Вход

Инвестиционные операции коммерческих банков на примере Citibank

Рекомендуемая категория для самостоятельной подготовки:
Курсовая работа*
Код 223308
Дата создания 31 января 2017
Страниц 38
Мы сможем обработать ваш заказ 26 июня в 10:00 [мск]
Файлы будут доступны для скачивания только после обработки заказа.
780руб.
КУПИТЬ

Описание

Объектом исследования выступает инвестиционная политика коммерческого банка ЗАО КБ «СИТИБАНК».
Предметом исследования в данной работе является методологический инструментарий портфельного инвестирования.
Цель работы – рассмотреть особенности управления инвестициями в коммерческом банке.
Дата - 22.06.2015
Место - Академия труда и социальных отношений
Оценка - 5
Оригинальность на беcплатной версии антиплагиат.ру - 77% ...

Содержание

Содержание

Введение 3
Глава 1. Теоретические и методологические аспекты инвестиционных операций коммерческих банков.
1.1 Теоретический базис инвестиционных операций
1.2 Организация инвестиционного процесса
1.3 Методологические основы инвестиционной деятельности
Глава 2. Оценка результативности Citibank. (связать с инвестиционной деятельностью).
2.1. Информационно-аналитическая характеристика банка
2.2. Анализ финансового состояния банка 3
2.3 Анализ эффективности деятельности банка
Глава 3. Перспективные направления развития
Заключение
Список использованной литературы

Введение

Необходимость активизации участия банков в инвестиционном процессе определяется взаимообусловленностью эффективного развития банковской системы и экономики в целом. В наиболее общем виде основные направления участия банков в инвестиционном процессе включают мобилизацию банками средств на инвестиционные цели, предоставление кредитов инвестиционного характера, вложения средств в ценные бумаги, паи, долевые участия.
Инвестиционная деятельность банка имеет двойственную природу. С позиций экономического субъекта (банка) она рассматривается как деятельность по вложению ресурсов банка на срок в создание или приобретение реальных активов и покупку финансовых активов с целью извлечения прямых и косвенных доходов, осуществляемую по инициативе банка. В макроэкономическом аспекте, связанном с реализац ией роли банков как финансовых посредников, инвестиционная деятельность банков понимается как деятельность, направленная на удовлетворение инвестиционных потребностей экономики.

