученых , обративш ихся в 70-е гг . XIX в . к изучению надписей , не ограничивался тремя названными именами . Нельзя обойти молчанием , напри мер , труды Ивана Владимировича Цветаева (1847 - 1913 гг .), бывшего , наряду с И . В . Помяловским , крупнейшим с пециалистом по латинской эпиграфике. 57 И . В . Цветаев высшее образование свое получил на историко-филологическом факультете Петербургского университета , где под руководств ом профессора Н . М . Благовещенског о он , так же как и Помяловский , специализирова лся по римской словесности . После дополнитель ной двухлетней стажировки при Петербургском у ниверситете Цветаев начал преподавать римскую словесность в Варшавском университете , а за тем перешел в Киевский и , нако н ец (в 1877 г .), в Московский университет , профессором которого оставался до самой см ерти. Научные интересы Цветаева в первые дв а десятилетия его ученой деятельности были сосредоточены в области латинской филологии . [203] Его магистерск ая диссертация была п освящена критическом у исследованию текста тацитовской "Германии ". 58 Постепенно его филологические и зыскания приобретают отчетливо выраженный лингви стический характер . Он обращается к изучению исторической морфологии и , в частности , п адежных форм латинского языка. 59 При этом он сознает , что изучение явлений латинского языка невозможно без привлечения параллельного мат ериала других италийских диалектов , нашедших отражение в древних региональных надписях "малых на родов " Италии. С целью изучения италийских диалектных надписей Цветаев совершает две продолжительные поездки в Италию (в 1874 - 1875 и 1880 гг .), во время котор ых тщательно сличает на ме сте ранее изданные надписи , разыскивает новые , старательно списывает и калькирует их дл я последующего изучения и издания. 60 Он поставил своей целью охв атить весь интересующий его материал и за ново , более точно и более полно , чем эт о было сделано в свое время другими (в частности , и Т . М оммзеном , много з анимавшимся этим разделом эпиграфики в 40-е гг .) издать , свод диалектных надписей древне й Италии. Результатом его самоотверженного труда бы ло опубликование ряда сборников эпиграфических памятников , происходящих из Нижней (надписи осков ) и Центральной Италии (надписи пице нов , пелигнов , марсов , вольсков , фалисков ). 61 К этим изданиям , которые по справедливости были оценены научною критикою как образцовые, 62 примыкают и отдельные исследова тельские статьи [204] Цветаева , публиковавшиеся им в 80-х г г . в "Журнале министерства народного просвещен ия " под общим заголовком "Италийские надписи ". 63 Все эти труды - и публикации , и исследования - составили важный этап в ра звитии италийской эпиграфики и диа лектологии . Они содействовали углубленному изучен ию языка и культуры малых италийских наро дов , а этим , в свою очередь , и более основательному пониманию особенностей собственно латинской , римской культуры. Эпиграфические тр уды составляют важне йшую часть научного наследия И . В . Цветаев а , однако не исчерпывают его . С конца 80- х годов ученый все более стал обращаться к изучению культурных и исторических реа лий . Его интересовали и погребальные обряды , и развитие школьного дела и обр азования у римлян. 64 В Московском университете , пере йдя с кафедры римской словесности на кафедру теории и истории изящных искусст в , он много сделал для развития искусствов едческих занятий античностью . Его усилиями ск ромный музей слепков при Московском университ ете превратился в богатейшую коллекцию , котор а я легла в основу открытого в 1912 г . Московского музея изящных искусств . И . В . Цветаев был создателем и первым дире ктором этого музея (ныне это - Музей изобра зительных искусств имени А . С . Пушкина ). 