Вход

Связь внутренних законов языка с нормой устной и письменной речи

Рекомендуемая категория для самостоятельной подготовки:
Реферат*
Код 371703
Дата создания 08 января 2018
Страниц 13
Мы сможем обработать ваш заказ 27 ноября в 12:00 [мск]
Файлы будут доступны для скачивания только после обработки заказа.
590руб.
КУПИТЬ

Описание

Конец XX и начало XXI века – это время обостренного внимания к языковым процессам, к их научным типологизациям. С другой стороны, это время поверхностных и эмоциональных суждений (особенно в области СМИ) без знания законов развития языка в разные исторические эпохи, в разных слоях общества.
В четырехтомной монографии «Русский язык и советское общество» [РЯСО 1968] М.В. Панов, руководитель и редактор этой монографии, обобщил две основных тенденции в развитии русского языка: развитие аналитизма в области грамматики и развитие агглютинации в области словообразования. Именно развитие аналитизма вызывает споры, что объясняется проблемой сознательного и бессознательного в речи носителей языка (в том числе журналистов, вузовских и школьных преподавателей, актеров и т.д.), и недостаточным разграни ...

Содержание

Конец XX и начало XXI века – это время обостренного внимания к языковым процессам, к их научным типологизациям. С другой стороны, это время поверхностных и эмоциональных суждений (особенно в области СМИ) без знания законов развития языка в разные исторические эпохи, в разных слоях общества.
В четырехтомной монографии «Русский язык и советское общество» [РЯСО 1968] М.В. Панов, руководитель и редактор этой монографии, обобщил две основных тенденции в развитии русского языка: развитие аналитизма в области грамматики и развитие агглютинации в области словообразования. Именно развитие аналитизма вызывает споры, что объясняется проблемой сознательного и бессознательного в речи носителей языка (в том числе журналистов, вузовских и школьных преподавателей, актеров и т.д.), и недостаточным разграничением таких понятий, как законы языка, неподвластные воле человека, и законы о языке, создаваемые человеком.

Введение

Конец XX и начало XXI века – это время обостренного внимания к языковым процессам, к их научным типологизациям. С другой стороны, это время поверхностных и эмоциональных суждений (особенно в области СМИ) без знания законов развития языка в разные исторические эпохи, в разных слоях общества.
В четырехтомной монографии «Русский язык и советское общество» [РЯСО 1968] М.В. Панов, руководитель и редактор этой монографии, обобщил две основных тенденции в развитии русского языка: развитие аналитизма в области грамматики и развитие агглютинации в области словообразования. Именно развитие аналитизма вызывает споры, что объясняется проблемой сознательного и бессознательного в речи носителей языка (в том числе журналистов, вузовских и школьных преподавателей, актеров и т.д.), и недостаточным разграни чением таких понятий, как законы языка, неподвластные воле человека, и законы о языке, создаваемые человеком.