Фрагмент работы для ознакомления

В ней говорится, что «с давних пор украинское сельское хозяйство играло важную роль не только в европейском снабжении, но и в мировом хозяйстве», через Украину со времен греков и римлян шли все важные торговые пути, а украинско-немецкие экономические связи исторически обусловлены. Немецкая торговля «следовала, прежде всего, через Бреслау, откуда одна восточная линия вела через Краков и Львов до великой Днепровской луки, средняя шла через Владимир до Киева, а южная через Варшаву достигала Орши. Хлеб и сельскохозяйственные продукты шли с Украины прежде всего в Германию, а через ее посредничество и в Западную Европу. Взамен Украина получала немецкие текстильные и металлические изделия, оружие, порох и предметы роскоши».Данная статья является чрезвычайно показательной не только с пропагандистской, но и с психологической точки зрения.Во-первых, немецкая администрация показывала свое историческое присутствие на всех оккупированных к тому времени территориях (Польша, Белоруссия, Украина). Во-вторых, оккупационные силы позиционировали себя как первейшего экономического партнера Украины. В-третьих, Украина показывалась как самостоятельный хозяйствующий субъект Восточной Европы, который вел свою независимую финансовую политику. Это, несомненно, было апелляцией к сознанию многих украинцев, для которых вопрос государственности был одним из самых болезненных.Немецкие власти стремились тем самым показать, что даже в XVII в., когда государства Украина не существовало на карте Европы в принципе и когда ее сотрясали войны и казацкие восстания, на ней держалась вся экономика Речи Посполитой, а впоследствии и России, с которой Украина якобы находилась «в колониальных отношениях». В то же время, однако, в выводах украинских экспертов присутствуют некоторые неадекватные реальности разгара Второй мировой войны факты, явно взятые из германской консервативной печати начала ХХ века. Так, ими подчеркивалась близость Украины к торговым путям Берлин-Багдад, Берлин-Восточная Африка, Марсель-Суэцкий канал-Индокитай и т.п., тогда как картина мира к началу 1940-х гг. уже кардинально переменилась.В том же году газета «Голос Волыни» сообщала, что «немецкая власть упразднила советскую барщину и отдала распоряжение о новом земельном порядке. Каждый работающий крестьянин получает свою землю, ту самую землю, которую большевики у него отобрали». Газета с воодушевлением призывала: «К работе! За Новый строй! Судьба Европы – судьба Украины!». Судьбой большей части Европы в годы Второй мировой войны, как известно, была работа на нужды нацистской Германии.Наступивший 1942 г. был отмечен массовым развертыванием партизанского движения на оккупированных территориях, которое вскоре поставило под угрозу снабжение, средства коммуникации и важные предприятия. В результате вермахт стал испытывать дефицит в продовольствии и фураже, войска были обеспечены хлебом на 80 %, картофелем – на 70 % нормы. Для этого ОКВ в мае 1942 г. распорядилось использовать для охраны сбора урожая дополнительные полицейские соединения, а управление по Четырехлетнему плану в лице Геринга, в августе 1942 г. потребовавшего от восточных оккупированных областей единовременно предоставить более 3 млн. тонн зерна, 120 000 тонн растительного масла и значительное количество другого продовольствия, предложило использовать для этих целей даже части СС. Однако, несмотря на это, как пишет В. Бонусяк, в 1942-1944 гг. немецкие власти вследствие партизанской войны и саботажа местных жителей не получали и половины урожая зерна. О плохом урожае 1942 г. писала даже официальная немецкая газета оккупированной Украины Deutsche Ukraine Zeitung.