Вход

Значение традиций современных международных отношений

Рекомендуемая категория для самостоятельной подготовки:
Реферат*
Код 218310
Дата создания 26 февраля 2017
Страниц 16
Мы сможем обработать ваш заказ (!) 18 июня в 12:00 [мск]
Файлы будут доступны для скачивания только после обработки заказа.
1 050руб.
КУПИТЬ

Описание

Значение традиций современных международных отношений 2
Список использованных источников 16 ...

Содержание

Значение традиций современных международных отношений 2
Список использованных источников 16

Введение

Международные отношения издавна занимали существенное место в жизни любого государства, общества и отдельного чело¬века. Происхождение наций, образование межгосударственных границ, формирование и изменение политических режимов, ста¬новление различных социальных институтов, обогащение куль¬тур, развитие искусства, науки, технического прогресса и эффек¬тивной экономики тесно связаны с торговыми, финансовыми, культурными и иными обменами, межгосударственными союза¬ми, дипломатическими контактами и иными обменами, межгосу¬дарственными союзами, дипломатическими контактами и воен¬ными конфликтами — или, иначе говоря, с международными от-ношениями. Их значение возрастает еще больше в наши дни, когда все страны вплетены в плотную, разветвленную сеть мно¬гообразных взаимодействий, влияющих на объем ы и характер про¬изводства, виды создаваемых товаров и цены на них, на стандар¬ты потребления, на ценности и идеалы людей

