Вход

Лингво-прагматический аспект анализа языка СМИ

Рекомендуемая категория для самостоятельной подготовки:
Реферат*
Код 371715
Дата создания 08 января 2018
Страниц 22
Мы сможем обработать ваш заказ 24 ноября в 12:00 [мск]
Файлы будут доступны для скачивания только после обработки заказа.
750руб.
КУПИТЬ

Описание

Лингвистическая прагматика – дисциплина, изучающая язык не «сам в себе и для себя», а как средство, используемое человеком в его деятельности. О естественном языке принято говорить, что он является важнейшим средством человеческого общения. Однако за исключением так называемой фактической коммуникации, т.е. общения ради общения, мы используем язык, чтобы посредством этого решить какие-то иные задачи: сообщить о важном событии, побудить адресата к определенным действиям или их прекращению, выразить свои чувства или дать оценку чьим-либо поступкам. Наконец, в целом ряде случаев использование языка является если не единственным, то самым основным компонентом действия, в корне меняющего социальную действительность или индивидуальную судьбу (ср. отмена крепостного права, заключение перемирия, в ...

Содержание

Лингвистическая прагматика – дисциплина, изучающая язык не «сам в себе и для себя», а как средство, используемое человеком в его деятельности. О естественном языке принято говорить, что он является важнейшим средством человеческого общения. Однако за исключением так называемой фактической коммуникации, т.е. общения ради общения, мы используем язык, чтобы посредством этого решить какие-то иные задачи: сообщить о важном событии, побудить адресата к определенным действиям или их прекращению, выразить свои чувства или дать оценку чьим-либо поступкам. Наконец, в целом ряде случаев использование языка является если не единственным, то самым основным компонентом действия, в корне меняющего социальную действительность или индивидуальную судьбу (ср. отмена крепостного права, заключение перемирия, вынесение обвинительного приговора или присуждение государственной премии). Поэтому вполне оправданным является изучение языка как инструмента действия

Введение

Лингвистическая прагматика – дисциплина, изучающая язык не «сам в себе и для себя», а как средство, используемое человеком в его деятельности. О естественном языке принято говорить, что он является важнейшим средством человеческого общения. Однако за исключением так называемой фактической коммуникации, т.е. общения ради общения, мы используем язык, чтобы посредством этого решить какие-то иные задачи: сообщить о важном событии, побудить адресата к определенным действиям или их прекращению, выразить свои чувства или дать оценку чьим-либо поступкам. Наконец, в целом ряде случаев использование языка является если не единственным, то самым основным компонентом действия, в корне меняющего социальную действительность или индивидуальную судьбу (ср. отмена крепостного права, заключение перемирия, в ынесение обвинительного приговора или присуждение государственной премии). Поэтому вполне оправданным является изучение языка как инструмента действия