Тем не менее, как считает Э. Модсли, за те три урожая 1941-1943 гг., во время которых Украина была оккупирована, наибольшую выгоду немцы получили от урожая 1942 г., поскольку урожай 1941 г. пришелся на разгар боевых действий, а урожай 1943 г. – на отступление с территории СССР. При этом оценка доли украинского зерна в общей массе вывезенных с оккупированных восточных территорий злаков рознится: так, если по данным немецкого историка Д. Айхгольца более 94 % аграрной продукции поступали в Германию именно с Украины, то, согласно архивным материалам, статс-секретарь Бакке в 1943 г. отводил Украине 60 % поставок (соответственно 3 млн. тонн из 5 млн. тонн). Несмотря на постоянные диверсии партизан, которые только зимой 1942/43 гг. и только в генеральном округе Волынь лишили оккупационные силы 65 % присвоенного зерна, в распоряжении немецких властей находились значительные резервы зерновых: так, даже в феврале 1944 г. положительный баланс по зерну на Украине достигал 103, а по кормовым злакам – 149 %.С целью привлечения на свою сторону основного украинского производителя – крестьянина – немецкие власти объявили, что принесли «новый земельный порядок» на территорию Советского Союза. Так, газета «Украинский голос» в 1943 г. отмечала, что, чтобы «поднять интенсивность сельского хозяйства, большевики использовали методы, которые уже были применены ими в промышленности. Крестьянина-колхозника окружили целой бандой надсмотрщиков… Вся эта армия дармоедов жила за счет колхозников. Для крестьян были созданы так называемые методы повышенной трудовой дисциплины, которые обязаны были еще в большей мере закрепостить крестьянина. За невыход на работу, за использование колхозного добра, за болезнь скотины колхозник нес не только материальную, но и судебную ответственность». Если сравнить официоз средств массовой информации с документами немецкой администрации, то можно заметить, что разница была лишь в том, что нацисты могли выжать и выжимали из «свободного» украинского крестьянства намного больше, чем все «надсмотрщики» вместе взятые.В реальности будущее колхозов стало настоящей дилеммой для нацистского руководства, которая обусловила бурную дискуссию по этому поводу: объявить реприватизацию колхозной собственности, как это собирался сделать в Галиции генерал-губернатор Франк, чтобы привлечь население на свою сторону, или перейти к единообразному плану хозяйствования, нацеленному на получение максимальной выгоды? Еще до начала войны германская инстанция, известная как Трудовой штаб особого назначения, выпустила три инструкции по приемке соответственно совхозов, колхозов и МТС. Согласно этим инструкциям, первоочередной задачей в первом и втором случаях являлось выяснение количества трудоспособного населения и обслуживающего персонала, наличие семенного фонда, лошадей и имевшегося сельхозинвентаря, а в третьем случае – состояние имевшегося автопарка при сохранении и продолжении работы всех трех хозяйственных подразделений. Для выяснения подробностей в ноябре 1941 г. местным сельскохозяйственным учреждениям была спущена анкета, содержавшая вопросы о количестве агрономов в колхозе, о том, как часто в течение месяца они проверяют состояние хозяйств, как устроено сельскохозяйственное районирование и как решен вопрос с переводчиками. При этом, по словам заместителя Геринга Кёрнера, изменение положения колхозов в лучшую сторону должно было зависеть от ситуации на фронте.При этом, если колхозы на Правобережной Украине начали стихийно исчезать (в том числе, расформировываться самими местными жителями) сразу после прихода немецких войск, то на Левобережье они продолжали существовать. На фоне сдвигавшегося на Восток фронта и наступившего временного безвластья во многих районах крестьяне начинали сами кроить земельные наделы. Это побудило как высшие, так и местные немецкие органы власти централизовать земельную политику. При этом они осознавали, что сохранение колхозов и совхозов, на котором, в частности, настаивал Геринг, с одной стороны, не будет привлекательным для части сельского населения, а их ликвидация, с другой стороны, может стать нежелательным стимулом для отстаивания бывшими колхозниками своих прав. Так, совершивший зимой 1941/42 гг. поездку по Украине статс-секретарь Бакке резко сократить число колхозов и удвоить личные наделы.