Фрагмент работы для ознакомления

Это и произошло в Югославии. А в старой лексике, которая и сегодня в ходу, это называется "произвольным вмешательством во внутренние дела государства". Автор опускает вопрос не только о последствиях подобного подхода для международных отношений, но и о правовой основе рассматриваемых действий. Он игнорирует тот факт, что единственной легитимной международной организацией, которая может взять на себя (или поручить другому субъекту международного права) защиту прав человека в суверенном государстве посредством миротворческих операций, в том числе и вопреки воле самого этого государства, является ООН, но отнюдь не НАТО. Впрочем, он прав в том, что "перед нами – элементарное следствие доктрины либерализма. Между тем складываются условия, при которых возможен перевод этой доктрины в практический план".Таким образом, полемика сторонников внешне противоположных позиций ведется в рамках одного подхода – либерального. Более того, подвергая Канта суровой критике по частным (с точки зрения рассматриваемой проблемы) вопросам, В. Шкода, по существу, разделяет его (следовательно, и В. Дашичева, с которым ведет полемику) подход относительно главного пункта – приоритета морали по отношению к праву. В то же время было ошибкой полностью отрицать и реалистские мотивы в действиях НАТО в Югославии, о которых говорит Дашичев и которые полностью исключает Шкода. Поэтому, когда Шкода столь категорично противопоставляет ценности единственно правильной в его понимании либеральной доктрины и интересы государственного суверенитета, он идет значительно дальше, чем те, кто вводит идеалы этой доктрины в практику международных отношений. Так, утверждая, что Косовская операция НАТО – "это справедливая война, основанием для которой являются не территориальные претензии, а ценности", Блэр отмечал и то, что она отвечала национальным интересам стран НАТО: "В конечном счете ценности и интересы не отрицают друг друга". Вместе с тем вполне очевидно, что в либералистском подходе к мировой политике преобладает следующая доктрина: поскольку или пока "в салуне нет шерифа", т.е. в международных отношениях отсутствует непререкаемая верховная инстанция, эффективно регулирующая их по законам права, ее роль должны взять на себя наиболее достойные и сильные из участников и регулировать эти отношения по законам справедливости. Идейной основой справедливости выступает защита прав человека, предполагающая "гуманитарное вмешательство" в случаях их нарушения. Основная проблема такого подхода связана с тем, что критерии справедливости, как и методы ее достижения, определяют именно те, кто берет на себя указанную роль, остальные могут лишь стремиться соответствовать этим критериям и надеяться на то, чтобы эти методы не обернулись однажды против них. В условиях правового (юридического) нигилизма со стороны первых "право справедливости" легко превращается в "право силы", хорошо знакомое в отношениях между государствами еще со времен Фукидида. Если при этом учесть, что национальные интересы и в наши дни отнюдь не исчезли из состава причин, определяющих облик мировой политики, то вполне понятной становится как озабоченность тех, кто не разделяет идейные позиции либерализма (или разделяет их недостаточно последовательно), так и против тех, кто стремится войти в круг "избранных". Г. Моргентау различал два вида отношения ТМО к практике международных отношений. Один из них основан на этнических и дедуктивных принципах и проявляется в стремлении сформулировать законы, которым должен подчиняться ход международной политики. Этот вид практицизма намерен устранить те препятствия на пути к глубокой рационализации, которые в международных отношениях носят объективный характер. Исповедующие его теории "не столько пытаются объяснить реальность такой, какова она в действительности, сколько стараются навязать сопротивляющейся реальности ту теоретическую схему, которая отвечает законченной рационализации". Но международные отношения связаны с таким феноменом, как власть, поэтому, считает Моргентау, их участники имеют дело с тем, что "препятствует глубокой рационализации и причастно к появлению моральных дилемм, политического риска и свойственных политике интеллектуальных неожиданностей, не позволяющих создать морально и интеллектуально удовлетворительную схему". Другой вид практицизма, целью которого также является увеличение надежности предвидения и избавление от непредсказуемости в политике, состоит в том, чтобы реализовать эту цель путем разумного использования объективных факторов международных отношений. Вместо того чтобы пытаться отменить существующую реальность, полагает Моргентау, участникам международных отношений следует исходить из нее при планировании и осуществлении своих действий.Облик международных отношений, безусловно, меняется. И как показывает история, политики всегда пытались и будут пытаться сделать их не только не менее предсказуемыми, но и более управляемыми. С этой целью создаются универсальные и региональные международные институты, межправительственные и неправительственные организации, развивается международное право, совершенствуется право обычая – правила поведения международных акторов, основанные на общепринятых нормах поведения, трактуемых как нравственные, все большее значение придается проблеме соблюдения основных прав человека, его свобод. Немалая заслуга в такой трансформации принадлежит либерализму, как идейной и теоретической основе гуманизации международных отношений. Вместе с тем либерализм и сопутствующие ему теории, как и любая иная доктрина, – не истина в последней инстанции. Он так же, а возможно, и в большей степени (в силу присущего ему практицизма первого вида) подвержен основной опасности дипломатов и стратегов, о которой говорил Арон, – моноидейности. В свою очередь, Моргентау предупреждал против одностороннего подхода к практике международных отношений, подчеркивая, что "внешняя политика, добивающаяся триумфа одной-единственной идеологии, всегда приводила к особенно фанатичным и кровавым войнам, продолжающимся до тех пор, пока не были уничтожены приверженцы противостоящей идеологии".Сегодня одним из главных идеалов неолиберализма становится глобализация, которая нередко представляется его адептами так, будто она отменяет все правила игры на международной арене, а с ними и традиционную ТМО. Действительно, отмечает Ж. Росс, нации не могут "продолжать свои дипломатические танцы, как будто на дворе все еще XIX век". Важнейшие вопросы теперь решаются не в государственных канцеляриях, а в крупнейших многосторонних институтах межправительственного и неправительственного характера, таких как ВТО, МВФ, Г–7, Давос или МЕРКОСУР. На смену былой дипломатии приходит коммерческое исступление, возведенное глобализацией в принцип общественной организации и несущее в себе риски и для внутренней сплоченности наций, и для формирования более гармоничного мирового порядка. В наши дни самым важным для дипломатии становится совершение сделок, поэтому большинство стран ожесточенно соперничают друг с другом за строительство глобального рынка. Но получат от этого выгоду страны, предприятия которых имеют все возможности, чтобы использовать рынок, построенный для них и иногда ими. Информационные технологии подразумевают и информацию, реальное содержание которой контролируют инновационные фирмы и группы. Это содержание определяет выбор потребителей и производителей информационных технологий и самой информации. Таким образом, имеют ли люди ту "свободу выбора", о которой говорят неолибералы? Крупнейшие корпорации – уже в силу масштабов своих капиталов способствуют подавлению свободного рынка. Их продукция – фильмы, интернетовские сайты и, конечно, реклама – быстро устаревает на внутренних рынках и поэтому продается по низким ценам в другие страны. В основе этой продукции – идеи, образы и идеалы, происхождение которых связано с одной-единственной культурой, оказывающей в силу этого влияние на все другие культуры.Иначе говоря, важнейшими чертами облика необычайно усложнившейся международной системы остаются неравенство, иерархия структурных элементов привсе еще слабой роли правовых норм, которые либо используются в собственных интересах, либо попираются наиболее сильными. Это значит, что и в условиях глобализации сохраняют свое значение такие понятия традиционной ТМО, как национальные интересы и государственный суверенитет. Содержание и структура их изменяется, например, борьба интересов переводится в плоскость экономики, соперничества за рынки, за контроль над финансовыми потоками, т.е. в конечном итоге за то, чтобы не оказаться на обочине процессов глобализации в качестве ее объекта, использовать выгоды и минимизировать связанные с ней потери. Вместе с тем эта борьба не отменяет и традиционных средств военно-стратегического характера, которые ныне не просто продолжают занимать важное место в арсенале государств, но все более активно "приватизируются" и используются негосударственными акторами.Поэтому в утверждении, что новейшая практика международных отношений требует отказа от традиционной ТМО, обнаружившей свою неоперациональность, неспособность понимания и предвидения, и что "постмеждународные" отношения можно осмыслить лишь на основе совершенно иных теоретических подходов и инструментальных методов, кроется двойная ошибка. Во-первых, к ТМО предъявляются явно "завышенные" требования, так как она не только никогда не носила, но никогда и не будет носить прикладного характера. Используя терминологию известного стратега и теоретика войны К. Клаузевица, можно сказать, что ТМО может быть лишь рассмотрением, ей не должны придаваться функции учения, т.е. руководства для действий.Применительно к ТМО такое "рассмотрение" означает признание, с одной стороны, права на осуществление в ее рамках различных концептуальных подходов и исследовательских методов, а с другой – неспособности ни одного из них, как и ТМО в целом, выступать в роли руководства к действию.

