Вход

Иосип Броз Тито

Реферат по истории
Дата добавления: 02 мая 2003
Язык реферата: Русский
Word, rtf, 113 кб
Реферат можно скачать бесплатно
Скачать

Президент Югославии (с 1953), председатель Президиума СФРЮ (с 1971),маршал (1943), трижды Народный герой Югославии (1944, 1972, 1977),Герой социалистического труда Югославии (1950).

В 1915 году оказался в России как военнопленный. Работал в Москве в Коминтерне (1935-1936). Во время Народно-освободительной войны в Югославии (1941-1945) был верховным главнокомандующим НОАЮ.

Роман звезды кино и театра Татьяны Окуневской, обольстительной красавицы, с маршалом Югославии Иосипом Броз Тито овеян легендами. Ей было тридцать, ему - за пятьдесят. Естественно, он казался ей глубоким стариком. Но как он ухаживал! "Наши отношения были в высшей степени романтическими, - рассказывала актриса. - Он замечательно говорил по-русски, и у него было прекрасное чувство юмора. Я вспоминаю его посещение театра... И розы... Целый год на каждый мой спектакль он присылал из Югославии роскошную корзину черных роз. Восхитительных! "Он обещал ей в Югославии все - вплоть до киностудии, но она не мыслила себя без России. Потом возникла классическая ситуация любовного треугольника: помощник маршала Попович, приносивший цветы, очаровал прекрасную Татьяну. Однако Окуневская до сих пор вспоминает именно черные розы от Тито...

В свое время вопрос, сколько у Тито было жен, югославы обычно встречали смешком и разводили руками: "Да разве кто их считал? Вот резиденции - другое дело. Тут все подсчитано". Действительно, после смерти маршала вилл оказалось больше тридцати. Когда-то даже эфиопский император Хайле Селиссие, побывав у Тито на острове Бриони, не удержался и воскликнул: "Здесь живут по-царски!" И на склоне лет Тито (умер он на 88-м году жизни) выглядел если не как "огурчик", то дай Бог каждому! Загорелый, в прекрасно сшитом костюме, во рту гаванская сигара, на пальце дорогой перстень, купленный, кстати, на Кузнецком мосту в бытность сотрудником Коминтерна. Волосы под старость, правда, стал красить. Лежали они волнами, конечно, не такими, как прежде, но все-таки.

Тито любил вкусно поесть и выпить. На Бриони Тито частенько навещали и звезды кино. Была роскошная итальянка Джина Лоллобриджида, американская пара Лиз Тейлор и Ричард Бартон. Бартон тогда снялся в роли Тито в одном югославском партизанском боевике. Тито даже не смутило, что до этого Бартон сыграл роль Троцкого в фильме, демонстрация которого в Югославии была запрещена: дабы не прогневать Москву.

Итак, женщины, жены Тито... Во время войны рядом с Верховным главнокомандующим постоянно находилась молоденькая секретарша Даворьянка Паунович. Однажды был у нее конфликт с одним из офицеров партизанского штаба. Тому поручили наладить освещение в штабе, который в ту пору размещался в пещере. Даворьянка же не могла усидеть на месте и все советовала офицеру, что делать. "Ты что, электрик? Шла бы отсюда куда подальше!" - взбесился офицер. Девушка в слезах выбежала. Потом, когда офицера представили к награде (нет, не за электричество), его имени в списке не оказалось. Наградные списки печатала любимица Тито...

До войны, когда Тито был еще не Тито, а Иосипом Брозом, членом Политбюро ЦК КПЮ, сотрудником Коминтерна и, наконец, генсеком, была у него любимая женщина. Звали ее Герта Хаас, была она наполовину словенка, наполовину австрийка. Герта работала курьером ЦК КПЮ и колесила по Европе с важными бумагами. Впрочем, брак Хаас и Тито был гражданским. В конце 1930-х годов кто-то донес в НКВД, что супруга Тито работает на гестапо. Будущему генсеку это чуть было не стоило головы. Но обошлось. В 1940 году у Хаас родился сын, которого нарекла Мишо. Так у Тито появился второй ребенок. В войну Герту арестовали усташи, но затем партизаны обменяли ее на пленных немецких офицеров. Говорят, приказал сам маршал.