Несмотря на то, что уже к осени 1941 г. значительная часть территории Украины находилась в зоне тыла, до февраля 1942 г. в отношении аграрной политики на Украине, считавшейся главным источником продовольственных ресурсов, взаимопонимания не существовало. Кроме того, как отмечалось в официальных немецких публикациях, рейх юридически не являлся правопреемником СССР на оккупированных советских территориях. Это послужило основой достаточно противоречивого тезиса о том, что национализированная при советской власти собственность не будет возвращаться прежним хозяевам, поэтому различным военным и хозяйственным структурам приходилось действовать несогласованно. Так, в Ровенской области из всего урожая одна треть полагалась тем, кто его убирает, одна треть – бывшему владельцу земли и одна треть – оккупационной администрации. Однако в Кировоградской области колхозникам было обещано выдавать 3 кг зерна за трудодень, но в итоге немецкие власти давали крестьянам 1 пуд (16,3 кг) с гектара, а остальное отбирали. По подсчетам К. Беркхоффа, при выполнении крестьянами всех немецких норм сдачи зерна, им самим бы доставалось 10 кг некачественного зерна в месяц. Попытка наладить взаимодействие с прежними советскими структурами была более успешной. Так, с самого начала оккупации с немцами начал взаимодействовать Всеукраинский кооперативный союз (Вукоопспiлка), обеспечивавший активный товарооборот с рейхом. Но этого для организации полноценного агрокомплекса было явно недостаточно.В свете зашедшего в тупик осеннее-зимнего обсуждения земельного вопроса Гитлер, ранее высказывавшийся за ограничение реставрации частного землевладения на Украине и вообще считавший любой передел земли на оккупированных территориях «глупостью», пошел навстречу Розенбергу. Поддержал рейхсминистра и отвественный за экономику Геринг. Приказом от 15 февраля 1942 г. было провозглашено начало аграрной реформы на оккупированных территориях. Ее основным автором считается Отто Шиллер, ответственный работник группы по продовольствию и сельскому хозяйству министерства Розенберга.Первоначально предусматривалось, что она будет состоять из трех этапов, а именно: создание общинных хозяйств, затем создание сельскохозяйственных кооперативов, а уже после – образование единоличных хозяйств. Все мероприятия, по предложению Коха, планировалось завершить к годовщине установления немецкой власти на Украине – 22 июня 1942 г. Однако уже вскоре первым камнем преткновения аграрной реформы стало перераспределение земли в рамках общины. Если, согласно проектам экспертов по земельному вопросу лета 1941 г., предполагалась защита прав собственности будущих украинских фермеров и наделение каждого из них 2-5 гектарами земли, то согласно новым представлениям о земельном межевании ряда высших руководителей оккупационной администрации (не в последнюю очередь, самого рейхсминистра Розенберга), надел, получаемый крестьянином, должен был зависеть от количества заработанных им трудодней. Число трудодней фиксировалось на уровне 22-25 трудодней в месяц при 13-часовом рабочем дне. При этом местными инстанциями высказывались пожелания о том, чтобы крестьяне отработали, по крайней мере, не меньшее число трудодней, чем в предыдущем, 1940 году.От количества трудодней зависел и земельный надел, получаемый крестьянином: за 200 трудодней крестьянин получал 0,2 га, за 300 – 0,3 га и т.д. Кроме того, за помощь в борьбе против партизан, селянин получал дополнительно 0,25 га земли. Было даже образовано специальное землемерное управление, занимавшееся геодезической съемкой и перераспределением земли по заявкам немецких учреждений, частных предприятий, местных украинских учреждений и частных лиц. В совхозах, которым, согласно советской пропаганде, было уготована роль немецких поместий (в реальности их планировалось переориентировать на снабжение армии и рейха) сохранялись прежняя тарифная сетка: почасовая оплата у мужчин составляла 0,8 рубля, у женщин и молодежи до 18 лет – 0,64 рубля.