Фрагмент работы для ознакомления

Статус адресата и степень близости отношений между участниками коммуникативного акта регулируют выбор той или иной степени вежливости, которая проявляет себя в выборе формы обращения, в степени категоричности формулировок, в тоне голоса (при устном общении), в использовании специальных маркеров вежливости. А правильный выбор уровня вежливости свою очередь является необходимым условием достижения запланированного перлокутивного эффекта. Для речевого акта аргументации кардинально важна исповедуемая адресатом система ценностей. Поскольку всякая аргументация опирается на ценности, даже логически безупречный аргумент обречен на неудачу, если он исходит из чуждых адресату принципов и идеалов.Адресат массовой коммуникации в отличие от адресата в ситуации непосредственного диалогического общения– это не присутствующий в ситуации коммуникативного акта реальный индивидуум, а потенциальное неопределенное множество лиц, которые могут взять в руки данный журнал или газету, оказаться слушателями радиопередачи или зрителями телепрограммы. Поэтому автор текста массовой информации сам моделирует своего типового адресата, осуществляя коммуникативный акт, рассчитанный на определенную группу, выделяемую по половому, возрастному, национальному, социальному, конфессиональному, мировоззренческому и т.п. признакам. Например, московская молодежная газета либерально-демократической ориентации конструирует своего адресата как молодого человека, находящегося в достаточно близких неформальных отношениях с автором текста и приверженного западным ценностям и стилю жизни, а центральное печатное издание национал-патриотической ориентации обращено преимущественно к тем представителям коренной национальности, мировоззрение и система ценностей которых формировалось в годы советской власти. Естественно, что и тон «разговора» с аудиторией, и стратегии убеждения в этих СМИ будут существенно отличаться друг от друга.Особой спецификой в отношении фигуры адресата обладает такой жанр массовой коммуникации, как интервью. Здесь у каждого высказывания есть и прямой адресат – интервьюируемый или интервьюер, и адресат-наблюдатель (тот, кто читает, слушает или смотрит интервью). Целый ряд особенностей построения интервью обусловлен именно наличием адресата-наблюдателя. В частности, в интервью повышена частота встречаемости так называемых интерпретирующих речевых актов, призванных модифицировать исходное высказывание собеседника таким образом, чтобы оно больше соответствовала целям оказания нужного воздействия на адресата, находящегося «за кадром» (подробнее см. [Кобозева, Лауфер 1994]).Прямые и косвенные коммуникативные акты; прагматические эффекты косвенностиВ ТРА проводится различие между прямыми и косвенными речевыми актами. В прямых речевых актах иллокутивная цель говорящего непосредственно манифестируется с помощью специально предназначенных для этого языковых маркеров – иллокутивных показателей. Так, цель побуждения адресата к действию в речевых актах побуждения прямо выражается либо соответствующими перформативными[5] лексическо-синтаксическими конструкциями (приказываю, запрещается, (вас) вызывают, попрошу и т.п.), либо императивной формой смыслового глагола: Сделай(те) это; Не делайте этого и т.п. Та же самая цель побуждения может быть выражена и косвенно, т.е. с помощью показателей, исходно предназначенных для маркировки других иллокутивных целей: выражения желания, чтобы что-то было сделано (Я хочу, чтобы вы это сделали), или вопроса о будущих действиях адресата (Вы не выходите на следующей остановке?) либо о его способностях осуществить действие (Вы не могли бы одолжить мне денег до получки?). Известная из риторики фигура речи, называемая риторическим вопросом, – тоже косвенный речевой акт, так как риторический вопрос задается не для того, чтобы получить в ответ какую-либо информацию, а для того, чтобы констатировать факт или высказать мнение (ср. Может ли честный человек мириться с этим? = Честный человек не может мириться с этим.)В широком смысле косвенным можно назвать всякий коммуникативный акт, как речевой, так и невербальный, действительная цель которого не выражена явно. При такой трактовке вставание одного из собеседников из-за стола можно рассматривать как косвенный коммуникативный акт информирования адресата о том, что разговор окончен. В этом смысле к косвенным речевым актам можно отнести намеки, аллюзии, инсинуации и тому подобные способы непрямого информирования (подробнее см. [Кобозева, Лауфер 1988]).Что дает использование косвенных речевых актов вместо прямых или каковы прагматические эффекты косвенности? Во-первых, косвенность «развязывает руки» автору высказывания, позволяя ему, если это понадобится, сказать, что он имел в виду только буквальный смысл сказанного. Во-вторых, косвенная форма осуществления, как правило, повышает этикетность коммуникативного акта, так как один из главных принципов вежливости состоит в предоставлении адресату большей степени свободы реагирования.Принципы коммуникативного взаимодействия, правила (постулаты, максимы), обеспечивающие их соблюдение и эффекты, вызываемые нарушением этих правилПомимо ТРА в концептуальный аппарат лингвистической прагматики входят принципы коммуникативного взаимодействия, а также правила (постулаты, максимы), обеспечивающие их соблюдение. Прежде всего, как и всякая целесообразная деятельность, коммуникативная деятельность подчиняется принципу рациональности, или принципу экономии усилий, который состоит в том, что, желая достичь некоторой цели, человек выбирает такое действие, которое позволит достичь этой цели быстрее и с минимальными затратами усилий и ресурсов. Важнейшим специальным принципом, лежащим в основе целенаправленной коммуникации, является принцип коммуникативного сотрудничества, сформулированный американским логиком Полом Грайсом в его знаменитой среди лингвистов работе «Логика и речевое общение». Этот принцип гласит: «Делай свой вклад в разговор на данной его стадии таким, как этого требует принятая цель или направление разговора, в котором ты участвуешь» [Грайс 1985]. И хотя данный принцип был сформулирован для разговора, т.е. устного общения между конкретными адресатом и адресантом в едином временном интервале, он легко может быть распространен и на случай массовой коммуникации, поскольку СМИ также вступают в коммуникативное взаимодействие с различными социальными группами, чтобы в конечном счете способствовать решению разнообразных проблем, возникающих в процессе функционирования современного общества. Поэтому и здесь действует принцип коммуникативного сотрудничества и поддерживающие его правила, которые Грайс называет максимами. Это максимы количества информации (сообщай не больше и не меньше информации, чем требуется на данной стадии развития коммуникативного процесса); максимы качества информации (сообщай только то, что считаешь истинным и для чего у тебя есть достаточные подтверждения); максима отношения (сообщаемое должно быть релевантным, т.е. как минимум иметь отношение к обсуждаемой проблеме); максимы способа (высказывание должно быть ясным, недвусмысленным, кратким по форме и последовательным). Поскольку аудитория ожидает от СМИ соблюдения этих правил, их демонстративное нарушение порождает импликатуры – домысливание информации, не высказанной в явном виде.2. Лингвистическая модель текстообразованияВ последние годы в лингвистическую прагматику проникли идеи когнитивной лингвистики, провозгласившей своей целью моделирование речемыслительной деятельности человека с учетом данных когнитивной психологии[6]. Был предложен ряд моделей текстообразования, в которых речевое действие представлено как поэтапный переход от замысла говорящего к его воплощению в слове, называемый процессом текстообразования или вербализации.