Вход

Искусство как феномен жизни

Реферат по психологии
Дата добавления: 23 января 2002
Язык реферата: Русский
Word, rtf, 126 кб
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать
Данная работа не подходит - план Б:
Создаете заказ
Выбираете исполнителя
Готовый результат
Исполнители предлагают свои условия
Автор работает
Заказать
Не подходит данная работа?
Вы можете заказать написание любой учебной работы на любую тему.
Заказать новую работу
Искусство как феномен Жизни Было — так . За дальней мореной в кус т ax цвету щего розмарина раздался протяжный , с перелива ми , вопль Птеродактиля . Это была обычная е го вечерняя песня . Но Некто , кто теперь — мы , вдруг впервые почувствовал красоту ее и печаль как нечто отличное от себя и невыразимо прекрасное . И тут же , муч а я сь первой творческой мукой , выца рапал первобытным кайлом на первобытной стене профиль поющего Птеродактиля . Некто , кто теперь — мы , полюбовавшись на дело рук св оих , опустил взор долу . И вдруг — впервые — наткнулся взором на собственное Колено , которое вдр у г потрясло его сло жностью организации , простотой механизма действия , таинственностью и глубиною предназначенья . И ли , может , он ощутил вдруг собственную Шею . Ведь можно ее согнуть , почесать , выгнуть , вывернуть и повернуть , оставаясь самим с обой . Можно вытя н уть , как речную лилию , или спрятать , например , в Плечи , к оторые тоже — вещь . Это было загадочно , уд ивительно , необъяснимо , страшно и возвышающе о дновременно. Но тут , предположим , пала мгла но чная , черная , как пещерный угол . И таинстве нную тишину вселенско г о мрака про резал вдруг парализующий душу клац . Это , з евнув , щелкнул зубами Саблезубый Тигр . И п очти тотчас огромная Звезда сорвалась с б лестящего неба , сверкающе чиркнула и рухнула вниз , может — прямо в голову . Нет , пов езло , не попала , свалилась беззвучно где-то за Кривым Папоротником типа бао баб . Некто , кто теперь — мы , преодолевая ес тественный ужас , прокрался сквозь травы — пог лядеть на упавшую Звезду . Но за Кривым Папоротником было темно , сухо , и только Мышь-полевка тихонько копошилась в опавшей хв ое . К у да же исчезла Звезда ? «Не т , без эксперимента не обойтись, — четко в друг подумал Некто , кто теперь — мы. — На до будет спихнуть еще парочку.» И ослабел от собственной смелости . Но все равно еще у него мелькнуло : «Посмотреть бы в лаборатории зуб Саблезубого ! » Сов сем уж кощунство ! Но почему-то легче . Можно попробовать даже выпрямиться . Ух , почти п олучилось . Странное чувство ! После этого Некто , кто теперь — мы , выдолбил первобытным ка йлом на первобытной скале почти круглый к руг и как бы острые стрелы , торчащие и з круга по кругу . До сих пор считается , — солнце с лучами . Но это , между прочим , был Саблезубый Тигр и его разящие Зубы. Так и пошло . С первой рефлексией и с первым , ошарашиваю ще новым выделением Себя из Мира появилис ь Наука и Искусство — наука во з никла из удивления и страха , искусство — из удивления и восторга . Заметьте , что с самого начала оба этих великих пут и культуры объединены удивлением , каковое и Аристотель , и я — ставим на первое мест о среди всех человеческих чувств . Ибо удив ление — самое б ескорыстное , неутоли мое , жизнеутверждающее и неэгоистическое чувство . К тому же всегда побуждающее к разви тию — не удивившись , даже малое дитя не потянется к погремушке , будет до старости лежать в колыбели , как полено. Человечество , как-никак заинтересова н ное в своем движении , науку , в общем , приняло . Осознает ее пользу , частенько , правда , путая науку с технологией и тогда валя на нее все свои грехи . Именно от науки человеч ество имеет прогноз погоды и кораблекрушения , кофейный сервиз , Северный полюс , шерст я ные носки , карликового пуделя , кв арки , мухобойку и Интернет . Но даже не это главное . Главное , на мой взгляд , что именно наука делает все-таки переносимой не переносимую нашу мгновенность посреди непредстав имой бесконечности и неумолимой жестокости вр емени, неутомимо отвечая «что» , «почему » и «как» , объясняя и не ленясь вдалбл ивать истину . Неважно , что завтра окажется все иначе , важно , что сейчас — уютнее , что сейчас есть определенные правила , законы и константы , чтоб опереться колотящимся сердц ем. А вот иск у сство загадочно не выводимо из нужд эволюции : оно не нуж но для выживания , не дает прагматических п лодов , даже не удовлетворяет зудящей нашей любознательности , ибо сроду не отвечает ни на какие вопросы , а вопросы целеполагания , мол , «зачем» да «для чего» , е му вообще противопоказаны , убивают . Меж тем оно запросто деформирует пространство , небрежно покушается на время , рушит причинно-с ледственные связи и пренебрегает законом сохр анения хоть материи , хоть энергии , что уж вовсе свинство . Если наука сводит мир к конкретной задаче исследователя , т о искусство редуцирует мир прямо к личнос ти художника как таковой , во всей ее п олноте . То есть : редукция искусства иррационал ьна , многомерна , сакральна и неповторима в своей индивидуальности . Это , небось , никакая уж е не р е дукция , а скорее — кра йний эгоцентризм как единственно возможная фи лософия творчества . Эгоцентризм , вбирающий в с ебя весь мир , и есть открытость художника . Во всяком случае , как это ни назови , энергетическая концентрация столь мощна , что , будучи выплеснут о й , продуцирует сияющий кристалл теплоты , каковой — размером в десятки парсеков — может запросто потом держаться в космическом вакууме миллионы л ет . Или миллиарды . Не исключено — вечно. Вообщ е , по моим наблюдениям , мощь самоорганизации в субъекте искусства должна быть титанической , поскольку он ставит себе зада чу необоримую — создание чего-то , чего еще нет , из ничего . Мир в этом случае во всем своем роскошном разнообразии и пуст ь даже достойной упорядоченности выступает ка к хаос , из коего этот неведомый пор я док и нужно создать . Мир , есте ственно , сопротивляется . Ах , как я его пони маю ! Ведь если чего-то , слава Богу , нету , то его никому и не нужно . Без него — спокойней . Исключительно потому , в целях здорового самосохранения , мир и стремится о бычно художника зад а вить и истреб ить в зародыше. Людей искусства выручает , по-в идимому , лишь «автономный комплекс» Юнга . Очен ь я его чту . Это такая иррациональная штука , которая сидит в человеке где-то вну три и неведомо где , сидит себе тихо , ка к опухоль , ничем вроде не прояв л яя себя до поры , но необоримо раст ет . А человек живет себе — хоть бы хн ы , может , кончает аспирантуру , может , бродит с теодолитом по тундре , может , слоняется промеж тружеников без дела , всех раздражая , или , наоборот , примерный бухгалтер . Но пот ом этот «авт о номный комплекс» , соз рев , подопрет вдруг к горлу и потребует какой-нибудь чудовищной вдруг от тебя реали зации . Вся нормальная жизнь — насмарку , наотма шь , вдребезги . А выйдет ли еще чего пут ное — один этот «комплекс» , наверное , только и знает . Вдобавок , чт о вовсе было для меня открытием , питается исключите льно бытовым сознанием , выхватывая целые куск и . Отсюда и странности так называемые мног их художников. Иной раз сдается , что , может , искусство тоже по-своему тупо , как люди рационального знания частенько к н е му тупы бывают , в своем исконном равнодуши и к науке . Нет , все же там что-то ес ть ! Есть соотношение неопределенности Гейзенберга , для искусства крайне , я считаю , ценное . Ибо без него и строчки не сложишь , и арфы не возьмешь в руки . Своим бредо во-художеств е нным сознанием я этот принцип ощущаю так . Наличествует огромная , п арализующая слабые твои силы культура мира . Где столько уже придумано-написано-сказано-сделано ! И существуешь ты — хилый , несопоставимый , о себе , может , мнящий , стремящийся и гор ящий . Коли м ожно бы было , без соотношения-то неопределенности , воспринять обе эти величины одновременно , ты ж как поряд очный человек просто бы на месте окостене л и даже легкого шарка не смог бы выдавить . Но соотношение тебя от этого ко ллапса спасает . Ты благодаря ему в праве , даже обязан , смело откинуть всю кул ьтуру мира , отринуть , забыть , как ее и не было , и принимать во внимание только себя единственного. При таком взгляде статус твой мгновенно повышается , ты уже не ка кой-то там хиляк-недоумок , а вполне даже ун икален, величина , тоже имеешь что-то внут ри и имеешь все основания себя попробоват ь . Гете недаром же говорил : «Чтобы хорошо писать , нужно забыть грамматику» . Ух , даже грамматику ! Тут есть , правда , одна небольш ая тонкость . А именно : сколько ты этой самой культуры мира сумел впитать , переварить и вобрать , чтобы было что забы вать-то . Если все же сумел , то , забыв , ты на самом-то деле ничего не забудешь , т олько глубже уйдет , только на нужное время освободишься от расплющивающего гнета мировы х достижений духа — для сам о го себя , изменив внутреннюю ориентацию , за что я не устаю говорить «спасибо» Гейзенберг у. Еще , по-моему , невозможно обойтись без принц ипа дополнительности Бора : начисто снимает аг рессивное начало , позволяет самое распротивополож ное мнение-стиль-идею увиде т ь как еще одну , из бесконечных , краску яростного разнообразия мира , а не как уничижение тв оего , помогает достойно сознавать степень цен ности твоего вклада , им не упиваться , собл юсти внутри себя опрятную скромность . Золотой принцип ! Бор и сам любил распрос т ранять его на искусство . Статьи Нильса Бора таким прозрачным написаны языком , да же и в переводе это не пропадает . Кабы ученые так почаще писали , уверена, — гума нитарии не шарахались бы так от точных наук , шарахаются-то чаще всего от научного косноязычия , о т жупелов-терминов , не от мыслей. Теперь , наконец , о главном . Мно гие годы меня мучило и свербело , что в искусстве ничего не докажешь . Даже собрат у по кисти . Что , мол , это вот — искус ство , а вон рядом — никакое уже не ис кусство , ремесло , поделка , подделка или , в лучшем случае , талантливая имитация . А сведение искусства к эстетическому , чем м ы любим себя потешить , якобы что-то проясн яя , есть ведь только ловкая подмена : беспр обудно таинственного неуловимо загадочным . Как сказал Поэт по совершенно другому , ес т ественно , поводу : «…метафизическая св язь трансцендентальных предпосылок» . Ибо трудно сыскать что-нибудь более субъективное и нен адежное , чем красота , к тому же столь у годливо зависящее от моды . Есть еще , если память не изменяет , катарсис — вовсе уж темный лес . Очищение или грехопад ение переживает зал , когда цепенеет или во сторженно ревет на политическом митинге ? Или на концерте Киркорова ? И чего нам отк роет катарсис в самом феномене искусства , коли он даже есть ? Осмелюсь даже заметит ь , что никакой подсчет н естабильност и , а также и неустойчивости , ни на йоту не приближает нас к тайне , к примеру , «Гамлета» . Что этот анализ принцу датско му ? Нам ? Ослабляет художественное впечатление ? Усиливает таковое ? Пронзает тайну ? Позволяет , о владев алгоритмом , написать на д аче за время отпуска не хуже ? Может , «Гамл ета– 2» ? Сдается , что приблизительно столько же драгоценной информации мы получили бы , подсчитав количество родинок на спине Шекс пира и соотнеся их конфигурацию , как сейча с принято , с движением планет. Все равно к о л ом стоит эта ускользающая загад ка : почему одна пьеса-картина-соната-скульптура пер еворачивает душу , а другая , выполненная по тем же законам , души не затрагивает . Что такое это «чуть-чуть» , превращающее нечто в Искусство ? Или не превращающее ? Существует ли в принципе какой-то критерий , который можно формализовать и предъявить чита телям-зрителям-слушателям , чтобы стимулировать их в осприятие ? Я уж не говорю — понимание , это уж даже и для пустых мечтаний слишко м. Нет критерия и не может быть — до меня наконец д ошло. Мы не там ищ ем . Мы же относимся к произведению искусст ва как к стулу . Как к велосипеду . Ну , пусть — как с синхрофазотрону . Неважно ! Мол , какой ты ни сложный да иррациональный , а все же вещь . Обмозгуем , расковыряем , р азрежем , обсчитаем , поймем . Как б ы мы перед искусством ни приседали , ни ль стили ему и ни заискивали перед ним , д аже его понося , мы к нему относимся ка к к предмету , где вся власть — наша и мы — всегда выше . А загвоздка , видимо , в том , что произведение искусства — не объект , нами созданный п о таким-то и таким-то правилам во вдохновенном экста зе , а равноправный с нами субъект , живой организм , личность-похожая-только-на-самое-себя , вступающая в контакт с нами на равных . Этот «мирный пришлец» (ух , самые те слова , Афана сий Фет !), родившись в ду ш е худ ожника и оторвавшись потом от него , скорее — вырвавшись , живет далее своей , неподвластно й нам , самодостаточной и неисчерпаемой жизнью , общаясь с нами охотно и в меру н ашей культурной восприимчивости . Может веками и не общаться , коли мы не готовы, — о н -то от этого не помрет , скука ему неведома , которой мы от духовной своей бедности порой маемся , а годы его — не нам чета . В искусстве поэтому ничт о не ниже и не выше чего-то другого , не проще и не сложнее . Искусство штучно и каждая штука — венец . И если б ы из всего древнеиндийского , предпол ожим , искусства до наших времен дошла бы только одна какая-нибудь статуэтка «Шива танцующий» , она бы действовала столь же си льно . Произведение искусства каждое — единственно , неповторимо , нерасторжимо и бесконечно в себе, как любой человек , оса или слон . Оно — живое , что никакая никогда не метафора , а пронзительная констатация яви. Как сейчас кажется , я бы давно дол жна была это понять . Знаю же я , что персонажи повести , рассказа , чего угодно , са мые даже третьестепенные , уже со второй страницы текста начинают вести себя совс ем не так , как ты за них решил , а совершенно же так , как считают нужным д ля себя и естественным . Если ты , конечно , сумел схватить «биоритм» , поймать их единст венную волну . Знаю же я упорное , избирател ьное и неодолимое сопротивление текст а , коли ты пытаешься подсунуть ему неточно е слово . С текстом ведь приходится договар иваться на равных , ругаться и спорить , про клиная тупую его неуступчивость , доказывать , у беждать , предлагать ему уйму вариантов . И он — выби р ает ! Могла бы давно догадаться , что так ведет себя только жив ое ! Открыв наугад незнакомую книжку и науг ад выхватив фразу в ней , сразу ведь чу вствуешь живую пульсацию или мертвую деревянн ость . Это — как мимолетно тронуть кого-то за руку : жив , нет ? Говорю пр о книжки лишь потому , что моя сфера — проза . Но то же сам ое я всю жизнь слышу от живописцев , ск ульпторов , музыкантов . Все , кто причастны к искусству и умеют вслушиваться в свою профессию , этот опыт имеют . Но не рискуют додумывать до конца — больно уж дико ! Надо и впрямь сделать отчаянны й скачок , чтобы признать иную , во всем отличную от твоей и привычной форму жизни , которую сам же и выносил в себе . И потому художник , в муках родив невиданно е живое дитя и чуть потом отдышавшись , сам же и спешит определить э т о дитя по привычному ведомству : класси фицировать , поместить в доступные конвенционному сознанию рамки . И называет свое дитя , как принято : поэмой , натюрмортом , симфонией , ром аном . А эта предательская номинация мгновенно и переводит живое в класс неодушевле н ных предметов. И мы сдуру верим.Хотя именно искусство -как-живой-организм должно бы , на мой взгляд , повысить самоуважение человечества , что так сейчас актуально . С тех пор как шимпанз е Уошо , воспитанница супругов Гарднеров , загов орила на амслене , языке амер иканских г лухонемых , образами , миф нашего языкового прев осходства над прочим миром рухнул . Язык , э то уже ясно , не только наша на Земле привилегия — и у лютика , небось , есть . Н о я пока не встречала данных относительно искусства у китов , гремучих змей , боль ш ой песчанки и ромашки обыкновенн ой . Возможно , наше величие , коли оно все же есть , кроется именно в Искусстве , и только Человек в обозримом пространстве до стиг таких вершин эволюции , что в состояни и продуцировать иную , вечную и непредставимую форму Жизни. Список использованной литературы : Журнал "Экология и жизнь ". С татья Зои Журавлевой
© Рефератбанк, 2002 - 2017