Стоит отметить, что наименование «общинное хозяйство» по сути лишь заменило название «колхоз» – суть хозяйствования при полном сохранении существовавшего на тот момент колхозного строя осталась той же – и это неоднократно подчеркивалось в различных официальных немецких документах. Из 16 536 украинских колхозов (а к началу войны было коллективизировано 88,8 % земельного фонда УССР) в такие «хозяйства» были реорганизованы лишь 12,1 %. «Отдельные мероприятия организационно-производственного характера», как, например, распоряжение от 15 августа 1941 г. об удвоении площади приусадебных участков и образование хуторов, стали скорее инструментами пропаганды, нежели реальной практикой – значение приусадебного участка в рамках объединения крестьян вообще планировалось нивелировать.Украинские специалисты предлагали для успеха аграрных преобразований и повышения урожайности «без больших инвестиций в 3-4 раза» произвести огосударствление земельной ренты, ограничив частную собственность и оставив землю в общем пользовании. Проведением данных мероприятий, по их задумке, должны были заниматься смешанные украино-германские сельскохозяйственные комиссии. Также поступали предложения оставить на своих местах имущество колхозов и совхозов и специалистов, работавших в данной области. Противники аграрной реформы, напротив, требовали уравнения крестьянских наделов в независимости от числа едоков. Сложной она казалась и местным сельскохозяйственным руководителям (Landwirtschaftsführer, La-Führer).Уже через три недели после принятия аграрного закона, 7 марта 1942 г., в него была внесена поправка, которая открывала доступ к переделу земли только 10 % крестьян, остальной же земельный фонд по сути резервировался для колонизационных мероприятий, да и само перераспределение, по сообщениям абвера, проходило «чрезвычайно несогласованно, с отклонениями, от полного отказа выполнения до понимания переходного характера данного мероприятия». Таким образом, закон возымел обратную силу и фактически потерял свои юридические свойства, если о таковых в данном случае вообще может идти речь.Непонятной оставалась ситуация с пропагандой нового аграрного порядка. Если изначально немецкие власти запретили передел земли и инвентаря, закрепив существовавшую систему колхозов и совхозов, впоследствии была декларирована их постепенная отмена. Оккупационными властями повсеместно делался акцент на том, что гражданское хозяйство – это не коллективное хозяйство, а объединение единоличников, которыми, однако, можно было стать только с разрешения местной администрации при условии выполнения поставок продовольствия. Украинские эксперты считали, что существующей пропаганды недостаточно и нужна особая, учитывающая все своеобразие социокультурных отношений на Украине агитация.Яркий пример психологической софистики явило собой и толкование понятия «гражданское хозяйство»: оккупационные власти не отрицали, что оно фактически дублирует колхозную систему, но при этом в качестве главного аргумента у них фигурировал тезис о «видоизменении» колхоза. При этом, если в документах, наряду с формулировками «общий двор» и «государственный двор», продолжали употребляться обозначения вроде «староста колхоза», то в открытых источниках (например, в прессе) упоминание термина «колхоз» находилось под запретом – так, к примеру, в школьных учебниках его заменяли нейтральным словом «село». Пытаясь разбавить серьезные рассуждения об аграрном переустройстве, газеты периодически печатали сатирические куплеты о том, что при советской власти не было «нi корови, нi свiнi, тiльки Сталiн на стiнi» («ни коровы, ни свиньи, только Сталин на стене»).Как впоследствии отмечали в отделе политики руководства рейхскомиссариата Украина, обещаний по поводу аграрных преобразований было дано «больше чем надо», и что для колхозников речь теперь идет о «неисполнимых надеждах». При этом, по сведениям полиции безопасности, колхозники относились к обещаниям оккупационной администрации с недоверием (до войны в частных руках находилось всего 1,2 % украинского земельного фонда) и высказывались о том, что не каждый из них готов стать единоличником, тем более что на практике пахота и посевы все равно производились коллективно. Более того – в ходе реформы произошел показательный процесс против отца и сына Дубишевских, жителей села Даничов Ровненской области, начавших настоящую войну с соседями за земельный надел.