65 Оценивая в целом достижения русской н ауки об античности во второй половине XIX в ., можно сказать что они состояли пре жде всего во введении в научный оборот нового эпиграфического материала , предоставившего возможности для более точного , аутентичного познания исторических и языковых реалий . Что касается античной истории , то несомненна роль эпиграфики как важного корр е ктирующего начала для осуществлявшихся в этой области научных изысканий . Только на дписи , только комплексные историко-филологические исследования документов , в особенности в той форме , [205] в какой эти исследования проводились школою Ф . Ф . Соколова , сделал и возможной досто верную реконструкцию исторического факта , а т ем самым подготовили почву и для более широкой , социологической интерпретации древней истории. 2. Культурно-историческое направление . Ф.Г.Мищенко . В.И.Модестов Историко-филологическому направлен ию , зало женному Ф.Ф.Соколовым , суждено было стать ведущ им в русском дореволюционном антиковедении . О днако развитие этого направления , культивировавше го строго фактическое , в документах , исследова ние классической древности , не исключало нали чия и другого , к оторое , отчасти п родолжая линию М . С . Куторги на широкое историко-философское осмысление античности , отчасти же и независимо от него , в связи с вечно живым интересом к классическому н аследию , вело работу по изучению и популяр изации различных сторон античн о й культуры - литературы , общественно-политической мысли , философии , религиозных и политических институт ов и т . п . Это направление , в отличие от школы Соколова , может быть определено как культурно-историческое ; оно также внесло свой вклад в развитие русско й науки об античности. 66 В связь с этим направлением можно поставить уже труды В . Г . Васильевск ого и К . Я . Люгебиля , чье формирование как ученых проходило под непосредственным вли янием М . С . Куторги . Известный впоследствии как создатель отечественной школы византинисто в , Василий Григорьевич Васильевский (1838 - 1 899 гг .) 67 дебютировал в науке магистерско й диссертацией по социальной истории Гр еции в век эллинизма ("Политическая реформа и социальное движение в древней Греции в период ее упадка ", СПб ., 1869). Интерес Василье вского к проблемам социальной истории несомне нно [206] стоял в связи с современной русской действит ельностью , с настроениями и интересами русско го общества в так называемое пореформенное время. В своей диссертации Васильевский едва ли не первым в мировой науке рассмотре л социальное развитие Греции в эллинистическо е время и , в частности , обстоятельно исс ледовал реформаторскую деятельность спартанс ких царей Агиса и Клеомена (III в . до н . э .). Касаясь проблемы спартанских реформ в широком плане , от легендарного Ликурга до вполне исторических реформаторов эпохи эллиниз ма , русский ученый справедливо указывал на связь этих реформ , или традиции о них , с развитием античной политической мысли . Хотя он и преувеличивал степень воздействия этой последней на социально-политичес кое движение и , в частности , на деятельнос ть позднейших царей-реформаторов , основное направ л ение его мысли было правильным и плодотворным . Оно предвосхищало исследователь ские поиски ученых нынешнего XX столетия , положи вших немало труда на решение спартанской загадки - проблемы спартанского законодательства в отражении и в интерпретации античной о бщественной мысли. Другой слушатель Куторги , позднее занявши й в Петербургском университете кафедру гречес кой словесности , Карл Якимович Люгебиль (1830 - 1887 гг .), 68 интересуясь по преимуществу дре внейшими греческими реалиями , посвятил специальны е исследования отдельным политическим институтам Афин в архаическую и классическую эпохи . Это , во-первых , изданная в Германии р абота о сущности и историческом значении остракизма, 69 а во-вторых , представленные в качестве докторской диссертации и посвященные главным образом развитию афинского архонтата "Историко-филологические исследования " (СПб ., 1868). В этой диссертации Люге биль доказал , что царская власть в Афинах не была унич тожена после смерти Кодра (по преданию , се редина XI в . до н . э .): пожизненный архонтат представлял собой по существу ту же ца рскую власть , радикальное преобразование которой в республиканскую магистрат у ру [207] произошло много позже , во второй