Первая жена Тито - Пелагея Денисовна Белоусова. Родом она из села Михайловка под Омском, куда после Октябрьской революции судьба забросила пленного унтер-офицера австрийской армии Иосипа Броза. В 1921 году супруги приехали в Югославию, где у них родился сын Жарко. Спустя семь лет Тито (тогда секретарь загребской парторганизации) был арестован. Арестовали и Пелагею. Через год, правда, ее выпустили, и она с сыном вернулась в СССР. Тито, впрочем, никому и никогда не говорил о причинах, почему он и Пелагея расстались. Было это в 1935 году, когда Тито приехал в Москву, в Коминтерн. Дальнейшая жизнь у Пелагеи Денисовны была очень трудной: в 1938 году ее арестовали, как арестовывали тогда многих югославских коммунистов и тех, кто был с ними связан. В 1948 году, в разгар антиюгославской кампании, - снова арест. В общей сложности 20 лет провела первая супруга Тито в сталинских застенках. Говорят, все это время писала бывшему мужу, но, похоже, этих писем он никогда не видел. Потом была реабилитация. Только в 1966 году советские власти разрешили Жарко приехать в Москву и увидеть мать. По такому случаю ей моментально дали двухкомнатную квартиру в доме 30 по Староконюшенному переулку. В апреле 1968 года Пелагея Денисовна умерла от сердечного приступа. Тито распорядился, чтобы от его президентского имени югославский посол в Москве возложил венок на могилу бывшей супруги. Что было написано на ленте, к сожалению, никто не запомнил.

...Законным браком маршал Иосип Броз Тито и майор Йованка Будисавлевич сочетались весной 1952 года. Жениху вот-вот должно было стукнуть 60. Невеста была на 32 года моложе. Родом Йованка из села Печани, близ Госпича - городка, затерявшегося в горном массиве Велебит. Место это, расположенное недалеко от Адриатического побережья, на границе Хорватии и Боснии, называют еще Ликой. Родители Йованки были простые сербские крестьяне. (Правда, уже после смерти мужа Йованка зачем-то стала говорить, что предки ее были благородных кровей, чуть ли не генералы.) Лику, впрочем, издавна населяли сербы. Те самые, что несли службу по охране рубежей австро-венгерской монархии, вроде наших казаков.

В годы оккупации Йованка, как и большинство молодых сербок, воевала в партизанском отряде, была санитаркой. Говорят, была очень храброй. Во всяком случае, после войны Йованка в чине капитана оказалась в команде санитарных врачей, обслуживающих "дом на Ужицкой". Туда к тому времени вселился маршал Тито.

Генерал Джока Йованич, родом тоже из Лики, вспоминал: "Йованку заприметил Александр Ранкович (шеф МВД). Он и меня просил найти ему девушку, чтобы хорошая хозяйка была. Я нашел, но Ранкович положил глаз на Йованку. Потом я узнал, что не для себя он старался... Слышал я, как во время одной прогулки Ранкович и Гошняк (министр обороны) вдруг предложили Тито жениться на Йованке. "Я уж несколько раз был женат. Как-то неловко. Вы-то как думаете?" - Маршал засомневался. "Вы, товарищ Тито, - глава государства. Вам нужен верный человек, который всегда был бы под рукой. Таким человеком может стать только супруга. Вот, к примеру, Йованка. Берите ее в жены".

Таким образом простая деревенская девушка, словно по волшебству, оказалась во дворце. Поначалу вела себя очень скромно. Но, как говорится, аппетит приходит во время еды. Появились и любовь к накопительству, и властолюбие. Говорят, виной тому был сам Тито, который был невнимателен и груб, постоянно окружен красивыми женщинами. По всей видимости, Йованка так никогда и не была довольна своим положением, ибо взаимоотношения супругов так и не стали равноправными.

Как бы там ни было, но первые признаки властолюбия появились у Йованки Броз в 1965 году, что не прошло незамеченным. В газетных отчетах о визитах президента безличная формулировка "с супругой" была заменена на более конкретную - "с супругой Йованкой". Обычным явлением стало ее знакомство с важными государственными документами, закрытыми сообщениями, предназначенными исключительно для руководства страны, армии и органов внутренних дел. Все чаще Йованка вмешивалась в решение кадровых вопросов. В 1966 году со всех постов был снят ее покровитель серб Александр Ранкович. Сербскому "лобби" в руководстве, к которому причисляли и Йованку Броз, был нанесен чувствительный удар. В 1973 году последовал еще один. Со здоровьем у Тито в то время было неважно, и его ближайшее окружение на одном секретном совещании (Йованка на нем присутствовала) решило создать "координационный комитет" под предлогом того, чтобы разгрузить президента. Во всяком случае, узнав, что задумало руководство, Йованка в знак протеста совещание покинула и поспешила к мужу. Но тот все знал, ибо заранее дал согласие на создание комитета. Престарелого президента, таким образом, постепенно изолировали от государственных дел, и Тито, похоже, не очень сопротивлялся этому. Сил уже оставалось мало.