Фрагмент работы для ознакомления

..; все понимали, что...; не мог поверить, что (тому, что; в то, что).Как можно объяснить несоответствие норме? Сказать, что это ошибка, – для специалиста слишком мало. Можно предложить следующее объяснение. Один из активных процессов в современном русском языке связан с семантическим укрупнением союзных средств, с устранением избыточности детализаций, выражаемых с помощью падежных форм. Изъяснительные предложения включают глаголы, обозначающие процессы речи, мысли, восприятия: думает, что (о том, что); почувствовал, что...; я верю, что (в то, что) и др. Ненормативное употребление о том, что появляется в контекстах с глаголами, включающими компонент значения речи, мысли, восприятия: факты показывают (т.е. свидетельствуют, говорят), что... При этом в нормативном употреблении выбирается наиболее простая союзная связь, не требующая падежных форм. Ненормативное употребление о том, что можно назвать явлением переходного периода, когда устраняется избыточность форм союзных связей в изъяснительных предложениях и усиливается роль контекста конкретизирующего значения глаголов.Переходим к центральной и наиболее дискуссионной проблеме развития аналитизма: смешению падежных флексий. Кратко представим материал. Наиболее частотным является употребление родительного падежа множественного числа существительных на - и, - ы (уроки, регионы и др.) вместо предложного: в других языков, в двух чемоданов, в городах и поселков, в регионов России, об этих прогульщиков, пока ни о каких выводов говорить нельзя, в таких сложных вопросов, во многих театров страны.Отмечается употребление предложного падежа вместо родительного: до двух тысяч фунтов стерлингах, в речи мхатовцах, что касается импрессионистах и др.Специалисты отмечают также межсловный сингармонизм флексий, например: Подойди в церкви к отцу Илью.Многие лингвисты имеют собственные коллекции подобных употреблений. Наиболее типизированные классификации с паспортизацией материала представлены в работах М.Я. Гловинской [Гловинская 1996, Гловинская 1998].Фиксация смешения падежей началась в 1970-е гг. и стала массовым явлением в 1990-е и в начале XXI века. Смешение падежей остается незамеченным, неосознаваемым как со стороны говорящих, так и со стороны слушающих. Самопоправки говорящих отмечаются, но редко.Существенно также, что смешение падежей в подавляющем большинстве случаев наблюдается в устной речи. М.Я. Гловинская приводит единичные примеры из письменных текстов: в западных южнорусских говоров (доктор филологических наук написал в статье и сразу заметил ошибку); в наших материалов (соавтор заметил ошибку) [Гловинская 1998, 313). В подавляющем большинстве случаев смешение падежей в письменной речи категорически не допускается и воспринимается как досадная опечатка.Действие внутренних законов развития языка составляет особую область проявления сознательного и бессознательного в речи носителей языка. В данном случае возникает противоречие между неосознанностью смешения падежей со стороны говорящих и слушающих в устной речи и недопустимостью, т.е. осознанностью этих же явлений в письменной речи. Более того, если обратить внимание слушающих и говорящих на смешение падежей, они назовут это смешение безграмотностью и не поверят, что сами могут так сказать. Между тем, если в течение хотя бы одного-двух часов внимательно и направленно послушать радио- и телепередачи, а также речь своих собеседников в разных речевых условиях, многое будет замечено (так было много раз!), т.е. произойдет преодоление бессознательного.Развитие аналитизма – процесс длительный. Но как быть с нормой? Ведь языку приказать нельзя. Конечно, в письменной речи необходимо соблюдать нормативное употребление падежей, а те процессы, которые происходят в устной речи, необходимо понимать, наблюдать, не упрекать и не переучивать носителей языка. Относительная стабильность языковой ситуации будет обеспечена тем, что и слушающие, и говорящие не осознают ненормативность обусловленную внутренними законами развития языка.В современной речи в области фонетики также есть неосознаваемые факты произношения, широко наблюдаемые на радио и телевидении, в научной, публицистической и разговорной речи. Это ненормативное произношение типа: сотрудни[к’и]ми, художни[к’и]ми, заложни[к’и]ми, малъчиш[к’и]ми, [к’и]питализм, с моими [к’и]лле[г’и]ми и др. Как видно из примеров, особенность произношения заключается в смягчении заднеязычных перед слогом с мягкими согласными. С точки зрения восприятия это можно назвать расширением «иканья». Аналог такого произношения имеется в русских говорах, но связь с географическим происхождением говорящего отсутствует. Это непрямое диалектное влияние, отличающееся «заразительностью», которую можно метафорически назвать фонетическим вирусом. Произношение типа художни[к’и]ми, ре[к’и]мендация варьируется с нормативным произношением у одного и того же говорящего. И опять надо отметить, что описанное ненормативное произношение не осознается ни говорящими, ни слушающими и таким образом не мешает разборчивости речи.В процессе обсуждения излагаемого материала в области морфологии и фонетики нередко спрашивают: а какова статистика, проводились ли социологические опросы?В ответ приходится объяснять, что правомерность социолингвистических опросов зависит от материала исследования. Так, например, к середине XX века стали употребляться нулевые формы падежей и появились варианты: сто граммов (традиционная норма) и сто грамм (новообразование), два кило апельсинов и два кило апельсин и т.д. Социологический опрос (как вы говорите?) показал рост нулевых флексий и в то же время неравномерность их распределения в разных группах слов [РЯСО 1968, 3, 66–84; Гловинская 1998, 307]. Материал с нулевыми флексиями падежей инициировал выбор, сопоставление, размышление. Но на вопрос «как вы скажете: об этих художниках или об этих художников, художниками или художни[к’и]ми?» носитель языка без колебаний выберет то, что нормативно, и не поверит в возможность другого. На этом материале социологические опросы мало эффективны. Необходимы другие сведения, которые добываются не с помощью опросов, а путем наблюдений. Кто говорит? – Знаем, что говорят представители разных социальных слоев с разным уровнем образования: журналисты, вузовские и школьные преподаватели, студенты, врачи, продавцы и др. В каких речевых ситуациях говорят? – Знаем, что в разных речевых ситуациях: дома, на улице, на лекциях, на заседаниях ученых советов, по радио и телевидению (журналисты и их собеседники). Есть ли колебания в нормативном/ненормативном употреблении падежей и в расширении «иканья»? – Знаем, что нормативность/ненормативность может чередоваться в речи одного и того же говорящего. Осознают ли говорящие ненормативность своей речи? – Знаем, что в большинстве случаев не сознают, самопоправки отмечаются в редких случаях. Как реагируют носители языка, если им объяснить их ненормативность речи («в двух контрактов», «полити[к’и]ми»)? – Знаем, что считают это безграмотностью и не верят, что могли такое сказать. Можно ли перевоспитать носителя языка в этой области? – Знаем, что осознание и самоконтроль сократят количество ненормативных, но в минуты ослабления самоконтроля автоматизм действия внутренних законов развития языка сделает свое дело, и образованный филолог скажет: ...в других языков мне это не встречалось... Меня ре[к’и]мендовали в аспирантуру...Можно выделить сферы русской устной речи, которые, с точки зрения восприятия структуры, долгое время оставались неосознанными. Это сферы устной речи, интонационной системы и ее связей с грамматикой и лексикой. Приведем отдельные факты. В 1973 году была опубликована коллективная монография «Русская разговорная речь» (под редакцией Е.А. Земской, АН СССР). Расшифрованный материал, как рассказывал М.В. Панов, привел в состояние шока тех, речь которых была записана (журналисты, педагоги, врачи и др.). Тогда включили магнитофон, и постепенно эти люди стали замечать особенности разговорной речи не только у себя, но и у других.Произошло преодоление бессознательного владения языком. Дело в том, что представление о норме формировалось на материале письменной речи, которая развивается в пространстве (главным образом на плоскости) и воспринимается зрением: можно перечитать, вникнуть, улучшить. Устная речь развивается во времени (миллисекунды, секунды, минуты) и воспринимается на слух, избегает синтаксических усложнений и связок, для понимания которых требуется возвращение к предшествующим частям. Информация развивается порциями, используется принцип нанизывания, как говорят историки русского синтаксиса XVI–XVII веков.Подготовленные материалы радио и телевидения учитывают условия развития и восприятия устной речи. В устных интервью и репортажах увеличивается объем устной разговорной речи, появляются грамматические несогласованности словоформ, перебивы, повторы. «Смысл превалирует над формой», – обобщает чешский лингвист В. Барнет [Лаптева 1999]. И все же такая речь на слух воспринимается лучше, объемнее по сравнению с устной речью с усложненными синтаксическими структурами. Здесь проходит еще одна граница между нормами письменной и устной речи.Переходим к вопросу о сосуществующих вариантах произношения. Это та сфера, где рекомендации редакторов радио и телевидения не всегда можно назвать корректными.