половине VIII в . до н . э . Менее удачной оказалась другая мысль Люгебиля о том , что жребий был введен для выборов архонтов лишь в середине V в . до н . э ., точнее , не ранее реформы Эфиальта . Данные обнаруженной поздне е "Афи нской политии " Аристотеля показали , что жеребь евка архонтов первоначально была введена Соло ном (правда , тогда еще в сочетании с пр едварительным избранием кандидатов от фил ), чт о при тирании этот порядок был отменен , но затем восстановлен , и в более р адикальном виде , уже в начале V в . ( с 487 г . до н . э .). Ученик Люгебиля , позднее профессор Киевск ого университета Павел Иванович Аландский (1844 - 1883 гг .) 70 подобно патриарху петербургской школы М . С . Куторге обнаруживал особенный интерес к социологической интерпретации древне й греческой истории . Задачей исто рической науки он считал установление главных зак ономерностей общественного развития , а это по следнее по существу сводил к смене полити ческих форм . Эти принципиальные установки наш ли отражение в его изданном уже посмертно курсе лекций "История Греции " (Ки е в , 1885). Автор прослеживает здесь развитие греческих городов-государств , главным образом С парты и Афин , по конец V в . до н . э ., причем внимание сосредоточивает именно на внутренних переменах , совершенно отвлекаясь от внешней истории . Замечательна высокая (вполне в духе Куторги ) оценка афинс кой демократии , в которой Аландский усматрива л "наиболее совершенную форму общинного быта древних греков , представляющую собой наиболе е полное выражение того идеала общежития , который сложился в уме эллинов ". Два других ученика Люгебиля , сверстн ики Леопольд Францевич Воеводский и Дмитрий Федорович Беляев (годы жизни обоих - 1846 - 1901) 71 в значительной степени унаследо вали от своего учителя вкус к изучению древнегреческой мифологии , литературы и обществ енной мысли . Профессор Новороссийского университе та (в [208] Одессе ) Л . Ф. Воеводский занимался исследования ми древнейших мифологических представлений греко в , в частности на материале гомеровского э поса, 72 а Д . Ф . Беляев , бывший пр офессором в Казани , также начав с Гомера, 73 затем обратился к изучению творчества Эврипида и попытался на основании произведений поэта представить картину целос тного его мировоззрения. 74 В интерпретации Беляева Эврипид оказывается убежденным сторонником такого го сударст венного устройства , при котором де мократическая форма соединяется с преобладающим значением среднего имущественного класса (зе мледельцев ), а во главе управления стоят и стинно государственные мужи , обладающие надлежаще й подготовкой и доказавшие на деле сво ю пригодность . Это представление , дел ающее из Эврипида политического мыслителя сро дни Аристотелю , подкупает своей стройностью , н о именно поэтому оно и не кажется до конца убедительным : слишком противоречивы ра звиваемые у Эврипида в разных местах мысл и и сл и шком эмоциональна реакция на них у самого поэта , чтобы можно было говорить о стройной системе взглядов. Одним из виднейших представителей культур но-исторического направления в русском антиковеде нии второй половины XIX в . был Федор Герасимо вич Мищенко (1847 - 1906 гг .). 75 Воспитанник историко-филологического факу льтета Киевского университета , Мищенко по окончании курса был оставлен при своем университете для приготовления к профес сорскому званию . Здесь в 1872 г . он начал вести занятия по греческой словесности и проработал до 1884 г ., когда , попав в опалу за либер а льные и украинофильские взгляды , был уволен в отставку . После пя тилетнего вынужденного перерыва Мищенко возобнов ил свою преподавательскую деятельность , но [209] уже в Казанск ом университете , профессором которого состоял почти до самой смерти. Свою научную деятельность Мищенко н ачал с изучения античной драмы . Софоклу бы ли посвящены его первые диссертации : pro venia legendi (на право чтения лекций ) - "Фиванская трилогия Софокла " (Киев , 1872) и магистерская - "Отношение Софо кла к современной поэту действитель н ой жизни в Афинах " (Киев , 