Список литературы

1. Алексеева Т.А. Нужна ли философия политике? М., 2000.
2. Keohane R.O., Nye R. Power and Interdepedence. Boston, 1989.
3. Независимая газета. 1999. 19февр.
4. Дашичев В. Билл Клинтон против Иммануила Канта. Устарели ли "запретительные законы" // Независимая газета. 1999. 7 дек. (Сетевая версия).
5. Булл X. Анархическое общество: исследование проблемы порядка в мировой политике // Антология мировой политической мысли: В 5 т. II т. Зарубежная политическая мысль XX века. М., 1997. С. 804.
6. Blair T. Doctrine of the International Community. Adress by British Prime MinisterTony Blair to the Economic Club, Chicago, Illinois. Chicago: 22 April 1999. P. 2.
7. Шкода В. Клинтон дело у Канта выиграл. Полемика с Вячеславом Дашичевым // Независимая газета. 2000. 29 янв.
8. Си.: Blair T. Op.cit. P.5; 6.
9. Цыганков П.А. Ганс Моргентау: взгляд на внешнюю политику. С. 168.
10. Aron R. Qu'est-cequ'unetheorie des relations Internationales? P. 378.
11. Morgenthau H. A New Foreign Policy for the United States. P. 244.
12. Ross G. Unseulobjectif, faire des affaires. La nouvelle diplomatie // http//www.monde-diplomatique. fr/2000/08/ROSS/ 14128.html
13. Клаузевиц К. О войне / Пер. с нем. М., 1999. С. 134.
Очень похожие работы
Пожалуйста, внимательно изучайте содержание и фрагменты работы. Деньги за приобретённые готовые работы по причине несоответствия данной работы вашим требованиям или её уникальности не возвращаются.
* Категория работы носит оценочный характер в соответствии с качественными и количественными параметрами предоставляемого материала. Данный материал ни целиком, ни любая из его частей не является готовым научным трудом, выпускной квалификационной работой, научным докладом или иной работой, предусмотренной государственной системой научной аттестации или необходимой для прохождения промежуточной или итоговой аттестации. Данный материал представляет собой субъективный результат обработки, структурирования и форматирования собранной его автором информации и предназначен, прежде всего, для использования в качестве источника для самостоятельной подготовки работы указанной тематики.
bmt: 0.00529
© Рефератбанк, 2002 - 2024