Кроме того, как сообщал летом 1942 г. шеф ГФП, множество отставших солдат противника, оказавшихся в немецком тылу, и беглецов не могли получить работу на селе вследствие репрессивной политики немецкой администрации по отношению к чужакам, а также реорганизации сельскохозяйственной системы и, под влиянием слухов о принудительном угоне в Германию, пополняли партизанские отряды. Часть крестьян, как свидетельствуют документы местных управ, отталкивали от немцев моментально распространявшиеся слухи о том, что они «оставят колхозы». Тем не менее, уже в июле 1942 г. было официально объявлено о завершении первого этапа реформы.Второй этап реформы начался осенью 1942 г. и охватил далеко не все районы Украины, хотя, как сообщала официальная пресса в августе того года, сев прошел на 80 % посевных площадей Украины. На этот раз уже сами гражданские хозяйства было решено преобразовать в кооперативы. По требованию Лейббрандта к весне 1943 г. должны были быть преобразованы 30 %, а к осени того же года – 50 % хозяйств. Как отмечает украинский историк С. Власенко, в кооперативе земля, рогатый скот и инвентарь разделялись между окрестными крестьянскими дворами, а те разукрупнялись, объединяясь по десять дворов (изначально по шесть-восемь хозяйств). Подобная «десятидворка» получала обозначение «агро-опорный пункт» и, в частности, была призвана защищать производство сельскохозяйственной продукции от нападений партизан. Размеры кооператива зависели от плотности населения и климатических особенностей и колебались в зависимости от региона – так, в Винницкой области «десятидворка» получала в ведение 40 га земли. Возможно, распределение земли в данном случае было предназначено для того, чтобы впоследствии заменить украинцев-собственников немцами. Объединенные 10-15 «десятидворок» образовывали сельскохозяйственный округ под руководством ла-фюрера. Урожай собирали каждый по отдельности, однако хозяйственные работы вели совместно, при этом те, кто занимался своим частным хозяйством в ущерб общей работе или не был способен выплачивать налоги в полной сумме, лишались надела в пользу других членов кооператива. Налоговая политика так же была неунифицированной: так, в Ахтырском районе Сумской области налоги следовало платить зерном, в Мариупольском районе Сталинской области – продуктами, а в Житомирской и Каменец-Подольской областях – зерном и деньгами.Однако, несмотря на резкое увеличение числа кооперативов (с 1 300 в середине июня до 2 780 в середине августа 1943 г.), безуспешными оказались и призванная «напрячь все силы для восстановления сельского хозяйства» июньская декларация 1943 г. Розенберга, провозглашавшая, что земля признается личной собственностью всех имеющих на нее право, «включая солдат Красной Армии, эвакуированных лиц, лиц, находящихся в плену или на работах в Германии», и идея об укреплении кооперативов путем их дальнейшей механизации, и заявления об удвоении надела тех, кто борется против партизан. Кооперативы напоминали видоизмененные колхозы, доходы которых при этом упали без малого в 3 раза по сравнению с довоенным уровнем. У крестьян не было никакого стимула трудиться единолично, так как сельскохозяйственная продукция доставалась оккупационной администрации путем безвозмездного присвоения, номинально прикрываемого правлениями кооперативов. Таким образом к моменту освобождения Украины оказалось уничтожено 28 000 сел, 30 000 колхозов и 1 300 МТС. В сентябре 1943 г. Гитлер, который ещё в июле 1942 г. высказывался за то, чтобы перенять советскую систему организации труда, окончательно «завернул» закон о частной собственности на землю. В это же время в связи с наступлением Красной Армии на Украине была свернута и аграрная реформа. При этом, как отмечает Т.