1874). Последняя замечательна тем , что в ней решение кар динального вопроса об отношении искусства к действительности дается на классическом мате риале античной трагедии , но в духе передов ой эстетической теории Н . Г . Чернышевского. В античности Мищенко интересовало прежде всего развитие общественной мысли , успехи которой он ставил в прямую зависимость с развитым республиканским строем греческих городов-государств , с их народоправством . Постепенн о расширяя круг изучаемых материалов , М ищенко от греческой драмы обратился к прозаической литературе . Переводу и комменти рованию важнейших памятников этой литературы он и посвятил бо vльшую часть своих тр удов . В 1879 г . он издал перевод "Географии "Страбона , затем последовали переводы трудов тр е х величайших греческих историко в Геродота , Фукидида и Полибия и , наконец , перевод речей Демосфена , оставшийся , правда , неоконченным. 76 Своими переводами (в особенност и Страбона и трех греческих историков ) Мищ енко оказал неоценимую услугу русскому просве щению . В целом весьма добротные , снабженные обстоятельными статьями и подробными ука зателями , эти переводы на долгие годы стал и спутниками тех , кто на разном уровне - в средней школе и в университете , студе нтом или сложившимся специалистом - изучал ант ичную историю и античную литературу. Оригинальные исследования Мищенко , связа нные по большей части с работою над п ереводами , могут быть сгруппированы по трем разделам . Это , во-первых , работы , относящиеся непосредственно к истории общественной мысли у древних греков . Здесь после диссертаций о Софокле наиболее важными б ыли докторская диссертация Мищенко "Опыт по истор ии рационализма в древней Греции " (Киев , 1881), где прослеживалось развитие рационалистического [210] мышления у греков начиная с Гомера и по софистов включительно , и обстоятельные статьи , посвяще нные жизни и творчеству Геродота , Фукиди да и Полибия , публиковавшиеся частью в вид е приложений к переводам , частью же и отдельно. 77 Характерной чертой этих статей было трезвое отношение к источнику , без излишней идеализации , но и без модного в век гиперкритицизма стремления во что бы то ни стало развенчать древний авто рит ет , на сведения которого , между тем , мы только и можем положиться. Особую группу образуют статьи Мищенко , посвященные политическому развитию Греции в классическое и эллинистическое время , судьбам особенно интересовавшей русского ученого гра жданской городск ой общины . Ряд этих эт юдов касаются отдельных аспектов политической жизни Афин ; их написание стояло в связи с изучением вновь найденной "Афинской пол итии " Аристотеля. 78 Но еще более важны работы Мищенко , посвященные политическому развитию Гре ции в позднее , эллинистическо-римское время . Ср еди них выделяется обши рная статья , по -существу целая монография , предпосланная переводу Полибия , - "Федеративная Эллада и Полибий ". 79 Если Васильевский первым обрати лся к изучению социальной истории эллинистиче ской Греции , то Мищенко был новатором в исследовании другой актуальной проблемы , уже чисто политической , - федеративного движ ения. Отрицая конструктивный вклад македонских царей в политическое развитие Эллады , Мищенко подчеркивал роль собственных политических об ъединений греков , объединений , возникших в кач естве реакции на чужеземное давление . Мищенко дал содержательный обзор ис тории и глубоко проанализировал устройство двух крупне йших греческих федераций эллинистического времен и - [211] Ахейского и Этолийского союзов . При этом он крити чески отнесся к показаниям античных авторов (Полибия и Ливия ) и , в противовес идущ им за ними за падным историкам (И . Г . Дройзену , Т . Моммзену , Эд . Фримену ), показал особенную роль именно Этолийской федерации , которая была не объединением разбойничьих кланов , как это выходит согласно тенденциоз ному рассказу Полибия , а столь же развитым политическим о р ганизмом , как и Ахейская лига , и еще более последовательным защитником национального дела эллинов. Третью группу работ Мищенко составляют исследования , касающиеся истории античной цивил изации на территории нашей Родины . Среди р абот этого круга - этюд о тор говых связях Афин и Боспора 80 и целая серия статей о Геро дотовой Скифии и греко-скифских отнош ениях. 