Замысел говорящего или, по терминологии M.M. Бахтина, речевой замысел – понятие, не получившее пока в лингвистике строгого определения, но в той или иной форме, под тем или иным названием – например, «(актуальный) смысл», «мысль», «(субъективное) значение говорящего» – присутствующее во всех моделях речевой деятельности. Ясно, что в речевом замысле необходимо выделять по меньшей мере две составных части – интенциональную (цель говорящего в данном речевом акте, формирующуюся с учетом специфики наличной коммуникативной ситуации) и пропозициональную (отображающую тот или иной фрагмент действительности, как правило, внешний по отношению к коммуникативной ситуации и становящийся темой, содержанием высказывания). Эта двоякая обусловленность речевого замысла, лежащего в основе всякого высказывания (дискурса, текста), отражена в общей схеме текстообразования, предложенной А.Е. Кибриком [Кибрик 1992, 289]:Данная схема приложима и к массовой коммуникации. Так, пропозициональная часть замысла всякого информационного сообщения – это некоторое событие, определенным образом отраженное в сознании автора сообщения, а интенциональная часть замысла – это цель внести информацию о представленном таким образом событии в сознание адресата.Этапы процесса вербализации (текстообразования)«Когда мы строим свою речь, нам всегда предносится целое нашего высказывания: и в форме определенной жанровой схемы и в форме индивидуального речевого замысла. Мы не нанизываем слова, не идем от слова к слову, а как бы заполняем нужными словами целое» [Бахтин 1979, 266].Итак, имея некоторую коммуникативную цель (например, проинформировать адресата об открытии художественной выставки), автор в зависимости от типа коммуникативной ситуации сначала выбирает речевой жанр из репертуара речевых жанров, используемых в данном типе коммуникативных ситуаций, соответствующий данной цели (допустим, это журналист из отдела культуры в газете, и он выбирает жанр короткого сообщения, предполагающий передачу только самых основных сведений о выставке без каких-либо комментариев). Выбор жанра уже задает макроструктуру (композицию) создаваемого текста, т.е. набор содержательных блоков, из которых он должен состоять, и порядок их следования (в случае выставки это должны быть блоки об открытии выставки, о представленных на ней авторах, жанрах произведений, времени их создания, месте проведения и времени работы выставки). Переходя к вербализации отдельных блоков содержания текста, автор начинает строить соответствующие заданному этапу предложения-высказывания, отражающие ситуации (положения дел), выделяемые в соответствии с речевым жанром и замыслом в соответствующем фрагменте действительности.Согласно одной из гипотез при вербализации замысла, лежащего в основе отдельного предложения-высказывания[7], вначале происходит его семантическое структурирование, приспосабливающее целостное, недискретное мыслительное содержание к потребностям дискретного языкового оформления. В этом процессе можно выделить отдельные аспекты «приспособления» мысли к языку, из которых мы остановимся лишь на двух, поскольку они чаще других служат источником вариативной интерпретации действительности.Во-первых, языковое выражение мысли, всегда более богатой и сложной, чем все, что может быть выражено в одном высказывании, с необходимостью предполагает отбор (selection). Так, из всего богатства впечатлений о выставке, хранящихся в памяти журналиста, побывавшего на вернисаже, он сможет вербально отразить в своем тексте только часть, независимо от того, будет ли это короткое информационное сообщение или обстоятельный обзор. Во-вторых, вербализация предполагает категоризацию отраженного в сознании фрагмента действительности, т.е. отнесение его к некоторой понятийной категории. Поскольку объективно один и тот же фрагмент действительности может быть рассмотрен в разных аспектах и с разных точек зрения, подводя его под ту или иную категорию, автор уже на этом этапе осуществляет определенную интерпретацию действительности[8]. Так, в зависимости от точки зрения на мировую политику одни и те же действия могут быть подведены либо под категорию проявлений сепаратизма, либо под категорию борьбы за национальное самоопределение. Кроме того, одна и та же ситуация может быть подведена под категории разной степени конкретности/обобщенности. Так, в строительстве нового завода можно увидеть не только ситуацию строительство завода, но и ситуации создание новых рабочих мест, решение демографических проблем, загрязнение окружающей среды и т.п.В конечном счете категоризация предполагает лексический выбор для выражения мысли о некотором положении дел. Слово выступает при этом как средство активации в сознании адресата не просто отдельного понятия, а целостной системы представлений, частью которой это понятие является (семантического поля, фрейма, сценария, стереотипа). Кроме того, в семантике слова понятие (сигнификативное значение) часто оказывается устойчиво связано с рядом дополнительных представлений, называемых ассоциациями или коннотациями. При этом особо важными для оказания нужного воздействия на сознание являются эмоционально-оценочные коннотации, апеллирующие к эмоциям адресата, его интересам и ценностям. Не случайно в языке часто сосуществуют слова, обозначающие по сути одно и то же явление, но встроенные в разные системы представлений, противопоставленные по оценочным признакам «свой – чужой», «хороший – плохой», «правильный – неправильный» и т.п., ср. такие пары, как разведчик vs шпион, фантазер vs лгун, хулиганство vs шалость. Нагруженность слова оценочными коннотациями иногда заставляет искать новые средства для выражения той же идеи, но с другим оценочным значением. Так, при смене идеологических ценностных приоритетов слова проститутка и бандит с закрепленными за ними отрицательными коннотациями начинают заменяться в языке выполняющих социальный заказ СМИ на синонимичные им заимствования путана и рэкетир, которые вместо отрицательных коннотаций «преступности» имеют скорее положительные коннотации «заграничного шика».С категоризацией сопряжено действие лексико-синтаксические механизмов вариативной интерпретации действительности, позволяющих подать описываемую ситуацию в определенной перспективе, вынося на передний план одних ее участников и отодвигая на задний план или вовсе не упоминая других. Эта возможность обеспечивается существованием в языке глаголов, соотносящихся с одной и той же категорией ситуаций (например, КОММЕРЧЕСКИЙ АКТ), но по-разному ранжирующих ее участников. Так, выбрав глагол купить, мы подчеркиваем значимость того участника ситуации, который приобретает товар, отдавая деньги, так как именно этому участнику коммерческого акта данный глагол приписывает роль агента – активного инициатора ситуации (X купил у Y-a Z за W); выбрав глагол продать, мы отдаем приоритет тому участнику, который реализует товар (Y продал X-у Z за W); выбрав глагол стоить или обойтись, мы представим ту же ситуацию, но на первый план будет вынесен товар, а продавец вообще окажется «за кадром» (Z стоил X-у Жили Z обошелся X-у в W).