Список литературы

Список использованной литературы

1. Гражданский кодекс Российской Федерации, часть вторая от
26 января 1996 г. //Собрание законодательства Российской Федерации, 1996, № 5, ст. 410, ст. 411, № 34, ст. 4025, № 43, ст. 4903; 2009, № 29, ст. 3582.
2. Федеральный закон «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» от 10 июля 2002 г. № 86-ФЗ //Собрание законодательства Российской Федерации, 2002, №28 ст. 2790; 2009, № 48, ст. 5731.
3. Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» от
02 декабря 1990 г. № 395-1-ФЗ // Собрание законодательства Российской Федерации, 1996, №6, ст. 492; 2010, № 8, ст. 775.
4. Федеральный закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» от 7 августа 2001 г. № 115–ФЗ //Собрание законодательства Российской Федерации, 2001, № 33, ст. 3418; 2009, № 23, ст. 2776.
5. Федеральный закон «О валютном регулировании и валютном контроле» от 26 ноября 2003 г. № 173-ФЗ //Собрание законодательства Российской Федерации, 2003, № 50, ст. 4859, 2009, № 29, ст. 3605.
6. Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» от 25 февраля 1999 г. № 40–ФЗ //Собрание законодательства Российской Федерации, 1999, № 9, ст. 1097; 2009, № 29, ст. 3632.
7. Федеральный закон «О кредитных историях» от 30 декабря 2004 г.
№ 218–ФЗ //Собрание законодательства Российской Федерации, 2005, № 1 (часть I), ст. 44; 2007, № 31, ст. 4011.
8. Положение Банка России от 03 октября 2002 г. №2–П «О безналичных расчетах в Российской Федерации» //Вестник Банка России, 2002, № 27, 28; 2008, №9.
9. Положение Банка России от 16 декабря 2003 года № 242–П «Об организации внутреннего контроля в кредитных организациях и банковских группах» //Вестник Банка России, 2004 г., № 7; 2009, № 21.
10. Положение Банка России от 31 августа 1998 г. № 54–П «О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения) //Вестник Банка России, 1998, № 70–71, 2001,
№ 73; 2004, № 33.
11. Положение Банка России от 26 марта 2004 г. № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности» //Вестник Банка России, 2004, № 28; 2009, № 77.
12. Положение Банка России от 20 марта 2006 г. № 283–П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери» //Вестник Банка России, 2006, № 26; 2009, № 47.
13. Инструкция Банка России от 16 января 2004 г. № 110–И «Об обязательных нормативах банков» //Вестник Банка России, 2004, № 11; 2009, № 47.
14. Инструкция Банка России от 14.09.2006 № 28–И «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам)» //Вестник Банка России, 2006, № 57; 2009, № 74.
15. Афанасьева О. Н., Корниенко С. Л., Лаврушин О. И. Банковское дело: современная система кредитования. М.: КНОРУС, 2008. – 264 с.
16. Афонин Д. Тенденции инновационной политики в сфере кредитования: проблемы и решения //Клуб банковских аналитиков. –http://www.bankclub.ru/innovation_list.htm. − по состоянию на 21.04.2011.
17. Банковский менеджмент / Под ред. Лаврушина О.И. М., КНОРУС, 2009 – 560 с.
18. Белоглазова Г.Н., Кроливецкая Л.П. Банковское дело. – СПб.: Питер, 2012. С.198.
19. Егорова Н.Е., Смулов А.М. Предприятия и банки: взаимодействие, экономический анализ, моделирование. М.: Издательство «Дело», 2008. –
456 с.
20. Ермаков С.Л., Беляев М.К. Банковское дело. Занимательное о сложном. – М.: Вершина, 2012. С.363.
21. Информационный портал – http://www.bankir.ru – по состоянию на 14.05.2011.
22. Кабушкин С.Н. Управление банковским кредитным риском. Мн., Новое знание, 2005. – 336 с.
23. Ковалев В.В. Финансовый анализ: Управление активами. Выбор инвестиций. Анализ отчетности: Учеб. пособие. М.: Финансы и статистика, 2007. – 158 с.
24. Коноплицкая М.А. Банковские операции. – М.: Высшая школа, 2012. С.301.
25. Коробов Ю.И., Коробова Г.Г., Карпова Р.А. Банковские операции. – М.: Экономистъ, 2011. С.187.
26. Лаврушин О.И. Банковские операции. Учебное пособие. – М.: КноРус, 2013. С.465.
27. Молодцов Д.А. Банки борются с проблемными кредиторами и ждут гарантий от государства./Экономист,-2008,№12.С.15 по состоянию на 04.05.2011.
28. Морсман Э.М. Кредитный департамент банка: организация эффективной работы / Пер.с англ. М.: Альпина Паблишер, 2003. – 257 с.
29. Печникова А. В., Маркова О. М., Стародубцева Е. Б. Банковские операции. - М.: "ИНФРА-М", 2012г -55с
30. Словарь по экономике и праву / Под ред. Лозовский Л. Ш., Райзберг Б. А. М., Омега, 2001. – 608 с.
31. Стародубцева Е.Б. Банковские операции. Учебное пособие. – М.: Финансы и статистика, 2013. С.332.
32. Тагирбеков К.Р. Организация и управление коммерческим банком. Функционально-технологические основы: обобщение практики, документы и материалы: Учебное пособие. М.: Весь мир, 2006. – 704 с.
33. Тавасиев А.М. .Основы банковского дела. Учебное пособие для вузов. – М.: Дело и сервис, 2012. С.296.
34. Тютюнник А.В., Турбанов А.В. Банковское дело. – М.: Статистика, 2013. С.245.
35. Федоров Н.А. Инвестиционный инструменты коммерческих банков / Н.А. Федоров. М.: Маркет ДС. – 2012 г – 185с
36. Челноков В.А. Банки и банковские операции: Букварь кредитования. Технология банковских ссуд. – М.: Школа, 2012. С.287.
37. Колмыкова Т.С. Инвестиционный анализ. Изд. Инфра – М, 2013 г – 240с
38. http://www.rshb.ru/
Пожалуйста, внимательно изучайте содержание и фрагменты работы. Деньги за приобретённые готовые работы по причине несоответствия данной работы вашим требованиям или её уникальности не возвращаются.
* Категория работы носит оценочный характер в соответствии с качественными и количественными параметрами предоставляемого материала. Данный материал ни целиком, ни любая из его частей не является готовым научным трудом, выпускной квалификационной работой, научным докладом или иной работой, предусмотренной государственной системой научной аттестации или необходимой для прохождения промежуточной или итоговой аттестации. Данный материал представляет собой субъективный результат обработки, структурирования и форматирования собранной его автором информации и предназначен, прежде всего, для использования в качестве источника для самостоятельной подготовки работы указанной тематики.
© Рефератбанк, 2002 - 2019