81 Среди наблю дений и выво дов , к которым пришел ученый на основании многолетней работы над Скифским логосом Геродота , важными были заключения о неоднород ности скифского населения , об этническом отли чии скифов-земледельцев от так называемых цар ских скифов , о том , что пе р вые обосновались на юге России еще в глу бокой древности , были практически местным нар одом , тогда как вторые явились в эти з емли много позже , уже в ходе упоминаемых у Геродота переселений VII в . до н . э. От антиковедов-эллинистов обратимся к тем , кто посвят ил себя изучению древнего Рима . В развитии культурно-исторических штуди й в области римской историографии большую роль сыграла ученая и преподавательская де ятельность Николая Михайловича Благовещенского (1821 - 1892 гг .), бывшего профессором сначала в Каза н ском , а затем в Петербургском университете (еще позднее он был ректором университета в Варшаве ). 82 Интересы Благовещенского [212] лежали почти исклю чительно в области античной культуры . Он н ачал с изучения римской драмы, 83 затем перешел к Горацию , кот орому посвятил специальный "психологический этюд " - "Гораций и его время " (СПб ., 1864; изд . 2-е , Варшава , 1878). Здес ь он попытался объяснить мотивы , заставившие Горация изменить республ иканским идеалам и перейти в лагерь сторо нников империи . Благовещенский интересовался не только литературой , но и искусством древнег о мира . Ему принадлежит , в частности , обшир ная и живо н аписанная книга "Вин кельман и поздние эпохи греческой скульптуры " (СПб ., 1891), где опровергается восходящий к Ви нкельману взгляд на греческое искусство ваяни я позднего , эллинистическо-римского времени как на искусство ущербное , клонившееся к упадку. Благо вещенский был выдающимся педагог ом , и в Петербургском университете им была подготовлена целая группа специалистов по римской словесности и истории . Среди них - упоминавшиеся выше И . В . Помяловский и И . В . Цветаев , а также Василий Иванович Модестов (1839 - 1907 гг .). 84 Последний был горячим привержен цем прогресс ивных , либеральных взглядов , с отрицанием относился к проводившемуся царски м правительством насильственному насаждению форм ального классического образования , за что нео днократно подвергался гонениям . Этим , в частно сти , объясняется и неоднократная перемена Модестовым места службы : он начал свою преподавательскую деятельность в Новороссийском университете (в Одессе ), затем преподавал в Казани , в Киеве , в Петербурге , в тече ние длительного времени вовсе был лишен к афедры и под конец снова обосновался в Одессе. [213] Модестов нача л с изучения жизни и творчества Тацита . Ему он посвятил свою магистерскую диссерта цию "Тацит и его сочинения . Историко-литературн ое исследование " (СПб ., 1864). В ней молодой учен ый выступает горячим защитником древнего римс кого историка от новейших критиков (в частности , Амедея Тьерри и Чарльза Меривеля ), изобличавших Тацита в непонимании историчес кой роли Римской империи и в искажении действительной исторической картины и перспект ивы развития . Вслед за Тацитом Модестов ид еализирует Римс к ую республику , подчер кивает моральное вырождение римлян в связи с падением республиканского строя и утверж дением монархии и правлением ближайших преемн иков Августа , императоров династии Юлиев-Клавдиев характеризует как сугубую тиранию . Симпатии к Тациту М о дестов сохранил н авсегда ; позднее , уже в 80-х гг ., он издал превосходный по точности и по стилю переложения перевод всех его сочинений. 