Список литературы

Лингвистическая прагматика – дисциплина, изучающая язык не «сам в себе и для себя», а как средство, используемое человеком в его деятельности. О естественном языке принято говорить, что он является важнейшим средством человеческого общения. Однако за исключением так называемой фактической коммуникации, т.е. общения ради общения, мы используем язык, чтобы посредством этого решить какие-то иные задачи: сообщить о важном событии, побудить адресата к определенным действиям или их прекращению, выразить свои чувства или дать оценку чьим-либо поступкам. Наконец, в целом ряде случаев использование языка является если не единственным, то самым основным компонентом действия, в корне меняющего социальную действительность или индивидуальную судьбу (ср. отмена крепостного права, заключение перемирия, вынесение обвинительного приговора или присуждение государственной премии). Поэтому вполне оправданным является изучение языка как инструмента действия
Пожалуйста, внимательно изучайте содержание и фрагменты работы. Деньги за приобретённые готовые работы по причине несоответствия данной работы вашим требованиям или её уникальности не возвращаются.
* Категория работы носит оценочный характер в соответствии с качественными и количественными параметрами предоставляемого материала. Данный материал ни целиком, ни любая из его частей не является готовым научным трудом, выпускной квалификационной работой, научным докладом или иной работой, предусмотренной государственной системой научной аттестации или необходимой для прохождения промежуточной или итоговой аттестации. Данный материал представляет собой субъективный результат обработки, структурирования и форматирования собранной его автором информации и предназначен, прежде всего, для использования в качестве источника для самостоятельной подготовки работы указанной тематики.
© Рефератбанк, 2002 - 2020