Список литературы

Конец XX и начало XXI века – это время обостренного внимания к языковым процессам, к их научным типологизациям. С другой стороны, это время поверхностных и эмоциональных суждений (особенно в области СМИ) без знания законов развития языка в разные исторические эпохи, в разных слоях общества.
В четырехтомной монографии «Русский язык и советское общество» [РЯСО 1968] М.В. Панов, руководитель и редактор этой монографии, обобщил две основных тенденции в развитии русского языка: развитие аналитизма в области грамматики и развитие агглютинации в области словообразования. Именно развитие аналитизма вызывает споры, что объясняется проблемой сознательного и бессознательного в речи носителей языка (в том числе журналистов, вузовских и школьных преподавателей, актеров и т.д.), и недостаточным разграничением таких понятий, как законы языка, неподвластные воле человека, и законы о языке, создаваемые человеком.
Пожалуйста, внимательно изучайте содержание и фрагменты работы. Деньги за приобретённые готовые работы по причине несоответствия данной работы вашим требованиям или её уникальности не возвращаются.
* Категория работы носит оценочный характер в соответствии с качественными и количественными параметрами предоставляемого материала. Данный материал ни целиком, ни любая из его частей не является готовым научным трудом, выпускной квалификационной работой, научным докладом или иной работой, предусмотренной государственной системой научной аттестации или необходимой для прохождения промежуточной или итоговой аттестации. Данный материал представляет собой субъективный результат обработки, структурирования и форматирования собранной его автором информации и предназначен, прежде всего, для использования в качестве источника для самостоятельной подготовки работы указанной тематики.
© Рефератбанк, 2002 - 2020