Светозар Вукманович-Темпо, один из бывших высокопоставленных руководителей вспоминал: "В 1978 году я последний раз виделся с Тито. Разговаривал три часа. Он мне сказал следующее: "Нет Югославии. Югославии больше не существует. А есть восемь государств, которые никто ни в мире, ни у нас не уважает". В 1978 году, за два года до смерти Тито, борьба за высшие государственные посты в Югославии разгорелась с новой силой. Вот тут-то Бранко Микулич и курировавший в партии все и вся Стане Доланц (люди из второго эшелона "титовской гвардии") почувствовали, что пробил их час. Кто им мог помешать? "Отец самоуправления Эдвард Кардель к тому времени умер, а Владимир Бакарич, лидер Хорватии, не выходил из больницы". Кто? Так и появилось "дело о государственном перевороте", который якобы замышляли Йованка вкупе с генералами. Тито, под старость ставший очень мнительным, поверил в "заговор". "Два зайца" были убиты: жену изолировали от супруга, а супруга - от возможности быть в курсе происходящего вокруг и реагировать.

Два года Йованка Броз не показывалась на публике. В траурном черном платье появилась лишь в мае 1980 года на похоронах маршала.

Через два-три дня после похорон поздно вечером к Йованке на Ужицкую, 15, приехала группа офицеров. Из кабинета президента забрали бумаги, осмотрели все комнаты, вплоть до спальни, упаковали вещи. Вдове было приказано покинуть помещение. Разрешили взять с собой только дамскую сумочку. Так, по крайней мере, рассказывала Йованка своему адвокату. Она писала письма и депеши в разные инстанции, но безуспешно. Потом настал черед дележа наследства. Как утверждают, списки вещей Тито составлялись четыре года! То ли вещей было слишком много, то ли просто тянули время. А делить было что. Одних лимузинов семь - "роллс-ройс", два "Кадиллака", "линкольн" и т. д. И все подарки, подарки...

В списке имущества, которое должны были поделить между собой прямые наследники - Йованка, Жарко и Мишо, - 869 предметов. Отрезы, шубы, кинокамеры, магнитофоны, сервизы из серебра и фарфора, часы, вазы, картины, ковры, скульптуры, охотничьи ружья и ножи, книги... Даже удочки.

Первая дама Югославии, которая славилась своим влиянием на супруга, утверждала: "Настоящего Иосипа Броз, думаю, знала я одна. Он никому не позволял приближаться к себе, всегда держал дистанцию. Он был человек крутого нрава, дурного характера, а я всегда точно знала, как себя вести с ним. Если он злился на своего соратника по партии - доставалось неизбежно мне, бывшей "под рукой". Значит, надо было оставить его наедине с самим собой, исчезнуть из поля зрения. Чуть позже он вел себя как ни в чем не бывало".

Она отказалась от собственной жизни, чтобы жить для него. Друзья Иосипа становились ее друзьями, а собственных никогда у Йованки не было. Трудно поверить, что такую брачную пару, где один супруг безоговорочно доверял другому, могли разлучить какие-нибудь внешние силы. Но оказалось, что судьба крупного политика может выйти из под его собственного контроля. Так случилось и с семьей Тито. "На Иосипа оказали страшное давление: перед ним положили документ и сказали: "Ты должен выбрать наконец - жена или государство"". Знаю, что он никогда той страшной бумаги не подписал. Но мы, обсудив сложившуюся ситуацию, приняли решение расстаться. Он покинул дом, в котором мы жили вместе, и последнюю пару лет его жизни я его почти не видела".

Свои мемуары она спрятала в сейф швейцарского банка, оценив их в два миллиона долларов. Зачем ей столько денег? Ведь на всем белом свете у Йованки никого не осталось.

© Рефератбанк, 2002 - 2017