85 Обнаружившаяся уже в магистерской диссерт ации склонность Модестова к полемике с но вейшим , сугубо критическим направлением получила дальнейшее развитие в его докторской дис серт ации "Римская письменность в период царей " (Казань , 1868). Здесь он резко выступает против укоренившегося под влиянием Б . Г . Нибура скептического взгляда на достоверность ранней римской истории и для опровержени я этого взгляда доказывает , что латинская пи с ьменность (а стало быть , и п исьменная традиция ) развилась в очень раннее время , возможно , еще в доримскую эпоху . Мнение это получило до некоторой степени подтверждение благодаря позднейшим археологическим и эпиграфическим находкам (в частности , в связи с о бнаружением в 1898 г . на римском форуме так называемого Черного камня с латинской надписью VI в . до н . э .). Увлечение древнейшей римской историей в особенности проявилось у Модестова в пос ледний период его жизни , когда , выйдя в отставку и проживая подолгу в Риме , он получил возможность близко познакомиться с результатами новейших археологических изыска ний в Италии . Итогом его занятий в это й области явился ряд статей , посвященных д ревнейшим археологическим культурам на Апеннинск ом полуострове , этно-культурн ы м процес сам в архаической Италии и началу Рима . Печатавшиеся первоначально в "Журнале министер ства народного просвещения ", эти статьи были затем им сведены в книгу "Введение в римскую историю " (ч . I - II. СПб ., [214] 1902 - 1904). Здесь , в первой части , Мо дестов дал отличный для своего врем ени обзор доисторических культур на территори и Италии начиная с палеолита и кончая ранним железным веком , культурой Виллановы . Вторая часть была посвящена культуре этрусско в и мессапов . Третью должно было составить иссле д ование о расселении и цивилизации древнейших италийских племен "арийско го корня " (вольсков , эквов , осков и пр .), однако успели выйти в журнальном варианте лишь отдельные этюды , посвященные этому воп росу. 86 Модестову также принадлежит лучшее в дореволюционной русской литературе пособие по истории римской литерату ры , особенно за мечательное яркими индивидуальными характеристиками выдающихся латинских писателей. 87 Изучением и истолкованием римской истории в широком культурно-историческом аспекте зан имались и другие ученые . В Московском унив ерситете Владимир Иванович Герье (1837 - 1919 гг .), извес тный более как специалист по новой истории , но читавший лекции и по истории древнего Рима , много внимания уделял вопр осам историографии. 88 В статье "Август и установле ние Римской империи " ("Вестник Европы ", 1877, № 6 - 8) он дал содержательный обзор взглядов истори ков нового времени на систему принципата . Герье отвергал предложенную Т . Моммзеном трактовку принципата как своего рода двоев ластия , диархии , и высказался за оценку вл асти Августа как по сути своей монархичес кой. В Киевском университете видный впоследств ии представитель украинского буржуазно-либерального и националистического д вижения Михаил Петрович Драгоманов (1841 - 1895 гг .) до своего увольнен ия в отставку и эмиграции выступил с двумя диссертациями , посвященными Тациту и Ри мской империи , которых он оценивал с иных позиций , чем Модестов. 89 В диссертации pro venia legendi "Император Ти берий " ("Киевские университетские известия ", [21 5] 1864, № 1 - 2) Драгомано в ставит своей целью защитить политику Ти берия против критики Тацита , которую он сч итает пристрастной . Магистерская диссертация Драг оманова "Вопрос об историческом значении Римс кой империи и Тацит " (Киев , 1869) - ценное истори огр афическое исследование , содержащее обстоят ельный разбор взглядов на Римскую империю , высказывавшихся в древности и в новое время . Драгоманов связывает эти взгляды с общими присущими той или иной эпохе истор ико-философскими воззрениями , в русле которых скл а дывалось мировоззрение соответствующ их писателей и ученых . Критическую линию , идущую от Тацита , Драгоманов обвиняет в ан тиисторизме , в неумении взглянуть на историче ское развитие иначе , чем с абстрактно-морализи рующей точки зрения . Со своей стороны , он вы с око оценивает историческую ро ль Римской империи , сумевшей , при всем нес овершенстве своей конституции , объединить различн ые народы древности в рамках одного госуд арственного единства , на основе единой античн ой цивилизации.
© Рефератбанк, 2002 - 2017